- Для вас имело значение, что букмекеры с самого начала ставили вас на одно из первых мест?
- Конечно. Если люди считают, что на меня можно ставить деньги, это воодушевляет, не так ли? (Смеется.)
- Но на всякий случай, наверное, держали какой-то талисман?
- Я не верю в талисманы либо приметы. Просто черпаю энергию от тех людей, которые меня любят. Это самое сильное оружие.
- Стало быть, вы не суеверны?
- Я верующий человек, к чему суеверия?
- У русских и греков общая православная религия. И в православии всегда ценилось прекрасное пение.
- Да, я это знаю, потому что в детстве работал служкой в церкви на моем родном острове Корфу, подносил свечи.
- У нас в газетах писали, что сперва в греческую делегацию входил Филипп Киркоров, но вышел из нее, когда узнал, что его назначили председателем жюри.
- Нет, это ошибка, он никогда не был членом нашей делегации. Просто Филипп всегда меня поддерживает, потому что он мой друг. Мы много лет знакомы, случалось, и пели вместе. (Поет.)
- Кто стал вашей главной музыкальной симпатией на московском конкурсе?
- Трудно сказать. Было много прекрасных песен и больших голосов. Анастасия Приходько - прекрасный вокал! Англичанка Джейд - то же самое. Ну а Патрисия Каас, тут и говорить ничего не надо:
- Кто за вас болел дома в Греции?
- Прежде всего моя семья, включая шестимесячную дочь.
- Вы молодой папа? Наши поздравления.
- О-о, она самая прекрасная девчушка в мире. А какой голос!
- Как зовут?
- Пока не могу выдать тайну - еще не было крещения. Позвоните после "Евровидения" - обязательно скажу.