52% россиян назвали украинцев братским народом, еще 31% относятся к соседям нейтрально, отметили социологи ВЦИОМа. В то же время почти 80% наших сограждан не исключают войну между Россией и Украиной, предупредили аналитики признанного иноагентом «Левада-Центра». Так что же нам делать — дружить или ссориться?
Павел Салин, политолог
— В официальной пропаганде Россия разделяет украинские элиты и народ. Это влияет на россиян, которые эту пропаганду воспринимают. Отсюда хорошее отношение общества к украинцам и настороженное — к властям в Киеве, которые с точки зрения пропаганды способны развязать войну. У Кремля пока нет намерения начинать войну, а точнее, «гибридную» операцию. Но Москва ее не исключает, как раз в январе — феврале. Ошибочные решения еще можно отыграть назад.
Андрей Окара, директор Центра восточноевропейских исследований
— Ответы на вопрос о «братском народе» не слишком проливают свет на мнения людей. Одни респонденты могли подумать: «Да, народ братский — настолько, что это с нами вовсе один народ». Другие могли сформулировать иначе: «Украинский брат предпочел нам брата заокеанского». Ранее российские и украинские социологи проводили замеры по поводу отношений жителей РФ и Украины друг к другу. Вывод: произошло масштабное переосмысление этих отношений. «Думали, один народ, а после событий в Одессе разочаровались», — рассудили многие россияне. «Взяли русские Крым, начали войну», — подумали многие украинцы. Сейчас главный раскол между нами проходит скорее не по культурной и этнической линии, а по вопросу восприятия свободы и несвободы, фигуры Сталина, советского прошлого.
Максим Шевченко, журналист
— Термин «братский народ» использовала советская пропаганда, чтобы оправдывать им оплату нужд союзных республик. Между людьми лично еще возможно братство — между народами вряд ли. Возможная война с Украиной приведет к такой катастрофе, что политический режим в РФ этого просто не переживет.
Андрей Суздальцев, политолог
— Неизвестно, что показывают опросы украинцев... Для нас же соседи не враги. Враждебно скорее украинское руководство, хотя оно и вполне легитимное, избранное. Враги также спецслужбы, войска. К сожалению, я не исключаю «горячего» конфликта. Если это случится, спровоцирует его, скорее всего, Киев — в интересах его политических элит. А Москва ответит: в непризнанных республиках живут около миллиона человек с российскими паспортами. России нужна стабилизация отношений с Украиной — несмотря на взаимные санкции, у нас растет товарооборот. Пока еще Киев не может экономически обособиться от Москвы. Значит, мосты не сожжены.
Дмитрий Аграновский, адвокат
— Украинский народ нам братский: именно поэтому титанических усилий стоит нас стравить. Сейчас в Киеве «оккупационная» администрация. Как украинцы могут нести ответственность за ее действия в случае «горячего» конфликта? Не считая войну с украинцами возможной, допускаю провокации Киева и ответ Москвы. Риск таких последствий скорее невелик, но итоги этого сценария способны опрокинуть власть на Украине.
