Труд: «И не забывайте – я кавказский человек!»

Главная Культура 00:01 20 Октября 2023 5567

«И не забывайте – я кавказский человек!»

В Москве даст сольный концерт победитель Конкурса Чайковского пианист Сергей Давыдченко

Напечатать

Вытянутый на жеребьевке конкурса Чайковского 5-й номер Сережа считает счастливым и с тех пор носит прямо в паспорте, как талисман. Фото автора

У Сергея Давыдченко множество поводов быть представленным читателям «Труда». В эти дни он приступил к изучению десятого в своем репертуаре концерта для фортепиано с оркестром. В конце октября у него первый (и единственный в полугодии) сольный концерт — «Картинки с выставки» Мусоргского и Восьмая соната Прокофьева в Московской консерватории. Этой осенью он официально стал именоваться «артист Yamaha»... Конечно, все это неразрывно связано с одним большим инфоповодом, который сохранит свое значение на многие годы: минувшим летом Сергей завоевал первое место на XVII Международном конкурсе имени Чайковского. Как юноша из ставропольской глубинки, ныне студент Ростовской государственной консерватории имени С. В. Рахманинова, пришел к победе на самом знаменитом музыкальном соревновании мира, что она изменила в его жизни? Об этом мы поговорилив московском артистическом центре Yamahaс Сережей и его профессором Сергеем Ивановичем Осипенко, навестившими столицу в ходе рухнувшего на юного музыканта концертного марафона.

— Марафон именно рухнул, — с легкой иронией улыбается Сергей. — Смотрите: 25 августа я играл в Пскове, 26-го — в Калининграде, 27-го — в Клину, 30-го — в Великом Новгороде. 3 сентября был Санкт-Петербург, 6-го — Иркутск, 8-го — Красноярск, 10-го — Ростов-на-Дону, 17-го — Волгоград, 20-го — Казань, 22-го — Москва... Дальше можете, как в компьютере, скопировать этот график и переносить его в каждый последующий месяц, меняя только города и репертуар.

— Есть в вашей семье еще музыканты?

— Нет, но музыку любят все. Мама ходила в музыкальную школу в Пятигорске. Старший (сильно старший, ему 35) брат — гитарист-любитель... Не стану строить из себя вундеркинда: малышом я не приставал к маме «отведи меня в музыкальную школу», сын-пианист — это была ее мечта. 7-8-летнему пацану трудно объяснить, почему ему надо сидеть за инструментом, а не гонять с друзьями мяч. Понимание, чему и зачем учусь, приходило по мере занятий.

— Помню ваши рассказы во время прежних наших встреч на многочисленных пианистических конкурсах: как вы, житель ставропольской станицы Александрийской, вставали в 5.40 утра, чтобы успеть на маршрутку до Минвод, где занимались в музыкальном колледже... Вряд ли такое возможно, если в душе ребенка не проснулась настоящая страсть к музыке.

— Ох, это было нелегко... Но вы говорите о чуть более поздних временах, когда конкурсы действительно внесли большие изменения в мою жизнь. Началось с соревнования юных концертмейстеров в Кисловодске, а уже через год, в 2015-м, я выиграл серьезный пианистический конкурс имени Василия Сафонова в Пятигорске. И стал готовиться к всероссийскому телевизионному конкурсу «Щелкунчик». Тогда мой день строился так: я надевал на себя два рюкзака, один заносил в общеобразовательную школу, с другим ехал в Минводы к 7 утра, занимался там музыкой, потом возвращался в Александрийскую и шел на общеобразовательные занятия, после — домой делать домашку. Ситуация осложнялась еще тем, что я тогда был убежденным отличником. Это уже после победы на «Щелкунчике» в 2016 году педагоги стали относиться к моим успехам по немузыкальным предметам чуть снисходительнее.

— Сережа за три года совершил феноменальный скачок, — вступает в разговор Сергей Осипенко. — От детского репертуара дорасти до первой части Третьего концерта Прокофьева! Потом — победа на конкурсе Дениса Мацуева Astana Piano Passion в 2017 году, лауреатство на мацуевском же Grand Piano Competition в 2018-м, первые места на «Синей птице», Дельфийских играх, конкурсе исполнителей русской музыки в Рязани, Grand Piano Competition 2021 года...

Еще в 2018 году талант ученика Сергея Осипенко (справа) распознал член жюри конкурса Grand Piano Competition, всемирно знаменитый пианист Дмитрий Башкиров. Фото автора

— Сколько слез тогда было пролито над первой частью Первого концерта Чайковского! — вспоминает Сергей. — Петр Ильич требует громадной работы над фразой, ее смыслом, ведением. Зато и сыграл я эту музыку на Grand Piano, как, по-моему, никогда ни до, ни после.

— И Денис Мацуев, широкая натура, вручил не один, как полагалось по регламенту, а два Гран-при — рояли Yamaha: вам и 14-летнему москвичу Пете Акулову.

— Тот конкурс и стоило назвать не Grand Piano, а «Рояль, найденный в кустах», — улыбается Сережа.

— Сергей Иванович, а как вы с Сережей нашли друг друга?

— В мои обязанности профессора Ростовской консерватории, крупнейшего музыкального вуза юга России, входило курирование колледжа в Минводах. И однажды моя давняя знакомая Татьяна Борисовна Левадная попросила меня обратить внимание на ее талантливого ученика. Сережа стал ездить ко мне на консультации. А в 2017 году они с мамой перебрались в Ростов. Сперва жили в общежитии в 9-метровой комнате, где Сережа занимался на пианино, подаренном ему ставропольским губернатором Владимиром Владимировым (первый Сережин инструмент погиб весной 2017-го, когда разлившаяся река Кума подтопила их дом. — «Труд»). Стал учиться у меня в лицее имени Рахманинова. После победы на Grand Piano у них с мамой появилось место для рояля — трехкомнатная квартира в Ростове (это уже подарок от руководства Ростовской области — «Труд»). Год назад Сережа поступил в мой класс в консерватории.

— Он не единственный ваш ученик-лауреат?

— Конечно. Через пять минут после сообщения об итогах конкурса Чайковского нас с ним поздравила по телефону Анна Винницкая, моя ученица конца 1990-х — начала 2000-х, победительница конкурса имени королевы Елизаветы в Брюсселе, профессор Высшей школы музыки и театра в Гамбурге. Мы на постоянной связи и с Сережей Тарасовым, победителем более чем десятка конкурсов, профессором университета Кемён в Южной Корее. Да один только 2023 год взять — Арина Антоносян выиграла конкурс Хачатуряна в Ереване, Миша Кан — конкурс Крайнева в Москве, Настя Ткаченко — конкурс «Наследие Рахманинова» в Ростове, Лиза Корман получила бронзу на конкурсе Бендицкого в Саратове... Класс большой и амбициозный, ребята «подзаводят» друг друга. Родная для меня обстановка: примерно то же было в мои студенческие годы в классе профессора Льва Николаевича Оборина в Московской консерватории.

— Сережа, а что на конкурсе Чайковского оказалось самым сложным?

— Наверное, две - три минуты перед выходом на первый тур. Тебя запирают в узком тамбуре закулисья, где некуда скрыться от телекамер. Реально страшно.

— Как брали себя в руки?

— Да так и брал: надо идти играть, и шел. Через какое-то время в тебе просыпается «конкурсное зверство». Зря, что ли, ты перед тем по 12 часов в день занимался? Чувство немножко от лукавого, но что делать: взялся за гуж, не говори, что не дюж.

— Сережа вытащил на жеребьевке 5-й номер, — снова берет слово Сергей Осипенко. — И это внесло лепту в удачу. На первом туре он успел выступить до моего 70-летия, которое случилось 21 июня. И своей игрой сделал мне замечательный подарок. А второй тур — сонаты Листа и Прокофьева — он отыграл днем 23 июня. За несколько часов до знаменитых ростовских событий. Следующие сутки Сережа буквально висел на телефоне, умоляя маму не выходить из дома.

— И я, журналист, наблюдавший конкурс, помню те дни. То, что прослушивания утром 24-го несмотря ни на что возобновились, для тысяч людей — в зале, у экранов телевизоров и компьютеров — сыграло огромную роль. Прекрасная, гордая, «выпрямляющая» музыка Бетховена, Чайковского, Скрябина, Рахманинова поставила все на место, показав, где подлинная сила человеческого духа.

— Меня очень беспокоит обстановка в мире — хмурится Сергей. — Мы в Ростове чувствуем это особенно. Сравниваю себя 16-летнего и сегодняшнего 18-летнего. Совершенно разные мироощущения.

— В недавнем интервью вы смеялись над наивностью 16-летнего Сережи Давыдченко, заявившего журналисту после Grand Piano Competition: хочу стать большим русским пианистом...

— Смеяться над собой, по-моему, полезно, разве не так? — философичен Сергей.

— Да ничего дурного Сережа тогда не сказал! — парирует Осипенко. — Просто выразил свою мысль наивно. Но сколько негатива на парня обрушилось!

— Сергей, пора привыкать к тому, что успех вызывает зависть. Но и над собой, над своей наивностью тоже надо работать.

— Вы правы, мне очень помогают книги. Времени на чтение катастрофически не хватает, но стараюсь его находить. В какой-то момент обнаружил, что у меня серьезные пробелы в классике. И запоем проглотил «Евгения Онегина», «Героя нашего времени», «Преступление и наказание». Недавно открыл для себя Оруэлла — «1984», «Скотный двор»...

— Конкурс дружит?

— Как сказать, там все больше сосредоточены на себе. Но у нас возникли добрые отношения с соседом по комнате Станиславом Корчагиным. Симпатичным показался и американец Энджел Вонг. А с нашими скрипачами Даней Коганом и Равилем Ислямовым, возможно, удастся сделать что-то совместное на сцене.

— Как обстоят дела со спортом? Здоровье нужно всякому, а вам, с вашей загрузкой, особенно.

— Ох, мне сейчас, наверное, ближе всего сумо, — шутит над своим плотным сложением Сергей. — В оправдание скажу, что очень люблю велосипед, недавно мы с другом прокатились за 6 часов в Старочеркасск и обратно, это 70 километров. И не забывайте — я кавказский человек. Какое удовольствие — подъем в горы! Сидеть где-нибудь в вышине, любоваться видом Эльбруса и попивать горячий чай из кружки, зная, что никто тебе сюда не позвонит и не напишет: связи нет...

— А как вы стали артистом Yamaha?

— Еще на Grand Piano Competition я обратил внимание на эти рояли. В ЦМШ стоял и другой инструмент — знаменитой исторической марки, но, на мой взгляд, у нее слишком «заданный» тембр. А звук Yamaha податлив и многокрасочен. Ну а после конкурса, организуемого Денисом Мацуевым — он ведь артист Yamaha на протяжении многих лет — эта симпатия стала взаимной. Притом мой контракт либерален и носит скорее рекомендательный характер: если я приезжаю в город, где только «Стейнвеи» или «Бехштейны», никто не запрещает мне играть на их. В конце концов вспомним Святослава Рихтера, который в путешествиях по стране был готов играть на всяких инструментах, считая самым важным контакт с публикой.

— Ваша главная творческая задача?

— Умножение репертуара. Здорово, что у меня сейчас в активе, например, все пять концертов Прокофьева, я уже получил приглашение сыграть их с Валерием Абисаловичем Гергиевым в декабре в Санкт-Петербурге и с Александром Витальевичем Сладковским в Казани в мае. Но таких концертов в багаже должно быть не десять, а десятки. А сколько замечательных композиторов, к чьему творчеству я только начал подступаться — Шуберт, Шостакович, Шнитке... Возможно, добьюсь прогресса и в сочинении музыки.

— Вы и этим занимаетесь?

— Да, но пока считаю эти работы слишком несовершенными.

— Последний вопрос — сердце свободно?

— Нет.

Сергей Давыдченко конкурс Чайковского

Культура 00:01 / 23 Октября 2026 7397

Петр Мамонов, знаменитый и неизвестный

Он прошел путь от алкоголя, бузотерства, мирских страстей - к поиску покоя и внутренней гармонии

Леонид Павлючик, кинообозреватель «Труда»

Труд

Петр Мамонов на протяжении жизни примерял на себя разные маски. Фото предоставлено студией Павла Лунгина

На экраны выходит документальный фильм «Четыре жизни Петра Мамонова». Снял его Павел Лунгин — человек в судьбе Мамонова не случайный. Он разглядел в эксцентричном музыканте незаурядный актерский...