ОБАЯНИЕ ГАГАРИНА

Главная Жизнь 01:01 12 Апреля 2006 140

ОБАЯНИЕ ГАГАРИНА

Нил Армстронг, первым вступивший на Луну, очень точно сказал о Гагарине: "Он всех нас позвал в космос". За минувшие десятилетия на Земле произошло много событий, но время не затушевывает, не умаляет, а наоборот, рельефнее подчеркивает историческую значимо

Головачев Виталий

Напечатать

В ОЧЕРЕДИ ЗА ПИВОМ
- Гагарин, удивленно качнув головой, подошел с нами к концу огромной, часа на два, очереди, - вспоминает бывший инженер-испытатель стенда ударных перегрузок Института авиационной и космической медицины Анатолий Утыльев, многие годы друживший с Юрием Алексеевичем. - Длиннющий хвост тянулся в столичном Парке культуры и отдыха имени Горького к заветному павильону, где продавали просто редкостный, в 1963-м совершенно неизвестный нам напиток - темное пльзенское пиво. В Москве ходили легенды о его непередаваемом вкусе. Мы с Германом Соловьевым, секретарем комитета комсомола Звездного городка, и еще двумя приятелями решили погожим летним днем приобщиться к пенному чуду. Предложили Юрию Гагарину присоединиться к компании, и он охотно согласился, тем более в тот день он был в Москве, в штабе ВВС.
И тут эта дикая очередь. Конечно, Гагарин, Герой Советского Союза, мог запросто пройти вперед, на что мы ему мягко намекнули. И зря: он никогда, ни при каких обстоятельствах не козырял именем, вот и в этот раз жестко отверг наши намеки. Удивительно: в очереди никто не узнал Юрия. Граждане не могли даже представить, что этот скромный невысокий парень в костюме - человек-легенда, которого восторженно встречали в десятках стран по всему земному шару. Краешком уха я услышал, как кто-то сказал: "Смотри-ка, этот парень похож на Гагарина". Но его приятель возразил: "Ну да, будет тебе Гагарин за пивом стоять!"
Вскоре, по словам Утыльева, они нашли другой путь к цели: дали денежку стоящему у входа дежурному. Заняли места за столиком, но томительное ожидание продолжалось. Официантки с кружками в руках проносились мимо. Тот же приятель решил взять инициативу в свои руки. Нашел администратора Тамару Михайловну и сказал: "За то время, пока мы стояли в очереди и теперь томимся здесь в ожидании, Юрий Гагарин - он сидит вон за тем столиком - успел облететь земной шар... " Тамара Михайловна на мгновение потеряла дар речи, но через секунду сама приняла заказ и сама же принесла кружки. Гагарин пригласил ее за столик, женщина была счастлива...
Мужская компания выпила в тот вечер не одну кружку замечательного темного пива. Закусывали аппетитными шпикачками, три часа пролетели незаметно. Между тем весть о том, что в зале находится первый космонавт планеты, просочилась. Выстроилась очередь за автографом героя. Юрий никому не отказывал, ставил подпись на газетах, салфетках, в блокнотах, на студенческих билетах и заводских пропусках. А другая очередь ожидала его снаружи павильона. Более сотни автографов дал он в тот день...
ВСТРЕЧА С РАЗВЕДЧИКАМИ-НЕЛЕГАЛАМИ
Об этой встрече ранее никогда не сообщалось. После одного из пленумов ЦК ВЛКСМ первый секретарь Сергей Павлов пригласил для неформальной дружеской беседы Юрия Гагарина, двух легендарных разведчиков-нелегалов, которых в свое время удалось вытащить путем обмена из американской и английской тюрем, - полковника Рудольфа Абеля и работавшего в Лондоне Конона Молодого, а также еще несколько человек, среди которых был и Анатолий Утыльев. По его словам, Молодый рассказывал, как однажды во время тюремной прогулки обратил внимание на гирлянды цветов, которые вывешивают обычно в праздники и торжественные дни. Спросил у охранника: вроде бы никакого праздника нет? "Ее величество королева Великобритании принимает сегодня первого космонавта Юрия Гагарина", - ответил охранник. "Я тогда подумал: одного россиянина принимает королева, а другой в это время в тюрьме", - вспоминал разведчик.
Гагарин слушал с большим интересом, а потом то ли в шутку, то ли всерьез заметил: "Если бы знал о вашем заточении, замолвил бы за вас словечко на приеме у королевы... " Шутка? А мог бы, думаю, и в самом деле, нарушая все протоколы, попросить за своего соотечественника. Он был готов на смелые, неординарные поступки.
"КОГДА ЧИТАЕШЬ ЭТИ ВОСХВАЛЕНИЯ, ТОШНО СТАНОВИТСЯ"
Фантастическая всемирная слава не изменила Гагарина. Это один из самых удивительных феноменов. Он остался таким же открытым, общительным, веселым, готовым прийти на помощь и друзьям, и незнакомым. А вот что его действительно раздражало, так это восторженные публикации и фильмы, в которых космонавта N 1 изображали супергероем. "Читаешь, и неудобно становится, - писал он в своем дневнике. - Все у меня обязательно хорошо получалось. А у меня, как и у других людей, много ошибок. Есть и свои слабости. Не надо идеализировать человека. Надо принимать его таким, каков он есть в жизни. А то неприятно получается, как будто бы я такой паинька, такой хорошенький, что тошно становится".
Слабости, конечно, у Юрия были, ну и что, ведь речь о живом человеке, а не о музейном экспонате. Ему все прощалось, обаяние Гагарина, его удивительная, искренняя, лучезарная улыбка перекрывали все. Он любил веселые компании, встречи с друзьями, не избегал застолий. Но дело всегда было на первом месте.
Летчик-космонавт, дважды Герой Советского Союза Борис Волынов, зачисленный в отряд вместе с Юрием Гагариным 7 марта 1960-го в числе двадцати слушателей самого первого набора (четырнадцать из них уже, к сожалению, ушли в мир иной), был очень дружен с Юрием. Они и жили в соседних квартирах на шестом этаже "дома космонавтов" в Звездном городке (сейчас за стенкой - только Валентина Ивановна, у дочерей - Галины и Елены - свои семьи, когда собираются вместе - это всегда праздник).
- Гагарин держался просто, дружелюбно, в любой обстановке оставался самим собой, - вспоминает Борис Валентинович. - Юрия отличали находчивость, уверенность, чувство юмора. Он был простой, но отнюдь не прост. Мог стать, если бы не погиб в 34 года, крупным руководителем благодаря природному уму, целеустремленности, трудолюбию, способности ориентироваться не только в технических вопросах, но и в сложных "правилах игры" изощренной партийно-бюрократической машины того времени. Все схватывал на лету. Уже будучи всемирно известным, Гагарин сохранял удивительную скромность и душевность. Однажды он тащил на себе на 6-й этаж (лифт не работал) тяжеленный приемник, чтобы подарить его в день свадьбы Жанне Еркиной и Валерию Сергейчику. Мог бы поручить доставку подарка солдатам, но считал это барством. Или другой пример: Гагарин собирал деньги, чтобы сделать хороший подарок уборщице, работавшей в нашем подъезде.
Во Франции первому космонавту подарили дорогую спортивную машину "матра". Уникальный для Москвы автомобиль, бордового цвета, скоростной. Но на подарочном авто он совершил всего несколько поездок, потому что считал машину слишком роскошной: "Она очень уж выделяется в общем потоке". Зато охотно пользовался своей черной "Волгой".
Однажды к нему обратилась женщина, которой требовалась очень сложная операция. Гагарин попросил помочь ей директора крупнейшего в стране медицинского института, знаменитого хирурга Александра Александровича Вишневского. Тот согласился и сам прооперировал больную.
И еще я хотел бы сказать, что Юрий никогда не робел перед начальством, отстаивал свое мнение. В общем, очень точный выбор сделали в апреле 1961-го Каманин и Королев.
ПЕРВЫЕ ПОЛЕТЫ БЫЛИ СВЯЗАНЫ С НЕМАЛЫМ РИСКОМ
Еще в 1956-м, до запуска первого искусственного спутника Земли, Сергей Павлович Королев, главный творец "русского космического чуда", предложил осуществить первый суборбитальный полет человека на отечественной сравнительно небольшой ракете Р-5А. Речь шла о том, чтобы поднять кабину вертикально в космос и затем опустить ее на Землю, раскрыв в атмосфере парашют. Именно так с 1953-го наши ученые отправляли в полет собак на геофизических ракетах. Предложение принято не было. А с 1958-го начались разработки настоящего орбитального космического корабля. Всего через два года, 15 мая 1960-го, его запустили на орбиту. Темпы работ были фантастические.
В 1960-м стартовали в общей сложности 5 беспилотных кораблей - прототипов "Востока". Но из них только один приземлился в штатном режиме. 9 и 25 марта 1961-го были произведены еще два пуска, и в обоих случаях спускаемые аппараты нормально вернулись на Землю. Три успешных полета из восьми попыток - маловато, конечно, для отправки в космос первого человека. Но американцы наступали нам на пятки, готовились отправлять свой "Меркурий" с астронавтом (пусть и в вертикальный суборбитальный полет) в конце апреля - начале мая. Вот почему на Военно-промышленной комиссии (ВПК), а чуть позже (3 апреля) и на заседании президиума ЦК КПСС были приняты совершенно секретные решения о запуске человека в космос.
Юрий Гагарин стартовал с Байконура 12 апреля в 9 часов 07 минут на корабле "Восток", но сообщение об этом прозвучало по радио только в 10 часов 2 минуты. Мало кто знает, что на космодроме перед запуском Сергей Павлович Королев неожиданно на несколько секунд "вырубился" - может быть, потерял сознание или просто заснул... Сказалось колоссальное напряжение последних месяцев, бессонные ночи, волнения.
Орбита корабля была низкой, причем выбирали ее таким образом, чтобы в случае отказа ТДУ - тормозной двигательной установки (а дублирующего двигателя не было вообще) "Восток" за счет "чирканья" об остатки атмосферы сам перешел на траекторию снижения через 5-7 дней после старта. Однако на самом деле орбита получилась из-за небольшого сбоя выше расчетной. Таким образом при отказе "тормозов" корабль оставался бы в космосе 15-20 дней, что обрекло бы пилота на верную гибель.
Большая опасность грозила космонавту в случае аварии ракеты-носителя непосредственно перед стартом, а также в течение десятка секунд после команды "Подъем!". Ни на "Востоках", ни на "Восходах" не было системы аварийного спасения, которые есть сейчас на "Союзах". В случае аварии ракеты Гагарин мог лишь катапультироваться, но из-за малой высоты шансов на благополучное приземление практически не было. Слава Богу, судьба была благосклонна, и ни одной из перечисленных аварий во время первого старта не случилось.
А вот приземление прошло не так гладко, как планировалось. Гагарин об этом так рассказывал специалистам после возвращения на Землю (стенограмма в течение десятилетий имела гриф "Совершенно секретно"):
"... Я почувствовал, как заработала тормозная двигательная установка. Через конструкцию ощущался небольшой "зуд" и шум. Время работы составило точно 40 секунд. Как только выключилась ТДУ, произошел резкий толчок. Корабль начал вращаться вокруг своих осей с очень большой скоростью. Земля у меня проходила во "взоре" сверху вниз и справа налево. Получился "кордебалет": голова - ноги, голова - ноги с очень большой скоростью вращения. Все кружилось. То вижу Африку (над Африкой произошло это), то горизонт, то небо. Только успевал закрываться от солнца, чтобы свет не попадал в глаза... Я ждал разделения (приборно-агрегатного отсека и спускаемого аппарата. - В.Г.). Разделения нет. По моим ощущениям, времени прошло больше, чем следовало, но разделения все не было. На приборе надпись "Спуск -1" не гаснет. Надпись "Приготовиться к катапультированию" не загорается. Разделения не происходит.
Затем вновь стали загораться окошечки на ПКРС, сначала окошко 3-й команды. Разделения по-прежнему нет. "Кордебалет" продолжается. Я решил, что тут что-то не в порядке. Засек по часам время. Прошло минуты две, разделения по-прежнему нет. Доложил по КВ-каналу связи, что ТДУ сработала нормально. Прикинул, что все-таки сяду нормально, так как тысяч шесть (километров. - В.Г.) есть до Советского Союза, да Советский Союз тысяч восемь будет. Значит, до Дальнего Востока где-нибудь сяду. Шум поэтому не стал поднимать. По телефону доложил, что разделения не произошло. Я рассудил, что обстановка не аварийная. Ключом я передал команду "ВН4", что означало "все нормально". Через "взор" заметил северный берег Африки, Средиземное море. Корабль тем временем продолжал вращаться. Разделение произошло только в 10 часов 35 минут, а не в 10 часов 25 минут, как я ожидал, то есть приблизительно через 10 минут после окончания работы ТДУ... "
Весьма неприятные осложнения при сходе корабля с орбиты возникли из-за того, что тормозной двигатель отработал на две секунды меньше расчетного времени. Это вызвало нештатную закрутку корабля. А дальше - по цепочке: полное разделение отсеков действительно произошло с задержкой на 10 минут и только тогда, когда корабль вошел в плотные слои атмосферы. Однако Гагарин не учел в своих рассуждениях, что двигатель все-таки отработал почти полную программу, дал тормозной импульс, "Восток" пошел на снижение, так что задержка в разделении не должна была резко изменить посадочную траекторию. Район посадки, конечно, сместился, но не на тысячи километров, как думал космонавт, а всего на несколько сотен. Приземление планировалось в ста километрах южнее Сталинграда (теперь Волгоград), Гагарин же опустился на парашюте в Саратовской области недалеко от города Энгельса. И надо отдать должное мужеству и самообладанию Гагарина, который в непростых условиях не поддался панике, вел себя хладнокровно, уверенно и даже передал на Землю сигнал "Все нормально" - чтобы не волновались...
"БЕРЕГИ НАШИХ ДЕВОЧЕК, ЛЮБИ ИХ, КАК ЛЮБЛЮ Я"
10 апреля 1961-го, за полтора дня до исторического старта, Гагарин написал письмо жене. Но передал его не пилотам, которые должны были отправиться из Байконура в Звездный, а командованию - с просьбой вручить Валентине Ивановне в случае его гибели. Юрий Алексеевич писал, что рад и счастлив проложить первую дорогу в космос, что это - история, начало новой эры. А дальше он как бы прощался с родными:
"В технику я верю полностью. Она подвести не должна... Ну а если что случится, то прошу вас, и в первую очередь тебя, Валюша, не убиваться с горя. Ведь жизнь есть жизнь, и никто не гарантирован, что его завтра не задавит машина. Береги, пожалуйста, наших девочек, люби их, как люблю я. Вырасти из них, пожалуйста, не белоручек, не маменькиных дочек, а настоящих людей, которым ухабы жизни были бы не страшны... Ну а свою личную жизнь устраивай, как подскажет тебе совесть, как посчитаешь нужным. Никаких обязательств я на тебя не накладываю, да и не вправе это делать. Что-то слишком траурное письмо получается. Сам я в это не верю. Надеюсь, что это письмо ты никогда не увидишь, и мне будет стыдно перед самим собой за эту мимолетную слабость. Но если что-то случится, ты должна знать все до конца. Я пока жил честно, правдиво..." (Полностью текст письма публикуется в книге В. Россошанского "Феномен Гагарина").
Это письмо дошло до адресата только через семь лет. 27 марта 1968 года Юрий Гагарин и летчик-инструктор Владимир Серегин, совершавшие учебно-тренировочный полет на двухместном истребителе УТИ МИГ-15, погибли, когда самолет врезался в землю. Вот тогда командование и передало Валентине Ивановне прощальное письмо Юрия.
Гагарин был первым и останется первым навсегда.

Напечатать

Жизнь 00:01 / 25 Декабря 2025 17988

В таком же декабре, как сегодня

Листаем подшивку «Труда» за последние сто лет

Владимир Санин

Труд

В наступающем году нашему «Труду» исполнится 105 лет. Дата не слишком круглая, но разве это повод отменять путешествие по старым газетным подшивкам? Приглашаем вас вместе пролистать пожелтевшие страницы,...