20 апреля 1912 года умер Брэм Стокер, английский писатель. В раннем детстве он был инвалидом: не мог не только ходить, но даже стоять, и все же в Дублинском университете уже считался великолепным атлетом и футболистом. Однако всемирную славу Стокеру принесла не его феноменальная воля, а роман «Дракула», опубликованный в 1897 году.
В тот же день, но в 1841 году, был публикован первый детективный рассказ — «Убийство на улице Морг» Эдгара Аллана По.
Первый классик родился несчастным
Но почему мы так любим, чтобы нас пугали? Ведь страх, затянувшийся надолго, а еще более — страх, которому не видно конца, — это настоящая пытка? Мне кажется, разгадка таится в заключительных словах: не видно конца. Ибо страх, которому конец виден, а еще лучше — страх, который мы можем прервать сами в любой момент, уже наполовину предвкушение. Ужасно целые минуты лететь до земли в ожидании последнего удара, но лететь в затяжном прыжке, зная, что в нужный момент ты выдернешь кольцо надежного парашюта, — это для мастеров парашютного дела ни с чем не сравнимое наслаждение.
Любители экстремального спорта наслаждаются не страхом, а уверенностью в своих силах, надеждой на победу в большой игре, где ставкой служит сама жизнь. Ибо все наши отрицательные эмоции — это разновидности страха, а все положительные — разновидности надежды. И самую сладостную надежду можно испытать лишь тогда, когда она сулит выход из безмерного ужаса: если нет поводов для страха, нет и поводов для радости, нельзя жить безопасно и вместе с тем интересно, как нельзя насладиться теплом, не зная, что за окном бушует вьюга.
А вот когда бредешь сквозь реальную вьюгу, которой не видно конца, лучше уноситься мечтой к теплому ночлегу. Не забывая, разумеется, о борьбе с жестокой стихией, но и не позволяя беспросветной реальности погрузить в беспросветность и свое воображение — единственную силу, ограждающую нас от осознания своей мизерности в безжалостном космосе.
Знаменитый психолог XX века Бруно Беттельгейм, серьезно вкусивший ужасов Бухенвальда и Дахау, написал целую книгу о том, как сохранить силу духа в концентрационном лагере, и, к сожалению, его уроки вполне уместны и для нашей обыденной жизни. Многие его товарищи по несчастью в редкие свободные минуты собирались в кучки и обсуждали свое будущее, повлиять на которое не имели ни малейшей возможности, и затем, растравив душу, расходились, еще более подавленные своим бессилием. Обсуждали также, что происходит на воле, о которой они также не могли иметь ни малейшего представления, а потому лишь предавались мрачному фантазированию — как будто действительность была еще недостаточно ужасна. Беттельгейм же пришел к выводу, что ни в коем случае не нужно фантазировать о том страшном, что ты не в силах изменить. Спасение же совсем в другом — оно в тех пусть и самых крошечных уголках нашего «я», где мы все еще остаемся хозяевами своей судьбы.
Но, увы, никакие счастливые мурашки от старика Стокера не могут нас к этому подготовить.
