Труд: Как «Газпром» и чиновники «не расслышали» президента Путина

Главная Культура 01:55 18 Февраля 2022 13939

Как «Газпром» и чиновники «не расслышали» президента Путина

Последнюю битву при Ландскроне россияне могут проиграть

Напечатать

Вице-губернатор Петербурга Борис Пиотровский. Фото: © Maksim Konstantinov, globallookpress.com

Вице-губернатор Петербурга Борис Пиотровский заявил, что проект «Газпрома» на Охтинском мысе доработан. Совет рабочей группы Минкультуры совместно с правительством Санкт-Петербурга пришли к выводу о необходимости создания исторического ландшафтного парка, где будет «благоустройство по внешнему контуру бывших фортификаций, установка трехмерной карты обнаружения в виде образца крепости Ниеншанц». Предполагается также экспозиция истории Охтинского мыса: «Она станет частью будущего Музея археологии, который будет создан в Музее истории Санкт-Петербурга в Меншиковом бастионе Петропавловской крепости». Попробуем перевести эти затеи с лукавого на русский язык.

Начнем с того, что в рабочую группу, на которую ссылается Пиотровский, не вошли градозащитники, как того требовал Владимир Путин. К примеру, член рабочей группы, археолог, открывший памятники Охтинского мыса, Петр Сорокин ничего не знает об обновленном проекте. Его, как и других участников группы, на «доработку» никто не пригласил.

Напомню: в декабре 2020 года защитников мыса вдохновило заседание президентского Совета по правам человека и развитию гражданского общества. Тогда Путин поддержал идею большого археологического парка на мес-те раскопок Охтинского мыса. «Газпром», которому принадлежит этот участок, намеревается застроить его офисными зданиями. «Одним зданием административным больше, одним меньше, а археологический заповедник — это интересная идея. Я просто не готов сказать, достаточно ли там артефактов», — сказал президент и поручил разобраться в этом Министерству культуры. Которое, замечу, в предыдущие 10 лет сделало все, чтобы в упор не заметить памятники «Русской Трои», найденные в Петербурге. И в ответ на поручение главы государства Минкультуры подготовило отчет, из которого следует, что оснований для археологического музея-заповедника на Охте нет. Фактически же это подлог.

Но в ноябре 2021-го Куйбышевский райсуд Петербурга признал незаконным бездействие комитета по охране памятников Смольного и обязал КГИОП рассмотреть заявление археолога Пет-ра Сорокина о взятии под охрану оборонительных рвов и основания башни крепости Ландскрона. После чего и состоялось новое заседание Совета по правам человека при президенте РФ, где никто из петербуржцев, увы, не выступил в защиту памятников Охтинского мыса. Один только Константин Михайлов, москвич, координатор общественного движения «Архнадзор», снова задавал вопросы президенту о судьбе археологических находок, об исполнении прежнего поручения по созданию археологического музея-заповедника на Охтинском мысе.

В ответ Путин призвал к компромиссу: «Это хороший путь — поиск компромисса, потому что сразу у вас будет источник финансирования. Если это возможно совместить, конечно». Президент вновь призвал общественников «поработать» с «Газпром нефтью». «А компанию я мотивирую на совместную с вами работу», — пообещал президент.

Но что мы видим на практике? Как бизнес договаривается с жителями города, отстаивающими исторические памятники своей родины? Уже школьники в Петербурге знают, что крепость Ландскрону, которую вместе со шведами строили итальянские мастера и древние рвы и башни которой обнаружил Петр Сорокин, отвоевал у шведов великий князь Андрей Александрович, сын Александра Невского, 800-летие которого отмечали в прошлом году. А уже возникшую на этом месте крепость Ниеншанц (это она осталась здесь в форме звезды с пятью бастионами) отвоевал в 1703 году Петр I.

Императору нынче собираются праздновать 350-летие. Вот бы «Газпром» и сделал подарок не только Петербургу, но и всей стране, отказался бы от притязаний на эту небольшую территорию. А для государства Охтинский мыс — экзамен на предмет ответственного отношения к культурному достоянию Отечества. Архитектурно-археологический памятник, включающий в себя древнерусскую крепость, Ландскрону, Ниеншанц и другие важные исторические находки, обеспечит значительное развитие культурного статуса не только Санкт-Петербурга, но и России в целом. Но сейчас усилиями питерских чиновников и Минкультуры мы словно вернулись на 15 лет назад. В ту пору в городе на Неве проходили многотысячные протесты против строительства 400-метровой башни «Газпрома» на этой территории. Тогда проект свернули. Год назад, увидев, что ситуация во многом повторяется, Путин дал поручение создать историко-археологический музей-заповедник, что исключает любое капитальное строительство.

Искать компромисс — значит разговаривать. Общественность Петербурга к компромиссу давно готова. Каждую неделю по субботам на Охтинском мысе собираются активисты. Полиция там дежурит, проверяет собравшихся, переписывает их паспортные данные, а они все равно приходят, называют себя защитниками мыса. Разогнать их, конечно, ничего не стоит. И это будет последней битвой при Ландскроне — битвой петербургских интеллигентов против олигархов. Они, конечно, не ждут, что к ним внезапно в голубом вертолете прилетит глава «Газпрома» Алексей Миллер. Это же не футбол, куда он наведывается с завидной регулярностью. Достаточно было бы сотрудников, которые рассказали бы о планах компании, о том, как их совместить с чаяниями общественности:

Увы, новости долетают окольными путями. «Общественно-деловой центр ПАО «Газпром нефть», расположенный по адресу Охтинского мыса, прошел гос-экпертизу, — сообщил депутат Законодательного собрания Петербурга Борис Вишневский. — Что все-таки они хотят там строить? Все те же два здания, семь надземных этажей, 33 метра в высоту, и два подземных этажа, 13 метров в глубину. Это мы знаем из государственной историко-культурной экспертизы документации с довольно циничным названием — «обосновывающей меры по обеспечению сохранности объекта культурного наследия» при строительстве общественно-делового центра. Меры получились простые: при строительстве не предполагается никаких свай, на которых могло бы стоять здание, а только плоская подошва заглуб-ленной на 13 метров подземной парковки и полное уничтожение памятников и культурного слоя».

Александр Кононов, зампредседателя Санкт-Петербургского отделения ВООПИиК, высказал свое мнение по этому вопросу: «Если бы «Газпром» позиционировал себя как полноценная мировая компания, он бы двумя руками ухва-тился за поручение президента разработать музей-заповедник. Но странная идея построить офисное здание — совершенно там неуместное — приводит к тому, что компромисса достичь не удалось. Но президентское поручение не закрыто. И все археологические экспертные профессиональные коллективы поддержали идею создания полноценного музея-заповедника: и кафедра археологии СПбГУ, и сектор археологии Эрмитажа, и Институт археологии РАН, и общественные организации. Приоритетом должен стать музейный комплекс. Если будет реализована концепция офисного центра, это приведет к уничтожению археологических объектов. У бывшего главного архитектора Петербурга Юрия Митюрева было интересное решение, когда офисное, деловое и музейное пространство должно было повторять форму Ниеншанца, возводиться на ножках-опорах. При этом сохранялись бы в нижнем уровне уникальные исторические памятники. Решений много! Именно поэтому президент год назад сформулировал идею музея-заповедника. Не как нам сейчас предлагают бессмысленную комнату в деловом центре или «доработанный ландшафтный парк», а территорию, где сохранены все исторические памятники этого уникального места».

Расслышат ли эти доводы те, кто и президента не расслышал?

Штрихи

Из письма президенту РФ Путину В.В. представителей научной общественности России

«Еще не поздно вернуться к цивилизованному решению проблемы сохранения и музеефикации памятников Охтинского мыса. Это может быть либо создание здесь полноценного музея-заповедника, как это было предписано в поручении главы государства, либо консервация уникальной исторической территории до лучших времен, с переносом газпромовского бизнес-центра на другой участок. Поспешное решение в этом вопросе приведет к необратимым последствиям. Уничтожение памятников своей истории может быть приравнено к вандализму и негативно скажется на общественных настроениях, отношении к Российскому государству как внутри страны, так и за рубежом».

Напечатать

Культура 00:20 / 03 Апреля 2026 39607

Просто взять и заколотить Кижи

Почему горят шедевры деревянного зодчества Карелии?

Ирина Смирнова

Труд

Всем памятна трагедия с Успенской церковью в Кондопожском районе Карелии. Храм пережил годы гонений на церковь, войну, оккупацию, но выстоял. А в 2018 году жемчужина деревянного зодчества сгорела дотла. Как выяснилось,...