В европейский Год волонтера энтузиасты из России и Франции активно работали на реставрационных площадках Москвы, Рязани и Ленинградской области. В Москве это дом Палибина — деревянный особняк, связанный с деятельностью замечательного реставратора Саввы Ямщикова, и Донской монастырь, одна из древнейших православных обителей столицы. Что объединило волонтеров из двух стран, чем притянула французов Россия?
Если уподобить архитектуру музыке, то дом Палибина — камерный шедевр, а Донской монастырь сродни грандиозной хоровой партитуре. И у каждого большая собственная история. Дому коллежского советника Г.А. Палибина, построенному в послепожарной Москве в стиле ампир, нынешней осенью стукнет два века, а Донскому монастырю, с которым, по преданию, связана та самая Донская икона Божией Матери, которая сопутствовала Дмитрию Донскому в Куликовской битве, два года назад справили 425-летие.
Волонтеров двух стран объединило Всероссийское общество охраны памятников истории и культуры — ВООПИиК, сотрудничающее с коллегами из французской ассоциации Rempart. Дом Палибина физической сохранностью, без сомнения, обязан «реставратору всея Руси», историку и публицисту Савве Васильевичу Ямщикову, сберегшему для России несметные культурные ценности. В доме и сейчас находится выставочный зал Института реставрации, но: «Труд» уже рассказывал, как реставраторов отсюда вежливо попросили. Что дальше? Судьба дома будет решаться после реставрации — и, как надеются участники нынешних работ, историческая и человеческая справедливость восторжествует. А пока, как рассказали мне Павел Шишмарев и его помощники из ВООПИиКа, в доме ведутся комплексные работы по полной реставрации фасада.
«Снимаем лакокрасочные покрытия, старые наслоения, — говорит мастер Никита Турчинский. — Их так много, что не берут никакие смывки, работаем болгарками и химпрепаратами. Шлифуем поверхность, покрываем грунтом и красим. Справляются ребята на отлично. Мы даже не ожидали, что французы окажутся такими рукастыми и старательными:»
Знакомлюсь с гостями Москвы. Селин — из Нанта, в России впервые, работает с подругами две недели. Девушки счищают ту самую краску, обрабатывают стены противопожарным раствором, а потом красят. А Катрин Дулюпер за цвет волос здесь зовут «серебряным волонтером». Родилась и всю жизнь живет во Франции, по происхождению — русская дворянка. После революции ее отец вместе с родителями уехал в Париж. В России Катрин была много раз: в 1963-м — в Артеке, в 1976-м — как переводчица с классом подруги-учительницы, а в 1999-м нашла здесь родственников: Узнав в мае о наборе волонтеров, немедленно отправилась в Москву. «Решила побольше узнать о России, — рассказывает Катрин, ловко орудуя кистью с крас-кой. — К нам в дом Палибина дважды приходила дочка Саввы, рассказывала об отце. Я чувствую духовную связь с этими людьми:»
Донской монастырь — один из древнейших в Москве. Здесь в историческом некрополе похоронены Чаадаев, Ключевский, родственники Пушкина, Александр Солженицын, герои Гражданской войны — а неподалеку перезахоронен прах Деникина, Ивана Розова, Ивана Шмелева. В этот день в монастыре трудились четверо волонтеров из Франции. Полин — парижский библио-текарь, реставратор старинных манускриптов, в прошлом году уже работала в монастыре. Узенькими молоточками долбили стену седьмой башни, отдирая розовую краску-нашлепку, — трудоемкое дело! В этом году башню обрабатывают с другой стороны. Сюда Полин приехала из Ленинградской области, где успела принять участие в реставрации старинной крепости Копорье. Полин мне объясняет: «Не могу без Донского. Волшебное место!»
«Французы выбирают Россию и сердцем, и умом, — говорит координатор волонтерских проектов ВООПИиКа Татьяна Цаликова. — Полин увлекается стариной, Пьер Франсуа обожает Достоевского, любит русскую культуру. В прошлом году, отработав две недели на кампусе, он остался в Москве на 10 дней. Снял квартиру, начал учить русский язык. Майлис, 19-летняя студентка, работала на археологических раскопках в Старой Рязани, потом на Копорье под Питером, а теперь приехала в Донской. Картограф-топограф Сильван у нас впервые. Кстати, все французы, которые работали в прошлом году в Донском монастыре, сдружились и в Париже встречаются. А еще они просят присылать фото, чтобы видеть, как идет наше общее дело дальше...»
Откликнувшиеся на призыв ВООПИиКа российские волонтеры (20 человек — на 12 французов) не только работали рядом с гостями, но и показывали им Кремль, Красную площадь, метро, высотное здание Университета, Царицыно, Музей Гоголя, храм Христа Спасителя, Воробьевы горы... Но главное — дело.
Павел Шишмарев рассказывает: «Второй год проводим комплексные работы, как наружные, так и внутренние, на седьмой и восьмой башнях Донского монастыря. Пришлось сделать новую кладку, восстановить пилястры, расчистить фасады и внутреннюю часть помещения, переделанную под барак. Сейчас дополняем объем выветрившегося кирпича в башнях. Скоро начнем красить металлические элементы в верхних ярусах, а по восстановленной кладке обмазывать и сами стены».
Спрашиваю, когда они поставят точку в реставрации монастыря. Хотя это вопрос не только к волонтерам. На одном энтузиазме такой проект не вытянуть. Нужны деньги, чтобы оплачивать материалы и труд профессионалов. Ребята ищут меценатов, а это дело нелегкое. Так что о точке говорить рано. Поставим многоточие...
