Труд: СЕАНС ИГЛОУКАЛЫВАНИЯ

Главная Жизнь 01:01 13 Марта 2003 218

СЕАНС ИГЛОУКАЛЫВАНИЯ

В городе Губкинский (Ямало-Ненецкий автономный округ) объединенный профком ОАО "Роснефть-Пурнефтегаз" решил приступить к подготовке массовой акции протеста. "Коллектив в очередной раз стал свидетелем ледяного безразличия вышестоящего руководства, - говори

Байгаров Сергей

Напечатать

После таких слов дорога только одна - на баррикады. Это, видимо, поняли и на Софийской набережной в Москве, где расположена штаб-квартира "Роснефти". Сюда вызвали генерального директора "Пурнефтегаза" Юрия Балдуева и попросили приехать председателя профкома Е. Мартыненко. И вот уже четвертый час в кабинете вице-президента компании Юрия Матвеева в присутствии заместителя председателя профессионального союза работников нефтяной, газовой отраслей промышленности и строительства РФ Василия Веревкина, эксперта этого профсоюза Веры Бицоевой и вашего корреспондента идет беседа, а ясности - в чем же причина социальной напряженности в далеком Губкинском - пока нет.
Вначале, когда Евгений Мартыненко еще ходил по другим высоким кабинетам, как он впоследствии выразился, "на иглоукалывание", слово взял вице-президент Юрий Матвеев. Он даже с некоторой обидой сказал, что "выпуклой, ясной причины для социальной напряженности не видит". За последние четыре года компания построила в двадцатитысячном городе 26 тысяч квадратных метров жилья, "квартиры продаем нефтяникам по себестоимости". Кроме того, заложили больницу на 120 коек с поликлиникой, совместно с мэрией сделали крытый рынок. А ведь в конце 90-х, когда "Роснефть" купила "Пурнефтегаз", предприятие лежало в руинах. Народ бросал все и бежал в соседние нефтяные и газовые компании. И вот в 1999 году началась другая жизнь - зарплата выросла на 200 процентов, в 2000 году - еще на 170 процентов. А еще "Роснефть" платит всем своим сотрудникам по три тысячи "лечебных", если они идут в отпуск без льготной путевки.
Никто и не умаляет заслуг команды президента "Роснефти" Сергея Богданчикова, которая своими "агрессивными" (Веревкин), а вернее, "энергичными" (Матвеев) действиями вывела компанию в число восьми лидеров отрасли. Но тогда, выходит, все хорошо, а нефтяники с жиру бесятся?
- Да не до жиру здесь, - вступает в разговор Василий Веревкин. - На наш взгляд, зарплата, которую сейчас платят в "Пурнефтегазе", не соответствует нагрузкам и вкладу нефтяников. Вот официальная справка по средней зарплате на нефтяном Севере. Хотя вы должны понимать, что это "средняя температура в больнице". Навязчивый штамп, но от него никуда не денешься. Так вот, средняя зарплата в "Пурнефтегазе" на 20-30 процентов ниже, чем у их ближайших соседей. Например, в Сургуте коллеги получают почти 26 тысяч рублей, в Нефтеюганске - около 25 тысяч, а в Губкинском нефтяники зарабатывают тринадцать тысяч шестьсот целковых.
- Но и это полбеды, - продолжает он. - У нас есть данные по специальностям. Оператор пятого разряда на добыче нефти (это должность, по которой судят о средней зарплате в любой нефтяной компании. - С.Б.) получает десять-двенадцать тысяч рублей. Если вычесть северные и вахтовые коэффициенты, то получается, что водитель трамвая в Москве зарабатывает в два раза больше. А цены на Крайнем Севере, между прочим, - "московские". Кроме того, с апреля прошлого года жители Губкинского больше всех в регионе платят за услуги ЖКХ - восемьдесят процентов от себестоимости.
Есть и такие, кто получает по восемь-десять тысяч в месяц. Это признал и вице-президент. Но их немного, добавил он. Видимо, все-таки достаточно, чтобы социальная обстановка в "Пурнефтегазе" накалилась до опасного предела. Пикантность ситуации заключается, во-первых, в том, что "Роснефть" - компания, на сто процентов принадлежащая государству, которое в последнее время демонстрирует свою социальную направленность. А во-вторых, деньги есть, и немалые. Руководители "Роснефти" нашли ведь шестьсот миллионов долларов на покупку "Северной нефти" с обязательством погасить долги еще на двести миллионов "зеленых".
"Пурнефтегаз" - крупнейшее добывающее предприятие компании. В прошлом году местные нефтяники добыли более десяти миллионов тонн нефти и газового конденсата. Растет выручка от реализации продукции и услуг, значительно увеличилась прибыль. На экспорт идет больше шестидесяти процентов добываемой здесь нефти. А нефть сейчас стоит умопомрачительных денег.
Все это дало возможность Сергею Богданчикову в сентябре прошлого года высоко оценить работу губкинских нефтяников. Между тем оплата труда, по данным профсоюза, не повышалась с сентября 2000 года. То, что в третьем квартале прошлого года зарплату проиндексировали на три процента, а в четвертом - на один (!) процент, не устраивает ни рабочих, ни профсоюз. Повышение ничтожное, так как прожиточный минимум в регионе выше российского на тысячу рублей. В нынешнем году зарплату в "Пурнефтегазе" планируют проиндексировать всего на восемь процентов, и это при том, что, по официальным данным, ожидается 12-процентный рост инфляции.
- Это я обосновал 8-процентную индексацию, - сказал генеральный директор "Пурнефтегаза" Юрий Балдуев. - Бейте меня за это.
Вот и бьют. Не "работает" сейчас и объяснение: мол, все деньги мы инвестируем во имя будущего. Это не самый лучший пиар, который был в ходу еще при советской власти, когда каждое поколение жило якобы ради своих потомков.
А вот лучшее, что было в Советском Союзе, развивает не государственная, а частные нефтяные компании. Я имею в виду широкие социальные программы. Практически у всех ближних и дальних соседей города Губкинский дела в этой сфере обстоят лучше. В "Пурнефтегазе" на человека приходится 394 рубля в месяц социальных программ. И это на Крайнем Севере. Причем в эти неполные четыре сотни включены и единовременные пособия, и выплаты вознаграждения при выходе на пенсию, и выходные пособия при прекращении трудового договора, и возмещение вреда при профессиональных заболеваниях. Поэтому на деле подавляющее большинство рабочих не видят даже этих, мягко говоря, небольших денег.
В то же время любая крупная частная нефтяная компания делает в "социалке" гораздо больше. Это и разнообразные молодежные программы, и забота о ветеранах, здравоохранении, обучении, отдыхе, об улучшении условий труда, о переселении пенсионеров на Большую землю, и многое другое. И это при том, что все предприниматели стремятся к западному идеалу: бизнес платит сполна налоги, достойную зарплату и больше не заботится о социальной сфере, это делает власть, начиная от мэров и кончая президентом. Пусть рабочий сам покупает себе путевку в Турцию или в местный дом отдыха, платит за здоровье и так далее. Идея хорошая, но дорога в ад часто вымощена благими намерениями. Особенно в России. Давайте сначала определим, что такое достойная зарплата? По мнению Василия Веревкина, средняя зарплата в "нефтянке" должна быть не менее тридцати тысяч рублей. Вот тогда и можно "сбрасывать" социалку".
А пока этого нет, Алекперов, Ходорковский, Кукес и другие руководители и владельцы нефтяных компаний вынуждены заниматься по полной программе детскими садами, пионерскими лагерями, строить стадионы и кегельбаны, покупать для рабочих дома отдыха на Черном море, строить и содержать за свой счет лицеи, помогать школам, вузам, библиотекам, учреждать стипендии... Поначалу все это они пытались "сбросить", а потом быстро поняли, что без социальной стабильности в компании, вахтовом поселке, городе, регионе, наконец, стране невозможен стабильный бизнес.
Жаль, но единственная государственная компания не показывает пример социальной ответственности. Даже положенные по закону 0,3 процента от фонда оплаты труда на спортивные и социально-культурные мероприятия компания не платит в полной мере. По данным Василия Веревкина, "Пурнефтегаз" должен за три года выделить около трех миллионов рублей, а заплатил не более 600 тысяч. Деньги совершенно незначительные даже для мелкой нефтяной компании. Но их отсутствие означает, что где-то стали меньше заниматься спортом, выпиливать лобзиком или, скажем, петь хором, но больше пить, а кто-то, того хуже, пристрастился к наркотикам. Делать-то в моногородах особенно нечего, жителей надо чем-то занимать.
...С появлением Евгения Мартыненко обстановка в кабинете вице-президента "Роснефти" стала напряженной. Разговор он начал решительно, хотя Юрий Матвеев уже успел объявить о решении компании с 1 апреля дифференцированно увеличить зарплату в "Пурнефтегазе" на пятнадцать процентов. Видимо, сеанс "иглоукалывания" прошел не безболезненно.
- Если сравнивать политику повышения зарплаты в соседних компаниях, то в ЮКОСе, "ЛУКОЙЛе", "Сибнефти", "Сургутнефтегазе", ТНК и Газпроме она заметно поднимается ежеквартально, - говорит он. - А у нас эта процедура с 2000 года превратилась в обыкновенную статистическую индексацию. Один-три процента повышения вряд ли кто заметит. По данным Минэнерго, за последние два года "Роснефть" подняла зарплату максимум на три процента. В "Пурнефтегазе" процент несколько выше, но для такого экстремального района и он не чувствителен. За это время прошли реформы в ЖКХ, выросли энерготарифы, подорожал транспорт и так далее. В итоге общий доход работника оказался ниже, чем в прошлые годы.
- С прошлого апреля мы начали обострять нашу позицию, - продолжает профсоюзный лидер. - Но администрация доказывает, что все-де хорошо. Как же хорошо, если наши специалисты и высококвалифицированные рабочие, в общем, все, кто может, побежали к соседям. Это о чем-то говорит?
Дискуссия Мартыненко со своими оппонентами, особенно с генеральным директором "Пурнефтегаза" Юрием Балдуевым, иногда походила на перебранку. Кажется, они только здесь, в московском кабинете, за тысячи верст от родного города наконец-то встретились, чтобы поговорить "за жизнь". И действительно, администрация не приглашает представителей профсоюза на свои совещания, профлидеры отвечают тем же. А в других компаниях уже давно существуют постоянные смешанные рабочие комиссии, которые ежеквартально, часто в присутствии местной прессы, решают все вопросы, начиная с обеспечения рабочих перчатками и валенками и кончая повышением зарплаты.
В "Пурнефтегазе" до этого пока далеко. С одной стороны Юрий Балдуев заверяет, что у него нет конфликта с профсоюзным лидером и тут же сообщает о подготовленном судебном иске против него и одной столичной газеты за недостоверные данные. Какой уж тут социальный мир! Неудивительно, что при подобной "слаженной" работе в "Роснефти-Пурнефтегазе" даже такие не самые последние показатели, как средняя зарплата, у каждого свои. Так, оператор пятого разряда, по версии профсоюзов, получает 10-12 тысяч рублей, генеральный утверждает, что 14 тысяч, а вице-президент считает, что все 18 тысяч рублей. Причем все ссылаются на один и тот же источник. Создается впечатление, что этот "источник" повышает зарплату на бумаге в зависимости от того, кто его запрашивает, наверное, хочет сделать начальству приятно. Честно говоря, подобного разнобоя я не видел ни в новейшее, ни в застойное советское время. Такой поворот событий, по-видимому, оказался неожиданным даже для Юрия Матвеева. Он аж крякнул с досады.
- Ну ты объясни корреспонденту, почему в регионе у всех спокойно, а у тебя что-то происходит? - спрашивает вице-президент у генерального и тем самым фактически становится на сторону профсоюзов и прессы, которую он только что обвинял в предвзятости. Вразумительного ответа на вопрос не последовало.
А Евгений Мартыненко высказал свой взгляд и на широкую жилищную программу в Губкинском.
- Ну кто купит трехкомнатную квартиру даже по себестоимости за миллион - миллион двести тысяч рублей? - горячится он. - Откуда такие деньги?
(Единственная на нашем совещании женщина Вера Бицоева быстро подсчитала: ежемесячные выплаты в течение десяти лет составят восемь тысяч рублей плюс примерно пять тысяч пойдет за услуги ЖКХ. А жить на что?)
- А вот в соседнем Ноябрьске "Сибнефть" снижает стоимость квартиры для своих работников в зависимости от стажа до пятидесяти процентов, - сообщает Мартыненко.
Матвеев: "Но там и строят гораздо меньше".
Мартыненко: "Зато квартиры реальные".
Как бы там ни было, руководство "Роснефти" все-таки решило повысить с апреля зарплату на пятнадцать процентов. С учетом восьми процентов индексации достаточно это или нет?
- Я бы сформулировал так: нам вроде бы увеличивают среднюю зарплату на пятнадцать процентов. Пока не увижу документов, по-другому говорить не могу. Осторожности жизнь научила, - отвечает Евгений Мартыненко. - Есть еще вопросы. За чей счет пойдет увеличение, даст деньги материнская компания или надо искать "внутренние резервы"? Будут сокращать персонал и увеличивать зону ответственности для работников или нет? Пока я не хочу ничего комментировать, да это и за пределами моей компетенции. Все будет решать профсоюзная конференция 22 марта. Готовность к акциям протеста пока остается.
- Мы всегда поддержим справедливые требования наших членов профсоюза любыми доступными законными способами, - говорит Василий Веревкин. - Если дойдет дело до крайностей, будем консультировать наших коллег на Севере, расскажем о них в прессе, в Думе, правительстве, Кремле. Поможем им не только советом, но и деньгами. Однако я надеюсь, что до забастовки дело не дойдет. "Роснефть" - нормальная компания, просто, как мне кажется, здесь только сейчас начинают понимать все сложность создавшейся ситуации.
...А Евгений Мартыненко так и не улетел домой, как планировал. Его попросили задержаться в Москве. Интересно, для чего? Для очередного сеанса "иглоукалывания" или все же для совместного разрешения ситуации? Посмотрим.

Жизнь 19:01 / 10 Октября 2026 13646

О чем я подумала, когда машина летела в озеро

В моем детстве простые вещи запоминали сразу - на то они и простые

Гузель Агишева

Труд

Забыла наушники, а за окном темень, ничего не видно, так что высматривать что-то и отвлекаться не получается. Двери вагона на шарнирах — каждый входящий и выходящий энергично их распахивает...