После инцидента в уральском поселке Сагра — местные жители отразили нападение диаспоры, якобы крышующей наркоторговлю, — в России только ленивый не заговорил об этнической преступности, о том, что пора бы признать ее реальной, легализовать термин и благословить отряды народной самообороны на борьбу с нею. МВД из последних сил сопротивляется, зная, что никакая этническая преступность не нанесет стране такого урона, как массовые погромы. Но сопротивление это трещит по швам, а пресса стреляет заказными залпами, подозрительно приуроченными к истории в Сагре. Ни для кого не секрет, что в уральском поселке все началось с цыгана. «Литгазета» еще в конце июня бабахнула такую статью о цыганской преступности, что рядом с нею бледнеют все публикации о еврейской любви к христианской крови. По числу ляпов, идиотских слухов и ксенофобских выпадов эта публикация явно лидирует и заслуживала бы… Не станем говорить чего, дабы не спровоцировать государство на репрессии, но ситуация симптоматична: волна борьбы с этнической преступностью поднимается и напоминает ситуацию начала прошлого века, когда национальные проблемы раздувались для отвлечения от социальных.
Я прекрасно понимаю людей, которым любой ценой нужна легализация термина. Едва заговорив об «этнической преступности», мы тем самым признаем право сограждан самостоятельно решать эту проблему, а значит, громить по национальному признаку кого попало. Между тем перед нами штука куда более серьезная, а именно — один из первых случаев массовой самоорганизации: в эпохи безвластия, тщательно маскируемого разговорами о вертикали, народу ничего другого не остается. Народ ведь отлично понимает, что его, как и страну, решили
Естественно, что этот самый народ, который наверху ценят так невысоко, решил посильно противостоять его аккуратному вымариванию. Ни образования, ни работы, ни нормального медобслуживания нет даже в крупных городах — что говорить про поселки?
Девяносто процентов российской территории брошено на произвол судьбы, что еще, может, и к лучшему в смысле все той же самоорганизации — должна же она начаться хоть
Это будет та самая гражданская война всех со всеми, которую так давно и точно предсказали в своих сценариях Петр Луцик и Алексей Саморядов. Они как раз и писали об Урале и Сибири, превращенных в «Дикое поле», — о местах, где суровое население решит взять судьбу в свои руки и первым делом примется воевать с башкирцами. Башкирцы, сами понимаете, условные — на их месте может быть кто угодно.
Что теперь делать? Да ничего уже не делать, наверное. Поздно. Теперь только ждать, пока во всех этих столкновениях — сначала национальных, а потом и социальных — выкуется нация, как случилось это на Диком Западе в Штатах. А какой выбор сделать власти — поддержать эту волну народной самоорганизации или из последних сил бороться с нею, — я даже и советовать не берусь. Бежать им,
