У каждого времени свои песни. При Николае I на правом берегу Ишима построили казачий форпост Ак-мола — «Белая могила» — против набегов кокандцев (сейчас на том месте стадион). При Сталине по соседству создали знаменитый АЛЖИР (Акмолинский лагерь жен изменников Родины). При Хрущеве Акмолинск переименовали в Целиноград, заселили добровольцами-целинниками, застроили заводами и панельным жильем с двумя Дворцами (железнодорожников и все тех же целинников), четырьмя институтами, универмагом «Москва» и гастрономом «Колос».
По числу комсомольских свадеб город ставил рекорд за рекордом, а медали «За освоение целинных земель» получили почти 1,5 млн человек. Но бездумно распаханные степи отомстили «черными бурями»: только в 1956-1958 годах они сдули 10 млн гектаров пашни — больше территории Венгрии. Постепенно сдулся и Целиноград, превратившийся в заштатный областной центр. Но это было давно — целых два десятилетия назад...
Нынешняя Астана (по-казахски — «столица») — город без пригородов. По широкому автобану из аэропорта влетаешь сразу в многоэтажные кварталы, которые продолжают строиться (на миллион жителей здесь сдают 2,5 млн квадратных метров в год — больше всех в СНГ). Бараков, мазанок и прочих времянок нет совершенно, чистота улиц стерильная.
Поражает архитектурное многообразие: слева — здание с китайской фанзой вместо крыши, рядом — билдинг «Москва», наискосок — огромный памятник яйцу, при ближайшем рассмотрении — Государственный архив. Почти натуральная египетская пирамида 62 метра высотой оказывается творением Нормана Фостера, спроектировавшего астанинский Дворец мира и согласия под влиянием древней пословицы: «Все в мире боится времени, только время боится пирамид». Но в основании пирамиды — концертный зал на 1,5 тысячи мест.
Нур — в переводе «луч, свет, сияние» — самое модное слово в этом городе. Мечеть — Нур Астана, Главный павильон Международной выставки EXPO (гигантское сферическое здание диаметром 80 метров) — «Нур Алем», самый популярный бульвар с поющими фонтанами — Нуржол («дорога к свету»). А если прокатиться вечером на колесе обозрения, то с высоты 65 метров хочется весь сверкающий город назвать Нуркала. Впрочем, как известно, президента Казахстана тоже зовут Нурсултан (о чем позаботились 78 лет назад родители Назарбаева).
Этот город проектировал выигравший международный конкурс знаменитый японский архитектор Кисе Курокава, но весь Казахстан знает, от кого он получил главный заказ-идею — сформировать столицу в особом евразийском стиле сочетания культурных традиций Запада и Востока. В результате Астана стала экспериментальной площадкой мировой архитектурной мысли — неповторимым городом с уникальными сооружениями.
Еще не забудьте: этот город вырастает в бескрайней казахской степи, о которой здесь сложили поговорку: «Если Древний Рим расположился на семи холмах, то Астану построили на восьми ветрах». И это правда! Идешь по улице — ветер в лицо, сворачиваешь направо — опять в лицо: переменился ветер...
В нынешнем мае по новой столице ударил ураган. На аэродроме в тот момент садился Airbus-320 с сотней пассажиров — его снесло с полосы (скорость ветра достигала 21 метра в секунду). В центре города упал строительный кран, с пирамиды Дворца мира и согласия сдуло часть обшивки из гранитных плит. Обошлось, к счастью, без человеческих жертв.
Может быть, для столицы выбрали неподходящее место? Летом — жара за 40, зимой — морозы за 50. И сумасшедшие ветра. В 250 километрах к северу есть райский уголок — национальный природный парк «Бурабай», курорт Боровое. Здесь и горы, и сосны, и «роща танцующих березок», и озера с чистейшей водой и песчаными пляжами. Казалось бы, если переносить столицу, то почему не сюда?
Власть решила иначе: Астана тоже должна стать оазисом, но гигантского размера. Параллельно со строительством архитектурных шедевров начали создавать лесополосы. И если в Целинограде было 6 гектаров зелени, то нынче вокруг Астаны санитарно-защитная зона уже составляет 86 тысяч гектаров, высажены и принялись 12 млн деревьев и кустарников: сосны, березы, вязы, рябины, тополя. Деревья уже выросли до 10 метров в высоту, во что недавно никто не верил. Появилось зверье: лисы, зайцы, косули, фазаны... В самой Астане тоже создано несколько парков, тенистая набережная Ишима, а в 2012 году заложили Ботанический сад.
С будущего года планируют каждую весну высаживать в степи еще почти по полмиллиона «корней», чтобы в конечном итоге соединить рукотворный зеленый пояс Астаны с природными лесами Бурабая/Борового. Напомню: это 250 километров.
«Результат уже есть! — похвастался журналистам аким (градоначальник) Астаны Асет Исекешев: в Целинограде в среднем было 15 безветренных дней в году, у нас за прошлый год насчитали 58!»
Результат есть и в строительстве города: за 20 лет население увеличилось более чем в три раза, количество жилья — в 20 раз, количество автомобилей — более чем в 10 раз. Экономика номинально выросла более чем в 200 раз, а реально — более чем в шесть раз. Средняя зарплата превысила 700 долларов в месяц.
Инвестиции начинались с 50 млн долларов в год, сейчас — 3 млрд долларов, из них 80% — частные. Появилась высокотехнологичная промышленность. Более половины экономики (57%) составляет малый бизнес.
А теперь развитие города получает новое дыхание: в день 20-летия новой столицы Казахстана здесь открылся Международный финансовый центр «Астана». Случилось то, о чем мечтали в России, которая претендовала на то, чтобы стать значимым финансовым центром — сначала на евразийском пространстве, а потом и за его пределами. Но российский МФЦ, одобренный на бумаге, растворился в воздухе, а соответствующее распоряжение правительства было отменено без объяснения причин.
«Теперь Казахстан взялся за воплощение загубленной российской идеи, — комментирует это событие директор Центра исследования экономической политики экономического факультета МГУ Олег Буклемишев. — Решился в отдельной точке страны, в своем МФЦ, осуществить коренную институциональную реформу: перейти на принципы английского права в регулировании финансовых операций. Эти принципы привычны большинству инвесторов и сами по себе внушают доверие. На открытии МФЦ я смотрел на международных экспертов, специально приглашенных на роли регуляторов и судей, которые, хочется верить, обладают значительной самостоятельностью и от Казахстана, и от самого МФЦ. Если инвесторы будут считать, что в этой точке евразийского пространства не только стараются сделать все так, как им удобно, но и выносятся справедливые и обоснованные решения независимыми арбитрами, полдела, можно сказать, сделано...»
Для России этот опыт имеет огромное значение. Ибо мы во многом похожи. И Казахстан признал, что та модель финансового регулирования, которая существовала и существует в стране, не может сформировать достаточных стимулов к развитию финансового сектора и, следовательно, экономики в целом. Всем 15 государствам, входившим в состав СССР, включая балтийские республики, так или иначе присущи специфические перекосы или пороки финансового сектора.
Казахстан пытается экспериментировать, и даже в случае провала эксперимента МФЦ (уж больно напряженная конкуренция между финансовыми центрами) эта площадка все равно станет своеобразной «песочницей», где можно опробовать разные формы реформирования имеющегося финансового регулирования. И это уже немало!
P.S. И еще одна особенность есть у Астаны — в городе крайне мало блондинок. И даже не потому, что казашки, которых большинство, от природы темноволосы. Но как-то не прижилась здесь европейская мода осветляться, перекрашиваться и... Ну, в общем, вы поняли. И мужчины Астаны, как мне показалось, этим очень довольны.
