405 лет назад, 17 мая 1606 года, Россия понесла тяжелую утрату. На 25-м году жизни был злодейски убит русский царь и великий князь московский Дмитрий I Иванович.
Говорите, не было на Руси такого царя, а был самозванец Лжедмитрий? Не было, но сложись история
Он же Юрий, он же Григорий...
В 1603 году в Польше объявился молодой русский дворянин, утверждавший, что он законный наследник русского престола царевич Дмитрий, сын покойного Ивана Грозного.
В доказательство он привел довольно странный набор аргументов: бородавку на щеке, родимое пятно выше кисти и руки разной длины. Как ни странно, ему поверили. Видимо, занимавший к тому времени русский трон более пяти лет Борис Годунов казался полякам еще более подозрительной фигурой. Как бы то ни было, через два года юноша уже сидел на царском троне в Москве.
«Два способа у меня к удержанию царства, — говорил он, — один способ — быть тираном, а другой — не жалеть кошту, всех жаловать; лучше тот образец, чтобы жаловать, а не тиранить». Лжедмитрий объявил, что собирается установить в государстве правопорядок, запретил взятки в приказах — прообразах нынешних министерств. Взяточников было велено прилюдно бить палками. По воспоминаниям современника, не было в Москве дьяка, который не отведал бы царской немилости.
Происходила при Лжедмитрии в чиновничьей среде и «ротация кадров». Вновь назначенные государевы люди должны были собирать с населения жалобы на прежних воевод в «насильствах, и в продажах, и в посулах или в каких обидах». По средам и субботам сам Дмитрий принимал у населения жалобы на Красном крыльце в Кремле.
Кем же был человек, добровольно взваливший на себя эти неподъемные обязанности? В отличие от многих русских самозванцев, о Лжедмитрии известно довольно многое.
У этого человека было три имени. Первое — Юрий — он получил по праву рождения в небогатой дворянской семье выходца из Литвы Богдана Отрепьева. Второе — Григорий — досталось ему после вынужденного пострижения в монахи: альтернативой была петля. Третье имя — Дмитрий — досталось ему от погибшего в 1591 году сына Ивана Грозного. Было, впрочем, и четвертое имя, отличавшееся от третьего приставкой «лже».
Человек эпохи Возрождения
«Приставку „лже“ Дмитрий получил еще при жизни, — говорит историк Никита Соколов. — Тут стоит оговориться: с 1604 года в России шла гражданская война, получившая название Великой смуты XVII века.
Одна сила внутри русского общества стояла за отмену опричного режима, означавшего сохранение деспотичной самодержавной власти. Другая — за его сохранение. В обеих партиях были люди самых разных сословий, и каждая из них искала внешнего союзника. Победу самозванцу обеспечили, вопреки распространенному предрассудку, вовсе не польские добровольцы, а южнорусские города — Чернигов, Путивль и другие, перешедшие на его сторону.
Об этом человеке осталось множество свидетельств в русских и зарубежных источниках. Суммируя их, можно сказать, что по духу Лжедмитрий был человеком эпохи Возрождения. За три года, проведенные в Польше, он усвоил некоторые идеи конструкции государства, свойственные европейскому Ренессансу. Надо сказать, что ничего принципиально нового для нашей страны в этом не было. В итальянских
Таким образом, Лжедмитрий вполне органично возглавил антиавторитарную, антидеспотическую, антиопричную партию. Сомнений в его личности теперь уже не осталось. Это, безусловно, Григорий Отрепьев, служилый человек бояр Романовых. Романовы были противниками Годунова, избранного на царство после пресечения династии Рюриковичей при помощи „грязных политических технологий“ того времени. Уже поэтому некоторые считали его царем не вполне законным. А страшный голод 1601–1603 годов заставил усомниться в подлинности царя очень многих. Соответственно, шли поиски „правильного“ царя, и на это место сразу объявилось много кандидатов. Одним из них и был Отрепьев. Просто ему очень повезло.
Он еле унес ноги после погрома людьми Годунова московского подворья Романовых. Долго скрывался по монастырям, потом бежал в Польшу. Есть основания считать, что Романовы, весьма мощный феодальный клан, специально готовили Отрепьева к его будущей миссии. Это была сложная многоходовая комбинация, которая могла бы сделать честь таким мастерам политической интриги, как Цезарь Борджиа и кардинал Ришелье.
Явиться в Москву во главе победоносного войска было мало. Надо было прилюдно обосновать свои претензии на трон, доказать, что он и вправду чудом спасшийся младший сын Ивана Грозного Дмитрий. Никто, кроме Романовых, не мог передать Отрепьеву такие интимные подробности царского обихода, отношений Ивана Грозного с сыновьями и близкими. Отрепьев знал это во всех подробностях, как знал бы настоящий царевич.
Самозванец начал возвращать Московскую Русь на те пути, с которых она свернула после введения опричнины. Он успел немного — просидел на троне меньше года, с 1 июня 1605 года по 17 мая
Но не успелось. Против него действовала опричная партия, возглавляемая кланом Шуйских. Политическая пропаганда Шуйских, мало чем отличающаяся от нынешнего „черного пиара“, работала примерно так: „Не наш он человек, православные! Мы в Москве спим после обеда, а он не спит“.
Кажется, ерунда, но на самом деле и это отражение глубочайшего расхождения в концепциях
А Отрепьев именно что бегал — с малой свитой, а иногда и вовсе один ходил по городу, заходя в приказы, в аптеки, в мастерские, давал советы мастерам, вникал во все сам, как позднее поступал Петр Великий.
Самозванец был очень популярен среди простого московского люда. Настолько, что убивать его Шуйские шли с криком „Дмитрий в опасности!“. От него многого ждали, с ним связывали надежды на перемены, и он начинал оправдывать эти ожидания».
Император № 1
Дальнейшее хорошо известно по школьному курсу истории. Самозванец был убит, его труп выставили на всеобщее обозрение посреди рыночной площади, потом зарыли
Но Юрий — Григорий был первым, причем не только по номеру. Отрепьев первым на Руси назвал себя титулом императора. В официальных обращениях он именовал себя «Мы, непобедимейший монарх Божьей милостью император и великий князь всея России, и многих земель государь, и
