На прошлой неделе мой бывший одноклассник выгодно продал собственные долги. Собрал в одну кучу ипотеку по дому, в котором живет, образовательный кредит младшей дочери (учится в университете), присовокупил три кредитные карточки, на которых накопились немалые минусы, — и все эти долги разным банкам обменял на один о-очень долгосрочный кредит под 6,25% годовых — на полпроцента меньше, чем у него получалось в среднем по пяти прежним долгам.
Кабала получилась многолетней, зато ежемесячные платежи снизились. Не нужно регулярно где-то перехватывать тысячу-другую до получки, чтобы срочно погасить неожиданно набежавший платеж. «Я для моего банкира — ценность, которую нужно беречь, холить и лелеять», — говорит приятель. Причем эту финансовую операцию он провел уже второй раз, перебегая из одного банка в другой — по объявлению о реструктуризации долгов под меньший процент.
Московские друзья ему завидуют, но перенять опыт не могут: счастливчик живет в пригороде Нью-Йорка, где низкие ставки по банковскому кредиту и такая реструктуризация — обычное дело. Если, конечно, иметь хорошую кредитную историю.
В России уже тоже появились банки, скупающие долги надежных заемщиков, реструктуризируя чужие кредиты с 18-19% годовых под 14-15%. Конечно, не Америка, но уже что-то. Однако желающих воспользоваться этой услугой пока немного.
А ведь большинство обычных отечественных банков фактически занимаются грабежом населения. Всероссийский социологический опрос, проведенный в марте, показал: незакрытый банковский или потребительский кредит имеют 27% россиян. Причем соотношение средних розничных кредитов (без учета ипотеки) к среднему располагаемому доходу составляет 16%. По европейским меркам вроде немного. Но в стране слишком много бедных людей: 76% наших граждан имеют доход ниже 25 тысяч рублей, 17% — от 25 до 50 тысяч рублей и только у 8% доход свыше 50 тысяч рублей на душу населения.
Однако бедные тоже хотят жить красиво, пусть даже в кредит. И, как утверждают отечественные банкиры, для 40% населения выплата по кредитам превышает 20% зарплаты. А для 10% населения такие выплаты превысят 120% ежемесячной зарплаты. Основные риски сконцентрированы в кредитах, выданных на сумму 20-50 тысяч рублей по экспресс-технологии под сумасшедшую ставку 30-65% годовых, почти МММ наоборот. Рекордсмены по имеющимся кредитным задолженностям — Республика Коми, Ямало-Ненецкий округ, Тюменская область, Москва и Республика Саха.
Глава Банка России Эльвира Набиуллина еще в прошлом году заявляла, что в потребительском кредитовании есть элементы перегрева. По ее словам, это может стать угрозой для финансовой стабильности РФ, поскольку уровень задолженности чрезмерно высок по сравнению с доходами широкой группы населения. Согласно исследованию Национального бюро кредитных историй (НБКИ), средняя сумма действующих кредитов особенно интенсивно растет у молодых и пожилых заемщиков. При этом у пенсионеров доля обеспеченных кредитов ниже, чем у других возрастных групп, — всего 15%, и самая высокая доля задолженности по кредитным картам — 21%.
По данным социологов, 58% россиян, имеющих кредиты, считают свои финансовые обязательства тяжелым бременем, а у 41% после выплаты ежемесячного платежа оставшийся доход оказывался меньше прожиточного минимума. Как следствие — рост социальной напряженности. В 2013 году в целом по банковской системе России просрочка выросла на 40% при 29-процентном росте сегмента в целом. В итоге Центральный банк начал предпринимать меры для сдерживания роста потребительского кредитования. Хотя многие эксперты утверждают: сдерживание потребкредитования уже привело к поте-ре роста ВВП до 3%. То есть по итогам прошлого года Россия могла иметь рост ВВП на уровне не 1,3%, а 4,3%.
Эксперты «Труда» утверждают: выход из ситуации нужно искать на пути снижения кредитных ставок — для начала по отношению к клиентам, уже доказавшим свою надежность. Это в первую очередь предсредний и средний класс — хорошие заемщики, которые в состоянии обслуживать до-статочно крупные и долгосрочные кредиты. Об этом свидетельствует статистика досрочных погашений, львиная доля которых приходится именно на таких клиентов. Из года в год средний срок жизни ипотечного кредита оказывается меньше пяти лет, хотя по договорам средний срок составляет 10 лет. По потребительским ссудам примерно та же картина.
Но проценты по кредитам с этих клиентов дерут, как правило, тоже сверхвысокие — наши банкиры привыкли к легким заработкам. Это ненормально, и такая практика в недалеком будущем должна сойти на нет. «Мы подходим к циви-лизованному рынку и должны привыкать к тому, что маржи 15% больше не будет, — говорит советник председателя правления КБ «Интеркоммерц» Елена Речкалова. — Нашим банкам придется научиться жить с маржой 5-6%, заниматься совершенствованием бизнес-процессов и сервисов, придумывать новые продукты именно для клиентов из предсреднего и среднего класса».
Процесс повышения цивилизованности отечественного банковского сектора идет крайне медленно в том числе из-за низкой финансовой грамотности большинства населения. В результате кредиты у нас берут где попало, даже не попытавшись проанализировать возможности рынка. Хотя правильный выбор банка — уже начало экономии собственных денег. Перекредитованием накопившихся долгов под более низкий процент занимаются крайне немногие. Большинство россиян даже не знают о таких возможностях.
Работа предстоит нелегкая, но иного пути ни у власти, ни у банков нет: осложнившиеся отношения с западными банками вынуждают искать резервы внутри страны, в карманах сограждан. Но чтобы поиск приносил требуемые результаты, население должно убедиться, что быть надежным заемщиком выгодно.
