- Игорь Алексеевич, зарплата большинства работников бюджетной сферы (учителей, медсестер, врачей, воспитателей), особенно на селе, составляет мизерные суммы - две с половиной, три с половиной, четыре тысячи рублей в месяц. Это в 2 - 3 раза меньше среднего уровня оплаты труда в промышленности. Казалось бы, власти, несущие ответственность за социальное развитие общества, не должны унижать бюджетников ("своих" же работников) такими жалкими "хлебами". Но против существенного увеличения зарплаты в этой сфере решительно выступают специалисты Минфина, пугая стремительной раскруткой инфляции, "которая съест всю прибавку". Есть ли выход из тупика?
- Какого "тупика"? Существенных негативных последствий не будет, если действовать умело. Чтобы добиться реального сокращения числа бедных и снижения расслоения населения по доходам, надо начинать именно с повышения зарплаты бюджетников, малооплачиваемых госслужащих - словом, всех работников федеральных структур. Причем не менее чем на 40 процентов. Реален ли такой мощный рывок? Да, и это доказывают соответствующие расчеты. Посмотрим для начала, сколько средств ассигновано на оплату труда (и начисления) в федеральном бюджете-2005. Общая сумма - 596,1 миллиарда рублей (речь идет обо всех федеральных бюджетниках - не только в сфере здравоохранения, образования, науки, культуры, но и о работниках министерств, ведомств и т.д.). Конечно, можно было бы исключить из наших дальнейших расчетов зарплату сравнительно высокооплачиваемых чиновников, но будем все же исходить из максимальных оценок. Так вот, для 40-процентного роста оплаты труда "федералов" необходимо изыскать 238,4 миллиарда. Между тем в Стабилизационном фонде страны уже сегодня собрано 707 миллиардов (на 1 марта). То есть на 200 с лишним миллиардов больше запаса, который нельзя расходовать. Эти 200 миллиардов - немалые средства. Но есть и другие источники.
Например, повышение так называемой нефтяной цены отсечения, и эта мера мне представляется наиболее подходящей. Речь идет о цене на "черное золото", при превышении которой часть доходов от его продажи начинает поступать в Стабилизационный фонд. Сейчас "рубеж отсечения" - 20 долларов за баррель. На самом же деле нефть марки Urals продается на мировом рынке за 45 - 49 долларов, то есть значительно дороже. Мощный денежный поток идет в Стабфонд, который по этой причине достиг запланированного объема досрочно. Дальнейшее "переполнение" фонда пойдет уже не на пользу, а во вред экономике. Понимая это, Минфин недавно согласился поднять "планку отсечения" до 23 долларов (правда, на следующий год). А в действительности, ничем не рискуя, можно уже сегодня установить эту планку на уровне 28 долларов, ибо, по оценкам отечественных и зарубежных экспертов, ожидаемая среднегодовая цена "черного золота" на ближайшие годы - не менее 40 долларов. Между тем повышение "цены отсечения" на каждый доллар, по расчетам Минфина, обеспечивает поступление дополнительных доходов в казну в объеме 47,3 миллиарда. Увеличение на 5 долларов даст 237 миллиардов - необходимые средства для увеличения зарплаты на 40 процентов. Очевидно, что деньги есть, они лежат рядом, их не надо у кого-то отбирать.
Теперь попытаемся ответить на не менее важный вопрос: не повлияет ли рост получки бюджетников на раскрутку инфляции, которой нас пугают специалисты Минфина. Опять-таки обратимся к расчетам. Итак, общие доходы населения от оплаты труда (включая скрытую) составили в 2003-м 5675,2 миллиарда рублей. Получается, что доля расходов из федеральной казны по статье "Оплата труда" составляет всего 9 - 10 процентов. Скорее всего, этот процент окажется еще меньше, когда будут опубликованы данные за 2004-й и 2005-й, ибо с каждым годом средняя зарплата растет. Но возьмем 10 процентов - с "запасом". В этом случае при 40-процентном увеличении получки "федералов", общий объем доходов в стране вырастет лишь на 4 процента [(90+10х1,4):100=4 процента]. Не буду утомлять читателя дальнейшими расчетами (интересующиеся могут познакомиться с ними в редакции). Приведу лишь конечный результат. Если инфляция в нынешнем году будет 11 процентов, то ее увеличение за счет гипотетического (пока) роста федеральной зарплаты составило бы только 0,3-процентного пункта. То есть инфляция была бы не 11, а 11,3 процента. Разве это существенно? Проще говоря, доля потребительских расходов всех бюджетников настолько незначительна в общей массе факторов, влияющих на рост цен, что можно, не опасаясь инфляционной раскрутки, смело повышать зарплату. "Страшилки" Минфина в данном случае не имеют оснований.
- Но есть ведь еще региональные и муниципальные бюджетники, численность которых существенно больше - примерно 12 миллионов человек, не считая чиновников. Чтобы повысить им зарплату на 40 процентов, потребуется дополнительно уже 450 миллиардов рублей в год. Где взять такие средства? И как вливание их в экономику повлияет на темпы инфляции?
- До недавнего времени надо было повышать зарплату обязательно сразу всем 15 миллионам бюджетникам - и федеральным, и региональным. Но с нынешнего года такого всеобщего подхода не требуется: каждый субъект Федерации может самостоятельно устанавливать Единую тарифную сетку для региональных бюджетников. Процитирую Трудовой кодекс, статью 143-ю: "Тарифная система оплаты труда работников государственных учреждений субъектов Российской Федерации и порядок ее применения устанавливается органами государственной власти субъектов РФ, тарифная система... работников муниципальных учреждений... - органами местного самоуправления". Это значит, что если в регионе есть средства, то зарплату бюджетникам повысят, если нет - придется подождать, когда деньги появятся. Но в любом случае, после того как получка федералов вырастет на 40 процентов, региональные и местные власти будут стремиться в кратчайшие сроки последовать этому примеру, чтобы, во-первых, не допустить усиления социальной напряженности на своей территории, а во-вторых, предотвратить утечку наиболее квалифицированных кадров.
При этом те регионы, которые находятся в трудном положении по объективным причинам и не сидят сложа руки, а начинают претворять в жизнь перспективные, реальные планы развития малого бизнеса, привлечению инвестиций на свою территорию, создавая для этого благоприятные условия, должны рассчитывать на помощь (временную, конечно) федерального центра. В том числе и на субвенции для повышения зарплаты. Деньги в стране, как уже говорилось, есть.
- Но ведь рост зарплаты региональных и местных бюджетников также окажет влияние на инфляцию...
- Даже при повсеместном повышении уровня оплаты труда, что маловероятно, инфляция увеличилась бы еще на 0,6 процентных пункта. Это была бы отнюдь не такая уж большая цена за то, что 15 миллионов бюджетников вырвались бы наконец из унизительной бедности. Если при этом годовая инфляция оказалась бы не 11, а 11,9 процента (с учетом существенного улучшения материального положения у всех бюджетников), то положительных моментов в общем балансе было бы несравнимо больше, чем негативных.
Рост зарплаты малообеспеченных граждан будет способствовать более быстрому развитию экономики за счет увеличения покупательского спроса. Да и реформы в социальной сфере пойдут легче, быстрее. Вообще-то сначала надо было существенно поднять получку, а уж потом переходить на стопроцентную оплату жилищно-коммунальных услуг и введение других болезненных новаций. Здесь очень серьезный просчет нынешнего правительства.
И еще хотелось бы обратить внимание на один момент. Как только заходит речь о повышении зарплат бюджетникам, нас начинают пугать инфляцией. Однако никто не высказывает опасений по поводу резкого роста зарплат в некоторых отраслях внебюджетной сферы. Получается, что дополнительные доходы одних - это инфляция, а допдоходы других как бы и не влияют на ее рост. Так в экономике не бывает. Зарплату бюджетников превратили в какой-то жупел.
- Низкую зарплату получают не только бюджетники, но и миллионы работников небюджетной сферы. Здесь уж на руководителей предприятий государство не может повлиять...
- А профсоюзы? Это их прямое дело - отстаивать интересы работников. Но у нас пока очень много слабых профсоюзных организаций, особенно на местах. Да и их московские "штабы" потеряли, как мне кажется, напористость, принципиальность. В Генеральном соглашении между объединениями профсоюзов, работодателей и правительством на 2002 - 2004 годы больше конкретики, чем в новом соглашении на 2005 - 2007-й. В предыдущем документе, например, были четкие ориентиры: "Провести в 2002-м индексацию тарифных ставок ЕТС, предусмотрев их повышение в 1,5 раза. В 2002 - 2004 годах обеспечить опережающий темп роста ставок ЕТС по сравнению с инфляцией". В новом соглашении все более обтекаемо: "рекомендовать...", "рассмотреть целесообразность...", "разработать предложения по совершенствованию механизма...".
Один из специалистов, когда мы обсуждали эти вопросы, сказал мне: "Какие у нас трудящиеся, такие и профсоюзы. Пока не будет поддержки масс, пока инертность, страх, безразличие и усталость не сменятся активной жизненной позицией, профсоюзы ничего сделать не смогут". Наверное, в этом есть рациональное зерно. Но и профсоюзные лидеры должны работать так, чтобы пользоваться доверием людей. А для этого нужны не общие обтекаемые фразы, а конкретные аргументированные требования и результаты. Январские и февральские стихийные акции протеста, в которых участвовали десятки, а может быть, и сотни тысяч человек, показали, что период апатии не будет длиться вечно. У нас обязательно появятся более эффективные, чем нынче, профсоюзы, которые станут реальной силой и с которыми не смогут не считаться ни работодатели, ни власти. Чем раньше это произойдет, тем быстрее зарплата в небюджетном секторе будет соответствовать реальным результатам труда. И это тоже станет важным фактором сокращения масштабов бедности.
16:28
Стерлядь плывет на волю
