План по призыву выполнила милиция

Главная Жизнь 10:45 20 Июля 2010 3396

Закончившийся на днях призыв в армию был самым жестким за последнее время

Напечатать

В армию забрали парня с язвой желудка, студента отвезли в военкомат прямо с экзаменов, а молодого отца загнали служить в Южную Осетию — «Труд» собрал самые вопиющие факты нарушений в работе военкоматов.

Минобороны до сих пор официально не отчиталось об итогах весеннего призыва, закончившегося еще 15 июля. Известно лишь, что уже в самом начале кампании военкоматы столкнулись с дефицитом призывников. «Неблагополучная демографическая ситуация, а также другие причины делают сейчас затруднительной задачу укомплектования воинских частей солдатами и матросами с необходимыми качествами», — заявил уже спустя месяц после начала призыва, 29 апреля 2010 года, на круглом столе в Совете Федерации начальник Главного организационно-мобилизационного управления Генштаба Василий Смирнов. Это признание можно считать сенсационным. Все предыдущие годы военные чиновники называли свои планы по набору новобранцев в армию реалистичными и уверяли, что в стране вполне достаточно призывных ресурсов.

В этот сезон военкоматы должны были отправить в войска 270 тысяч призывников. «Можно не сомневаться, что ровно столько ребят и ушли служить, другой вопрос — какой ценой это далось, — рассказал „Труду“ глава общественного центра „Гражданин. Армия. Право“ Сергей Кривенко. — Выполнить задание военные смогли только за счет массовых нарушений правил призыва и конституционных прав призывников».

«Труд» с помощью экспертов выяснил, с какими нарушениями чаще всего сталкивались призывники этого года.

Цена вопроса

По данным правозащитников, больше всего нарушений было зафиксировано при прохождении призывниками медкомиссий в военкоматах. «Каждый третий юноша ушел в армию в этом году с ослабленным здоровьем», — заявила «Труду» председатель Союза комитетов солдатских матерей России Валентина Мельникова. По ее словам, многие граждане ошибочно думают, что в военкоматах у ребят проверяют здоровье. На самом деле врачи из призывных комиссий лишь бегло просматривают записи в медкартах из поликлиник, где в школьные годы наблюдались призывники. «Известно, что мальчишки не любят жаловаться на здоровье и к врачам предпочитают не обращаться даже при серьезных заболеваниях, — говорит Валентина Мельникова. — Юношеская беспечность военным медкомиссиям только на руку, и вместо того чтобы дополнительно обследовать ребят, они сразу признают их пригодными к военной службе».

Но даже если в поликлинике по месту жительства у призывника установят болезнь, при которой нельзя забирать в армию, далеко не факт, что его освободят от службы. Как стало известно «Труду», военкоматы получили негласную установку любыми способами превращать больных призывников в здоровых. В качестве примера Валентина Мельникова рассказала, как в Гагаринском военкомате Москвы этой весной поступили с призывником Александром Шишовым. У него была язва желудка, о чем имелась запись в его медкарте, заведенной в 110-й городской поликлинике. Врачи военкомата заставили парня еще раз подтвердить диагноз, на этот раз из больницы, где он лечился. Там тоже написали, что Шишов страдает язвенной болезнью желудка. Тем не менее один из сотрудников военкомата не поленился лично отвести Александра еще в одну поликлинику, причем не имеющую лицензии на право проведения военно-медицинской экспертизы, где некий врач на клочке бумаги без штампа своего медучреждения указал тот же диагноз, но рядом поставил вопросительный знак. А сотрудник военкомата туманно посоветовал Шишову: если не хотите оказаться в армии, знак вопроса нужно снять. В Комитете солдатских матерей говорят, что подобные случаи стали в последнее время весьма распространенными. «Очень похоже, что в военкоматах изобрели новый способ вымогательства взяток: плати, а то пойдешь служить больным», — говорит Валентина Мельникова.

Ответил за друга

Призыв этой весны был отмечен массовыми облавами на молодых людей. Самые скандальные из них пришлись на Санкт-Петербург. Здесь было отмечено три пика облав: в середине апреля, после майских праздников и в начале июня. По данным организации «Солдатские матери Санкт-Петербурга», в результате облав в армию загремели прямо с улицы около 400 жителей этого города, еще 26 человек, попавших под акции, правозащитникам удалось спасти от призыва, так как у них были законные отсрочки. Так, 19-летнего Владимира Коробицына милиционеры задержали прямо в аудитории колледжа, когда тот сдавал экзамены. Разбираться с тем, что у него имеется отсрочка по учебе, стражи порядка не стали и сразу отвезли его на призывной пункт Выборгского военкомата. Где, кстати, подтвердили, что Коробицын никакой не уклонист, а имел полное право пропустить этот призыв. Извиняться перед ним за насильственный привод в военкомат никто не стал.

За 20-летним Игорем Воробьевым, страдающим серьезным заболеванием позвоночника, участковый в мае 2010 года пришел рано утром домой и, несмотря на заверения родителей о том, что их сын как раз в это время собирает справки в поликлинике для призывной комиссии, отвез того на медосвидетельствование в военкомат. Во время медкомиссии в военкомате милиционер не отходил от Игоря ни на шаг, даже когда тот ходил по кабинетам врачей. Болезнь у Игоря подтвердилась, и его отпустили домой.

Самый трагикомичный случай произошел с 22-летним Павлом Смирновым, к которому у военкомата не было никаких претензий. Он гостил у друга и остался ночевать в его квартире. Под утро за другом пришел участковый, но тот крепко спал, дверь открыл ничего не подозревающий Смирнов. Милиционер, ничего не объясняя, сказал ему: «Пройдемте» — и доставил в военкомат Невского района, где его начали оформлять для отправки в войска. Ошибка выяснилась лишь под вечер. При этом у Павла в военкомате изъяли паспорт, который потом долго не возвращали.

«По закону милиция не имеет права отвозить призывников в военкоматы, — объяснила Валентина Мельникова. — Максимум, что она может сделать, — это вручить повестку по месту жительства или составить административный протокол за отказ расписаться в получении повестки. Все, что сверх этого, — самоуправство».

Никакой альтернативы

Из 270 тысяч призывников этой весны на альтернативную гражданскую службу (АГС) отправились всего 299 человек. В Минобороны довольны таким соотношением. «Можно выразить только удовлетворение, что у нашей молодежи более престижна служба в армии, а АГС не пользуется популярностью», — заявил «Труду» начальник Главного оргмобуправления Генштаба Василий Смирнов. У эксперта Института прав человека и одного из разработчиков федерального закона «Об альтернативной гражданской службе» Льва Левинсона иная точка зрения. Он рассказал «Труду», что военные специально делают все для того, чтобы на АГС уходило минимальное количество юношей.

Как это происходит, хорошо видно на примере 21-летнего жителя Саранска Андрея Нефедова. Он еще с 2008 года добивался, чтобы по религиозным соображениям военную службу ему заменили на «альтернативку». В военкомате от его желания отмахнулись и в ноябре прошлого года отправили служить в воинскую часть в Волгоград. Андрей, уже будучи солдатом, подал в местный военный суд жалобу на решение призывной комиссии, суд признал его претензии обоснованными и демобилизовал его из воинской части. Тем не менее 15 апреля 2010 года призывная комиссия Саранска снова вынесла заключение, что Андрей должен служить в войсках. Он снова подал в суд, теперь уже по месту жительства, снова выиграл процесс, и только тогда военкомат вынужден был разрешить ему АГС.

Эксперты называют этот случай абсолютно уникальным и нетипичным. «Если человека уже отправили в армию, то в воинской части, к тому же в звании рядового солдата, оспорить решение о призыве в суде ему практически невозможно», — говорит Лев Левинсон. По данным центра «Гражданин. Армия. Право», если бы военкоматы не ставили всевозможные препятствия для желающих пройти АГС, этой весной право на альтернативную гражданскую службу должны были бы получить не три сотни ребят, а как минимум в десять раз больше.

Служба к дому не приблизилась

Еще одна особенность завершившегося призывного сезона заключалась в массовом нарушении прав семейных призывников. В начале весны этого года министр обороны РФ Анатолий Сердюков публично пообещал на встрече с правозащитниками, что женатые новобранцы, а также те призывники, у кого остались дома нетрудоспособные близкие родственники, будут служить вблизи от родных мест и командиры частей разрешат им приезжать домой на выходные. «Организаторы призыва проигнорировали этот приказ», — считает Валентина Мельникова. Она рассказала, что комитеты солдатских матерей завалены сотнями писем от призывников, чьи права на службу рядом с домом были нарушены. Например, молодого отца Андрея Лехнера из Кемеровской области распределили на службу в Приморский край, а жителя подмосковных Мытищ Олега Тиунова, также имеющего ребенка, загнали на российскую военную базу в Южной Осетии.

Как считают специалисты, территориальная система призыва военными просто не отработана, даже непонятно, кто именно отвечает за направление призывников на службу вблизи дома. Например, военком подмосковного города Королева Сергей Литовко на встречах с родителями призывников в апреле этого года утверждал, что от него не зависит, в какие регионы страны попадут служить их дети. «Этот вопрос не ко мне. Я распределяю ребят только по видам и родам Вооруженных сил, а куда конкретно их отвезут, решают сами представители этих войск», — сообщил Литовко. На областных, краевых и республиканских сборных пунктах, куда свозят призывников из райвоенкоматов, обычно творится столпотворение, проводят там призывники не более суток. За это время представителям войск невозможно изучить дела призывников и подобрать им удобное место службы.

Взгляд изнутри: Одним — бронежилеты, другим — жилетки

На военных учениях «Восток-2010» корреспондент «Труда» выяснил, почему одним новобранцам нравится служить, а другим — нет.

Матрос Алексей Павлов, 24 года, атомный ракетный крейсер «Петр Великий», Североморск: «Из меня сделали официанта»

Зачем присылают призывников на такой корабль, как наш, я так и не понял. За год службы можно научиться только слегка ориентироваться, где и что находится на крейсере. Офицеры требуют от нас только одного: ни к чему не прикасайтесь, ни на какие кнопки не нажимайте, а то взорвемся или утонем. Я окончил в Санкт-Петербурге университет инженеров транспорта, думал, что на корабле мне поручат какую-нибудь сложную и интересную работу, но как бы не так. На весь июль я назначен вестовым — так на флоте называют официантов. На это время морскую форму пришлось снять. Все вестовые должны носить дурацкие жилетки бордового цвета. Сервирую столы в офицерской кают-компании, разливаю чай, раскладываю по вазочкам печенье, протираю вилки и ложки. Для специалиста с высшим образованием это довольно унизительно. Но если государству нужно, чтобы я именно таким образом выполнял свой воинский долг, то пожалуйста, я не возражаю.

Рядовой Владимир Баранов, 20 лет, Сергеевский полигон, Уссурийск: «Армия — тот же детдом»

Я в армии всего два месяца и уже успел привыкнуть к военным порядкам. Я воспитывался без родителей, в детдоме, поэтому мне входить в армейскую жизнь было проще, чем ребятам из благополучных семей. Точнее говоря, я не увидел большой разницы между армией и детдомом: тот же ранний подъем, весь день находишься под присмотром командиров, все личные вещи умещаются в прикроватную тумбочку. Служу я в разведроте. Наша главная экипировка — бронежилеты. На учениях мы охраняли командный пункт полигона. Стоишь целый день с автоматом и посторонних не пропускаешь за ограду. Ничего сложного.

Рядовой Эдуард Ким, 25 лет, ракетный полигон «Телемба», Бурятия: «Желторотикам не позавидуешь»

Я самый старший по возрасту среди солдат в нашем расчете радиолокационной станции «Небо». Когда меня призывали, то я сначала расстроился: мол, поздно вспомнили, лучше бы лет на пять пораньше прислали повестку. А теперь понял: мне просто повезло, что я не загремел в армию желторотым пацаном. 18-летним ребятам, которых взяли сразу после школы, особенно городским, привыкание к армии дается намного тяжелее, чем возрастным призывникам. Их надо учить всему, даже как правильно носить ботинки, чтобы не стереть до крови ноги. Что же касается моих обязанностей, то, когда проходят пуски ракет, все операторские места за пультами нашей РЛС занимают офицеры. Солдаты используются на подхвате. Мой основной рабочий инструмент на службе — кисточка и банка краски. Красим все, что имеется вокруг: заборы, бордюры на дорожках, лавочки в курилке, командный бункер. Процесс покраски длится непрерывно и много ума не требует.

цифры

270 тысяч призывников отправлены служить весной 2010 года

198 тысяч граждан уклоняются в России от призыва

26 уклонистов осуждены в 2009 году

299 призывников получили право весной этого года на альтернативную службу

Напечатать

Жизнь 00:01 / 25 Декабря 2025 24405

В таком же декабре, как сегодня

Листаем подшивку «Труда» за последние сто лет

Владимир Санин

Труд

В наступающем году нашему «Труду» исполнится 105 лет. Дата не слишком круглая, но разве это повод отменять путешествие по старым газетным подшивкам? Приглашаем вас вместе пролистать пожелтевшие страницы,...