Труд: НЕ КОРЫСТИ РАДИ

Главная Жизнь 01:01 14 Сентября 2007 127

НЕ КОРЫСТИ РАДИ

На завершившемся только что в Казани международном фестивале мусульманского кино "Золотой минбар" одним из почетных гостей был знаменитый актер, художественный руководитель Театра наций Евгений Миронов. Наш корреспондент решил узнать, что привело звезду м

Владимиров Андрей

Напечатать

- Евгений, говорят, у вас есть восточные, а именно татарские корни...
- Все проще. Меня пригласили на фестиваль как актера, сыгравшего в фильме "Мусульманин". Кстати, после того фильма я всерьез увлекся изучением мусульманской культуры. Вообще люблю Казань. Это замечательный, очень красивый город, где я давно не был. Захотелось побродить по его улицам, пообщаться со здешними коллегами. Мы уже договорились, что я вскоре приеду сюда с антрепризными спектаклями: "Фигаро" в постановке Кирилла Серебренникова и "Вишневым садом" Някрошюса с Людмилой Максаковой, Алексеем Петренко, и еще мы привезем два спектакля МХТа имени Чехова - "N13" в постановке Володи Машкова и "Господа Головлевы" Кирилла Серебренникова.
- Вы сейчас сказали про антрепризу, но ходят разговоры, что вы о ней отзываетесь скептически.
- Просто я не привык халтурить, а в антрепризе тебя на это, бывает, толкают. Все же основное для меня - работа с Олегом Павловичем Табаковым. Когда играю, он словно стоит у меня за спиной. Не имею права его позорить.
- Одна из ваших последних киноработ - "Охота на пиранью". Чем вам особенно запомнились съемки?
- Жутким гримом, который на меня накладывали. Я сам придумал этот ядовитый желтый цвет, в который меня перекрасили, но долго потом расплачивался - буквально пучками падали волосы. Тем не менее, говорят, зрелищный эффект был. И вообще мне было интересно помахать саблей в проекте моего друга Валеры Тодоровского. Настолько вошел в роль и в раж, что во время съемок саблей срезал микрофон. Помню ужас в глазах помощника режиссера, который его держал. Кажется, он даже поседел, потому что махни я чуть ниже - и не микрофон бы полетел наземь, а его голова.
- В России вы один из любимых актеров. Но в мире вас не знают, поскольку в Голливуде вы не снимались. Не хотели или просто не поступало предложений?
- Во-первых, спасибо за комплимент, а во-вторых, на моей международной карьере рано ставить крест. Например, сейчас я вернулся из Лондона, где вел переговоры по поводу съемок и заодно учил язык. Год назад я уже снялся в фильме "По этапу" - это российско-английская картина, в которой главные роли играли Джон Малкович с Верой Фармигой и мы с Ингеборгой Дапкунайте. Но вообще-то я считаю, что главное для актера - востребованность на родине. Если она есть, можно и за рубеж ехать. А завоевывать мир, не добившись понимания у родной публики, глупо. Лет 15 назад Андрей Сергеевич Кончаловский сказал мне: "Дурак, срочно езжай в Америку или в Англию, учи язык и снимайся там". Но я ослушался тогда этого совета и считаю: Бог меня спас. Уехать туда 15 лет назад означало потерять себя, стать стандартным голливудским исполнителем. Мое лицо природой создано для другого кино. Хотя шансы были. Один раз меня позвали на съемки в Париж, чтобы сыграть русского мальчика-боксера. Я два месяца учил английский язык и две недели занимался боксом. Но тут вдруг мне позвонил режиссер Валерий Фокин и сказал, что ставит на сцене театра "Современник" спектакль "Братья Карамазовы". Я долго раздумывал, взвешивал "за" и "против". Понимал, что картина, в которой должен играть, будет в лучшем случае проходной, а то и вообще плохой. В общем, я сделал выбор и сыграл Ивана Карамазова. После этой роли у меня начались другие работы в театре и кино - "Гамлет", "Орестея"... Чтобы стать звездой на Западе, надо там родиться. Или приехать в юном возрасте. А играть русских бандитов или даунов, позорящих нацию, не могу. Когда-то мне предложили сыграть эпизод в картине "Миссия невыполнима", где мы заходим в кабинет и я должен произнести одно-единственное слово "ноу". И я сказал им "ноу", только вне кадра.
- А ваш друг и коллега Машков успешно снимается на Западе.
- И я очень рад, что у него получается. Но согласитесь, у него совершенно другой типаж.
- Вы член совета по культуре и искусству при президенте России... Не мешает ли это творчеству?
- Конечно, мешает. Честно говоря, я никогда не любил заниматься общественной деятельностью. И когда видел по телевизору, как некоторые сидят в различных советах, что-то лихорадочно записывают, когда президент выступает, меня брало недоумение: для чего они это делают? Чтобы потом детям и внукам своим эти листки показывать: вот, дескать, и я президента слышал? Неужели они и так этих прописных истин не знают? Неужели нужно внушение со стороны главы государства, чтобы вспомнить, допустим, о необходимости помогать коллегам по искусству? Вот почему, кстати, я все-таки вошел в совет - думал, что смогу поддержать чьи-то интересные творческие начинания в театре, кино, музыке... И хоть не строил себе иллюзий относительно действенности этого органа, все-таки однажды нажал кнопочку и попросил слова. Рассказал президенту России, как ко мне приходят молодые люди и просят: Евгений Витальевич, дайте денег (они думают, что у меня их очень много) на постановку пьес! Я ведь сам был когда-то таким же. Помню, мы с Володей Машковым делали спектакль "Звездный час по местному времени" и... украли часть ограды швейцарского посольства для декорации, с которой потом много лет играли эту пьесу. Денег-то не было, а заявить о себе хотелось!.. Я повинился за эту кражу перед президентом, ведшим совет по культуре: сказал, что меня тогда, в конце 80-х, могли бы посадить, если б поймали, но теперь срок давности прошел. Члены совета долго смеялись, но этот рассказ помог решить проблему. Один из руководителей администрации президента предложил создать фонд помощи молодым талантам. И мы вместе с моими коллегами - Чулпан Хаматовой, Кириллом Серебренниковым и другими энтузиастами - стали искать тех талантливых режиссеров и актеров, кому надо помочь в осуществлении их проектов. Кстати, найти талантливых людей, вытащить их из подполья оказалось делом таким же непростым, как поиски денег для этих людей. Но в результате родился крупный фестиваль, который теперь проводится каждую весну.
- Вы сейчас стали мало сниматься в кино. В чем причина?
- Появилась возможность выбирать, позволяю себе далеко не на каждое предложение соглашаться. Например, отказался от одной из главных ролей в картине "Груз 200" Леши Балабанова, и не зря - до сих пор не понимаю восторга критиков и зрителей по поводу этого тяжелого, давящего фильма, этой мрачной кинематографической фантазии. Леша - прекрасный режиссер, но, мне кажется, слишком увлекся жестким кино...
- Скоро выборы в Государственную Думу, многих артистов зовут в различные партии. Бабкина, Газманов, Маршал - все партийные... А вас не звали, не обещали "златые горы"?
- Звали и обещали, но я всякий раз задавал себе вопрос: а зачем? Ради денег идти на компромисс с совестью, убеждениями, принципами? Я бы себе такое никогда в жизни не простил.
- Кто вам помогает всегда одеваться так модно - мама, подруга, друг?
- Я в этом отношении ни к кому не прислушиваюсь. Сам выбираю.
- А в жизненных ситуациях с мамой советуетесь?
- Да. Она тонкий психолог, очень мудрый человек. Но очень часто не слушаюсь. Хотя потом всегда оказывается, что она была права. Но я человек очень упрямый, тут ничего не поделаешь.
- Чем любите заниматься в свободное время?
- О чем вы говорите? Никаких хобби - только театр и кино. Хотя... Люблю кататься на лыжах, но удается крайне редко. Особенно сейчас, когда взялся руководить Театром наций. У меня в связи с ним просто начался новый этап в жизни. Никогда столько не ходил по кабинетам, выбивая деньги - на зарплаты, на ремонт кресел... Обращался и к богачам. Один замечательный человек действительно помог. Но вообще в этом кругу не держат слово. Представляете, оказалось, что наша богемная актерская каста - во всяком случае, люди, близкие мне, - что называется, "отвечают за базар". А вот бизнесмены - нет, от них куда чаще приходится ждать подвоха. Вот это меня поразило!
- Завидуете в жизни кому-то? Вам кто-то завидует?
- Не могу такого вспомнить. Хотя нет, когда смотрел спектакли, в которых играл Олег Меньшиков, наверное, завидовал. А в целом мне это чувство незнакомо. Занимаюсь любимым делом, можно сказать, преуспел в этом. А то, что нет мировой славы, так это, может быть, даже и хорошо. Была бы она, может, и зависти коллег ко мне было бы больше.

Жизнь 19:01 / 10 Октября 2026 13018

О чем я подумала, когда машина летела в озеро

В моем детстве простые вещи запоминали сразу - на то они и простые

Гузель Агишева

Труд

Забыла наушники, а за окном темень, ничего не видно, так что высматривать что-то и отвлекаться не получается. Двери вагона на шарнирах — каждый входящий и выходящий энергично их распахивает...