В праздничные дни федеральные каналы не любят сообщать неприятные новости, особенно в День Победы: ничто не должно отвлекать зрителя от торжественных мероприятий. Вот и на сей раз даже грозу, обрушившуюся на колонну «Бессмертного полка» в Москве, ведущие и репортеры постарались не заметить, несмотря на промокших до нитки людей в кадре.Но вот о смерти Сергея Доренко в информационных выпусках сообщили все, причем очень подробно. Тут уж профессиональный азарт сработал — возможно, скончайся журналист «после тяжелой продолжительной болезни», этой фразой дикторы и ограничились бы. Но остановка сердца прямо в седле дорогого мотоцикла в центре столицы — как пройти мимо такого яркого факта?! А уж какой восторг, вероятно, испытали редакторы популярных ток-шоу, когда в воскресенье сорвались его похороны...
В понедельник Доренко посвятили выпуски своих программ и Малахов, и Борисов. Трудно сказать, сделали ли бы они это, не случись скандала на Троекуровском кладбище, когда друзья и поклонники, приехавшие проститься с главредом радиостанции «Говорит Москва», узнали, что событие переносится на неопределенный срок. Ну собрали бы в студии близких Сергея, но о чем бы гости говорили? Это не тот случай, когда о покойниках — или хорошо, или ничего. Сопливых воспоминаний точно не получилось бы. Не зря же все отклики на смерть Доренко в СМИ строились по одной формуле: «Он был очень ярким, талантливым человеком, но...» Далее следовали эпитеты «жесткий», «скандальный», «бесцеремонный», «непоследовательный». И еще покрепче. Говорить о творческом пути покойного — значит вспоминать, как он сначала глаголом уничтожал соперников нашего нынешнего президента на его первых выборах, не брезгуя ничем, а чуть позже в эфире ведущего канала обвинил руководство страны во лжи в связи с трагедией «Курска», моментально поставив крест на своей телевизионной карьере. А еще это значит ворошить историю с Борисом Березовским, которому Доренко верной службой и едким глаголом помогал рулить политическими процессами в государстве. Зачем любимым шоу домохозяек такими темами наживать геморрой?
Но тут и случился скандал, позволивший и о журналисте повспоминать, и перевести разговор в привычное для «Пусть говорят» и «Прямого эфира» русло. Дочери Доренко от первого брака потребовали проведения повторной экспертизы, из-за чего похороны и отложили. У них вызвал сомнение зафиксированный медиками факт гибели отца от разрыва аорты. Заподозрили, что он мог быть отравлен, а во время интервью на кладбище намекнули на возможные имущественные конфликты. Также им показалось странным, что молодая жена 59-летнего журналиста и мать еще двух его дочерей настаивала на кремации... Вот это поворот! Вот это скандалище!
Вероятно, все воскресенье редакторы ток-шоу обрывали телефоны родных Сергея, приглашая на программу и суля немыслимые деньги за пару минут взаимных обвинений. Но никто из них не пришел, и хорошо — в противном случае образ Доренко как человека-глыбы оказался бы изрядно потрескавшимся. В результате ведущим пришлось довольствоваться одними и теми же кадрами того самого короткого интервью со старшими дочками. Да и вообще улов программ — в смысле гостей — оказался небогатым. И тут и там о последних часах жизни Доренко вспомнил его друг, из загородного дома которого журналист и отправился в роковой мотопробег. И тут и там присутствовала соведущая Сергея по радио. В обеих студиях побывали байкеры. И все же сравнение «Пусть говорят» и «Прямого эфира», посвященных одной теме, позволило сделать вывод, кто же все-таки циничнее — Андрей или Дмитрий.
Критики и зрители сравнивают их постоянно и чаще всего приходят к выводу, что «оба хуже». Но на сей раз Малахов в «Прямом эфире» вышел «победителем». Да, у Борисова в студии много рассуждали о частной жизни покойного. Ксения Собчак сообщила, что отношения между семьями Доренко были сложными, так же как и между ним самим и его взрослыми детьми от первого брака. Но то, что дочери потребовали дополнительную экспертизу, правильно. Если есть вопросы, их надо снимать сразу. Многоопытный адвокат Жорин тоже поддержал эту инициативу: мол, надо сохранить биологический материал Доренко, а то потом непременно объявятся какие-нибудь внебрачные дети, претендующие на наследство... И все же атмосфера у Борисова в целом получилась теплой, даже несмотря на присутствие известного скандалиста Стаса Садальского. Конечно, и тут звучали фразы «он был талантливым, но...». Участники программы нарисовали портрет неординарной личности, человека, бывшего счастливым и в первой семье, и во второй, умевшего любить.
Малахов же в «Прямом эфире» акцентировал разговор именно на родственных дрязгах. Высказывания старших дочерей Доренко повторились несколько раз, на экране все время появлялась надпись про «имущественные отношения», то и дело звучало слово «отравление» (кстати, это предположение повторная мед-экспертиза уже опровергла). В результате в соцсети на странице писателя Татьяны Толстой появилась такая запись: «У Андрея Малахова на лице — чувство глубокого удовлетворения, кишечная радость червя, присосавшегося к сегодняшнему питательному рациону. Не умеет срежиссировать встревоженную печаль, растерянность, скорбь. Или не хочет. Хоть бы притворился? Организовал лицевые мышцы? Умер Доренко. Вот-то радость для мерзопакостной программы!»
Жестко, но близко к истине.
