Труд: АТЫ-БАТЫ ИЗ ДИСБАТА

Главная Жизнь 01:01 17 Июня 2006 3970

АТЫ-БАТЫ ИЗ ДИСБАТА

Правозащитники часто сравнивают нашу армию с тюрьмой или колонией. В таком случае армейский дисциплинарный батальон - это ШИЗО. Штрафной изолятор для тех, кто совершил преступления в период прохождения срочной службы. Оказаться здесь для солдата страшнее

Лобков Денис

Напечатать

НА СЕКРЕТНОЙ ТОЧКЕ
Граница Подмосковья и Нижегородской области, станция Ильино. Высокий бетонный забор, железные ворота с гербом - все как в обычной воинской части. Вышки с часовыми по периметру, колючая проволока - атрибуты колонии. Двери-решетки шлюзов захлопываются за спиной.
На плацу - ежедневные утренние строевые занятия. Замкомвзвода заставляет зэка в погонах "тянуть носочек" и "быть внимательным". Младшие командиры здесь не имеют уголовного прошлого. Это обыкновенные солдаты-срочники, назначенные в "надзиратели". Живут в части, даже спят в тех же казармах, что и осужденные. Правда, в других комнатах с отдельным входом. Специфика службы компенсируется дополнительным отпуском.
Кровати в казарме в четыре ряда. В углу телевизор и видеомагнитофон - неплохо для начала. Дежурный по роте показывает на свободную койку. На соседних - дезертир Виталий Балаин и грабитель Михаил Дубяга...
БАНЯ И МЕДПУНКТ - "ШТРАФНАЯ" РАДОСТЬ
Чтобы стать полноправным обитателем дисбата, необходимо пройти санчасть и баню. От казармы до медпункта минуты две ходьбы. Бросаются в глаза решетки на каждом окне.
Медицинский прием ведет капитан Виктор Марков.
- Дел достаточно, - рассказывает двухметровый Виктор. - И вновь прибывших на КПП встретить, и в госпиталь больных отписать, провести осмотр в стационаре, амбулаторный прием, проконтролировать закладку пищи в котел...
От списка болезней, с которыми поступают в дисбат, берет оторопь. Самые распространенные - чесотка и вши. Не редкость сифилис. С этим дежурным комплектом капитан свыкся уже давно. Шок был поначалу: выпускника Горьковского мединститута в альма-матер убеждали, что в нашей стране с большинством таких напастей давно покончено.
Пройдя медосмотр, направляюсь на помывку. Баня пользуется в дисбате особенной любовью. Туалетное мыло у старшины берут только новички. Старожилы предпочитают шампунь, который присылают им из дома. Моются обстоятельно, нисколько не стеснясь медсестры в погонах сержанта. Ее присутствие обязательно - необходимо контролировать контингент: нет ли кожных болезней, синяков, не появилась ли татуировка.
НЕИСПРАВИМЫЙ ПОПОВ
Татуаж здесь грозит не только заражением крови. Любителям нательной живописи светит гауптвахта, которая есть даже в дисбате, и долгое пребывание в камере-одиночке. Во внутреннюю тюрьму можно угодить также за употребление чифиря да, впрочем, за любое нарушение порядка.
- Есть тут у нас один, Сергей Попов. Нары для него - привычное место, в шестой раз сюда отправляется, - вздыхает командир роты майор Михаил Кобзев. - Не желает служить, дерется с сослуживцами.
Сам Попов попал в дисбат из-за пьяной драки. В автобусе по пути в часть избил офицера. Дали ему два года.
- Вообще же насчет неуставных отношений у нас строго, - продолжает Кобзев. - Если в обычных частях с дедовщиной сталкиваются процентов 60 военнослужащих, то у нас такие случаи можно по пальцам пересчитать.
Я БЫ В ШВЕЙНЫЙ ЦЕХ ПОШЕЛ...
Горнист трубит обед - перед казармой проходит построение. Маршируем на запах еды к серому одноэтажному зданию. Внутри чисто и уютно. При входе, возле умывальников, меню с фамилиями приготовивших конкретное блюдо. На завтрак была рисовая каша с молоком, кусок белого хлеба с маслом и стакан сладкого чая. На обед дают салат из свежей капусты, борщ, отварное мясо с картошкой и компот из сухофруктов. Осужденные хором сожалеют, что они не дистрофики. Для истощенных на специальные столы подают двойные порции.
В 15.00 еще одно построение и развод на работу. Заместитель комбата по воспитательной части ведет меня по цехам: деревообрабатывающий, железобетонных конструкций, слесарный и... швейный. Желающих сесть за машинку неожиданно много. Шьют перчатки, подматрасники, полотенца. Каждый, кто служил в армии, никогда не забудет эти изделия, выдаваемые старшиной. Но кто мог подумать, что изготавливаются они в дисбате!
"БУМЕР", РОМЕО
И ГОП-СТОП
После работ и до ужина - личное время. Несколько часов свободного общения для сослуживцев. Кто-то заводит на видео кино "Бумер", а я знакомлюсь с соседями. Завязывается разговор.
Рядовой Виталий Баланин ушел в армию из села Лысково Нижегородской области. Взяли в охрану штаба Московского округа. Перспективы были - служи, не горюй. Но, рассказывает, однажды пришло письмо от друга. Тот сообщил: "Прости, вместе с твоей девушкой подали заявление в загс". Наутро Виталий дал деру из части. В селе вместо сочувствия получил по шее от отца. Папаша сам оттащил Ромео в военкомат, не дав даже увидеться с неверной подружкой. Месяц следственного изолятора, потом дисбат.
Рядовой Дубяга в недавнем прошлом балтийский матрос. Говорит, прошлым летом отправился в самоволку. У первого встречного отобрал кошелек и часы. Патрульная машина взяла его со всем добром... Впрочем, на самом деле на Дубяге четыре доказанных грабежа. Он обирал пожилых женщин, а потом избивал до полусмерти. Получил по полной - 2 года дисциплинарного батальона.
МАЛАЯ НУЖДА
С БОЛЬШИМИ СЛОЖНОСТЯМИ
Перед отбоем дежурный по роте объявляет: "Сдавайте письма". Есть возможность подать весточку домой - кто-то из офицеров собирается на "волю" и обещает опустить в почтовый ящик всю корреспонденцию. Соседи просвещают: писать можно что хочешь. В отличие от настоящей зоны здесь письма осужденных не вскрывают - цензуры нет.
Ночь в казарме - время беспокойное. Всю первую ее половину не прекращается брожение и вялая ругань. Как выясняется, это желающие выйти по нужде. Порядки здесь строгие - за решетку двери выпускают только по одному. При этом долго записывают фамилию в журнал, отмечают время ухода-прихода. Образовавшаяся очередь с непривычки мешает спать...
- Товарищ сержант, так ведь можно и под себя сделать! - раздается стон какого-то очередника. - В СИЗО и то гуманизма больше было...
- Завяжи хозяйство узлом, - обрывает дежурный. - А хочешь гуманизма, дуй обратно в свое СИЗО...
Потом все успокаивается и остаток времени до утра проходит спокойно. Никто никому по физиономии не дал, и "молодняк" стирать портянки не погнал. Может, оттого, что просто некуда?..
Сержанты появляются в расположении за десять минут до общего подъема, в 5.50. Зарядка, умывание, завтрак, а потом строевая подготовка. Жизнь штрафника закончила еще один очередной маленький круг.
За все время существования дисбата МВО отсюда еще никто не смог сбежать. Хотя попытки предпринимались неоднократно. Недавно один хотел сделать ноги с территории рабочей зоны. Часовой без предупреждения подстрелил бегуна, когда тот уже забрался на забор.
Я попрощался с сослуживцами и зашагал к КПП. На воротах ярко-красной краской выведено: "Подходить ближе, чем на пять метров, без конвоира запрещено!" Но мне теперь было можно.
СПРАВКА "ТРУДА"
Дисциплинарные батальоны - специальные войсковые части, куда по решению суда направляются военнослужащие, совершившие как воинские, так и общеуголовные преступления. Существуют 5 дисбатов - в Дальневосточном, Забайкальском, Сибирском, Северо-Кавказском и Московском округах. Каждый рассчитан на 620 осужденных, хотя иногда контингент доходит до 800 человек. Находятся здесь до 2 лет. Это время не засчитывается в срок военной службы.

Напечатать

Жизнь 16:00 / 19 Февраля 2026 20861

Маска равнодушия и негативный контент

О чем на самом деле вопиет убийство ребенка из многодетной семьи?

Ирина Смирнова, Санкт-Петербург

Как внезапно выяснилось, в школу Паша не ходил: мать пыталась записать его, но не успела

Жителей Петербурга потрясло убийство девятилетнего Паши Тифитулина 38-летним педофилом Петром Жилкиным. Многие восприняли эту беду как свою личную. Сотрудники полиции, спасательные службы, волонтеры «ЛизаАлерт» и просто неравнодушные...