Выпуск ток-шоу «Пусть говорят» с заголовком «Счастье и горе Анастасии Заворотнюк» Дмитрий Борисов начал так: СМИ полны сообщений о болезни актрисы. Но ее близкие не делают никаких официальных заявлений, из-за чего рождается множество слухов. Поэтому возникла необходимость не заниматься досужими домыслами, а предложить семье «прекрасной няни» какую-то реальную помощь. В течение всего эфира на экране висела плашка «Настя, живи!» Но уместнее было бы «Бедная Настя!» Ведь целый час в студии обсуждались именно что сплетни.
Прореагировали даже в Госдуме: «Если проанализировать, что за этот год было сказано с экранов различных федеральных телеканалов, — это чудовищно. То про Алибасова целыми днями говорили, теперь про Заворотнюк каждый день какая-то передача выходит», — посетовал либерал-демократ Василий Власов.
Депутат прав по содержанию, но не по сути. Дискуссии о том, насколько личная жизнь публичных людей может выставляться напоказ, возникают то и дело. Аргумент тех, кто за: если уж ты чем-то привлек к себе внимание миллионов, терпи их повышенный интерес. Аргумент противников: каждый человек имеет право на свои личные секреты.
И тут многое зависит от образа знаменитости, созданного ею самой для публики. В этом смысле никакие подробности отравления, якобы случившегося с Алибасовым, никого не шокировали. Продемонстрированные на всю страну кадры с промыванием желудка вызвали не оторопь, а лишь ехидные усмешки: что этот шоумен еще придумает для пиара своих постаревших «нанайских мальчиков»?
Но есть другая порода артистов, откровенные съемки которых вызывают чувства неловкости, будто случайно подсмотрел что-то не предназначенное для посторонних глаз. Так было, когда ТВ растиражировала снятые с улицы кадры, запечатлевшие в больничной палате одну уважаемую всеми народную артистку.
К какой категории можно отнести Заворотнюк? Вряд ли к той, представители которой ради лишней порции хайпа готовы засветиться в беспомощном состоянии.
Трудно сказать, что творилось в душе Борисова, когда он готовился к выпуску. Вроде уже ко всему можно было привыкнуть, ко всяким бедам. В том числе к уходу кумиров. Уже и выражение скорби на лице отработано, и сочувственные интонации в разговоре с близкими. Но тут-то человек жив! И диагноз — лишь предположение.
Однако ведущий уже придумал линию поведения и настойчиво гнул ее, не боясь повторов. Для начала он предоставил слово священнику. У нас всегда так: если есть сомнения в нравственности происходящего на экране, надо дать первое слово попу. Батюшка вполне искренне предложил всем миром помолиться за актрису. Получив таким образом своеобразную индульгенцию, Дмитрий и сам поспешил оправдаться. Мол, всего этого разговора не было бы, если б появилась какая-то ясность. Но тут вот некоторые коллеги говорят о неминуемом скором конце. А директор актрисы все опровергает... Дальше с чистой совестью можно было переходить к перечислению тех самых сплетен.
Вот говорят, что рак провоцирует ЭКО (экстракорпоральное оплодотворение), к которому прибегла Заворотнюк, чтобы в 47 лет родить дочку своему новому супругу Петру Чернышеву. А действительно ли онкологию могла спровоцировать попытка омоложения с помощью стволовых клеток? А правда ли, что к печальному результату привела поздняя беременность?..
И присутствующие в студии врачи разной специализации принялись пространно рассуждать на эти темы.
Конечно, Борисов не мог не вспомнить Жанну Фриске. И не вспомнить при этом сбор средств на лечение певицы, организованный Первым каналом. Правда, про финансовый скандал, случившийся позднее, упомянуть забыл. Как и про то, что семья Анастасии уже заявила: никакой помощи не требуется. «Но почему молчат родные?» — не уставал вопрошать ведущий.
Ему вторил Дмитрий Шепелев, муж Жанны и коллега по каналу: лучше сказать как есть, чтобы избежать кривотолков. С противоположным мнением выступили сразу несколько человек. Сестра той же Фриске поделилась воспоминанием: когда ее состояние ухудшилось, у всех родных было одно желание — чтобы оставили в покое. То же самое вспомнила директор Юлии Началовой: едва только о болезни певицы стало известно, жизнь превратилась в ад. Звонки журналистов начинались в 4 утра и заканчивались в час ночи.
Конечно, ко всему произошедшему на программе можно было бы отнестись как к простой болтовне. Но во время эфира кто-то из гостей сообщил, что знает, в какой клинике лежит Анастасия. Совпадение или нет, но уже на следующий день в этой самой больнице полиция вынуждена была выставить охрану от съемочных групп, которые якобы пытаются прорваться к актрисе всеми правдами и неправдами.
И еще. Основатель группы «Ласковый май» Андрей Разин, охарактеризованный одной из участниц передачи как «змея», заявившая о неминуемом скором конце Насти, намерен подать в суд на Первый канал. «Не смотрите эту программу, пока там такой ведущий и такая редакция. Можете представить, сколько гадости там будет сказано? Но в отношении этих подонков я, конечно, подам в суд. Они не имеют права использовать имя Андрей Разин, потому что оно запатентовано в Роспатенте. И не верьте этой программе. Она самая ужасная и самая страшная в нашем государстве. Ну а Борисов и Первый канал пусть готовятся к судам», — написал продюсер в своем блоге.
А вот это по-нашему. В духе отечественного шоу-биза. Сегодня его представители хвалятся своим присутствием на свадьбе Собчак, завтра сшибают миллионы на корпоративах, а послезавтра судятся друг с другом. Пусть говорят!
