Труд: Из Гватемалы в Гондурас

Главная Жизнь Культура 00:16 21 Октября 2010 3109

Из Гватемалы в Гондурас — и обратно: Репортаж "Труда"

Пересечение границ стоит небольших денег, но времени много не занимает

Напечатать

Гватемала, Гондурас, Никарагуа и Сальва-дор входят в один визовый союз, вернее, в безвизовый для россиян. Пересечение границ стоит небольших денег, но времени много не занимает

Антигуа — Гондурас — Копан

Утро показало, что Антигуа несколько больше, чем кажется вечером, после того как везде гаснет свет и дети укладываются спать. Город просыпается в 6 утра. Оказывается, в принципе в Центральной Америке люди рано встают и рано начинают работать. Если у них есть работа. Днем — сиеста. Вечером в пятницу и субботу — гулянка. В воскресенье — отбой в 21.00.

В Антигуа в середине XVI века был открыт университет. Первый в Центральной и четвертый во всей Латинской Америке. Ну, конечно, это средневековый университет с теологическим, юридическим и медицинским факультетами. Некая высшая партийная школа по подготовке колонизационных кадров на местах. Но подчеркиваю: в России университет открыли на 100 лет позже.

В Антигуа есть свой святой — Сан-Педро. Похоронен в местном соборе, на стене которого отмечены все случаи чудесных исцелений. У одного из латиноамериканских писателей есть рассказ «Святая». О том, как некий, быть может, колумбиец десятилетиями пытался достучаться до Ватикана, чтобы показать руководству Римско-католической церкви нетленное тело покойной дочери. Он возил его в футляре от виолончели, и никому не было до этого дела. У крупных политиков от церкви не хватало времени на чудо. Я что-то слышал об этом святом — его канонизировал сам Иоанн Павел — и, не оспаривая религиозные причины, осмелюсь утверждать, что политический подтекст более интересен. Но здесь его вряд ли кто-то будет с нами обсуждать.

Далее взяли курс на Гондурас. К сожалению, эта остановка очень короткая. Увидим только развалины майя в Копане.

Наблюдения за гватемальским крестьянским бытом навели на размышления. Возделаны любые участки земли, даже на вершинах крутых холмов. Дичи в лесах нет. Охотиться можно только на более диком севере страны. Домашние животные выжили из природы диких. Это ли не экологическая катастрофа?

Крестьяне пашут на быках и лошадях. Живут преимущест-венно в однокомнатных домах из некрашеных пеноблоков. Рядом скот и птица. Почему при этом во дворе стоит японский пикап — непонятно. Почему все культурно выстирано и чистое белье развешано для просушки вывернутым наизнанку — непонятно. Все люди чисто одеты, носят белые рубашки, брюки и юбки. Все не так просто, как кажется на первый взгляд.

Грузовички разного возраста, но в рабочем состоянии. Есть и очень недешевые. А ведь лозунг «Земля — крестьянам!» реализован у них на 70 лет позже, чем в России: мир с повстанцами был заключен только в 1987 году. Горы тут такие, что гражданская война могла длиться вечно. Повстанцев невозможно было выкурить из сельской местности, а эскадроны смерти, которые базировались в городах, оставались недоступными для партизан. Банально: худой мир лучше доброй ссоры.

Гватемала, Гондурас, Никарагуа и Сальвадор входят в один визовый союз. Вернее, безвизовый для россиян. Но для иностранцев выезд из Гватемалы стоит 10 кецалей (1,5 доллара), а въезд в Гондурас — 3 доллара. Пересечение границ не занимает много времени.

Про Копан много не расскажу, чтобы не расстраивать. В принципе познавательно. Можно увидеть в природе подделки под майя и оригиналы в музее майя. Где кончается реконструкция и начинается правда жизни, не ясно. Древний город раскопан всего на 10%. Рассказы гидов — это в основном художественные домыслы.

У меня не получилось, но рекомендую посетить тоннели под пирамидами. Судя по всему, там, под землей, истинные творения рук майя. Индейцы надстраивали новые храмы и пирамиды над старыми. Поэтому невидимое при свете дня под землей скорее даст представление о масштабах прошлого. Эти тоннели проложили археологи, но посетить их за дополнительную плату можно только до 16.00. Потом тоннель закрыт, археолог ушел домой.

В лесу живут попугаи и коати — местные крысокролики-свинки по внешнему виду, приятные на вкус, как утверждают граждане гондурасцы. Они, кстати, почти поголовно метисы. Индейцев здесь всего 7%. Несмотря на географическую близость, Гватемала и Гондурас даже визуально отличаются друг от друга. Например, в Гватемале ни разу не встретили метисов-ранчеро с сомбреро на головах, старомодных коновязей на въезде в поселки и оседланных лошадок, пасущихся в ожидании хозяев.

Днем — жара. Вспомнили о необходимости репеллентов и кремов от солнца. Лучше их закупить загодя — в маленьких местных магазинчиках не нашли. Вечером полил проливной дождь. Спасают ром, коктейли и сигары. Я пока не курил местный табак, но продегустирую в ближайшие дни. Кофе здесь не очень. Продается в сувенирных упаковках. Говорят, что лучший в регионе — коста-риканский. Поэтому пока не закупаю — Коста-Рика, Белиз, Сальвадор, Никарагуа и Панама еще впереди.

Еще одна деталь из серии «Ты не дома». Смотрю: летают птицы, издалека похожие на ворон, но гораздо крупнее и высоко. Оказывается, грифы. А ворон нет.

Копан — Котигуа — Тикаль (опять в Гватемале)

В Гондурасе деньги называются лемпира. Курс — приблизительно 2,2 кецаля. 1 кецаль — 7,7 доллара США. Гостиницы в общем недешевые, но неплохие. В рамках 90–120 долларов на двоих вы имеете приличную комнату с интернетом. Если заказывать из Москвы через агентство, то в 1,5 раза дороже.

Еда недорогая и качественная. Рыба и креветки, как везде, стоят побольше, но курица, говядина и гамбургеры — в рамках 10 долларов. Ром — от 10 долларов за местный Botran до 50 долларов за суперкачественный «Сапато сенченарио» («Zapato»). Если не хотите себе в чем-либо отказывать, планируйте бюджет в 25 долларов за прием пищи. Алкоголь — половина счета. Когда заказываете свежевыжатый сок, надо особо подчеркнуть, что нужен именно он.

Гондурас оставил впечатление незавершенности. Надо было бы посмотреть и Тегусигальпу, и Карибское побережье, и острова. Сигары оказались великолепными. Не уверен, что их можно довезти до Москвы, но в месте происхождения это отличный табак. Без жуткого кубинского запаха.

Из Копана, где правил Восемнадцатый Кролик (так звался последний местный правитель), приехали в Котигуа. Это вассальная деревушка Копана. Майя жили здесь с IV по IX век. Потом уцелевшие переехали в районы Атитлана и Чичикастенанги. Почему уцелевшие? Дело в том, что майя практиковали естественный отбор наоборот — эволюцию в обратном направлении. В их городах существовали стелы с изображениями правителей, пирамида с поселком вождя и стадион для игры в мяч. Наградой победителю было то, что его приносили в жертву, предварительно укушавшись галлюциногенными грибами. Так день за днем майя уничтожали самых сильных и красивых мужчин. В итоге оставшиеся начинали страдать от ссор, засух, наводнений и разбегались в разные стороны. Когда Котигуа нашли конкистадоры, там жило какое-то племя, ничего не знавшее о майя. Пирамиды и стелы пожрали джунгли. Найдено все было в XX веке, случайно и сейчас раскопано на 10%.

По дороге из Котигуа в Тикаль пейзаж заметно меняется. На смену горам с соснами приходят холмы с джунглями. Бесконечную кукурузу сменяют пастбища с коровами. Индейцев — метисы. Поймы часто затоплены — это следы наводнений. Дома стоят на сваях. Становится заметно жарче.

В Тикале расположен самый старый, самый большой и самый интересный комплекс пирамид. Он стоит прямо посреди джунглей и тоже был заброшен. Самая высокая пирамида — 74 метра. С нее очень удобно наблюдать за рассветом, если не полениться встать в 4 утра. Очень романтичное удовольствие, если романтика подкреплена хорошей спортивной формой и вас не смущает запах пропотевших маек.

Отдельное удовольствие — прогулки по ночным и дневным джунглям. Спросите себя сами, давно ли вы были в лесу после наступления темноты с фонариком и проводником — бывшим партизаном? Посреди дороги висят лианы, глина сменяется камнями, стрекочут цикады размером с упитанного воробья, на деревьях фосфоресцируют неимоверного размера светлячки, из крон деревьев наводят страх обезьяны-ревуны, в кустах что-то трещит. Из темноты на тебя надвигаются какие-то монументальные сооружения. Потом забег на вершину пирамиды. Она построена под большим углом, и когда сидишь на одной из верхних ступеней, то кажется, что перед тобой отвесный обрыв. Ноги от страха становятся ватными, дух перехватывает, сидишь над джунглями и видишь, как постепенно солнечный свет окрашивает в розоватый цвет верхушки деревьев, дальнее озеро и соседние пирамиды.

Дневная прогулка помимо рассказа о причудах древних майя интересна с ботанико-зоологической точки зрения. В лесу растет какао, кардамон, каучуковые деревья, кедр. Ползают тарантулы, коати и агути. Обезьяны-ревуны оказываются маленькими, толстыми и ленивыми. На ветвях деревьев расположились здоровенные зеленые попугаи-краснолобы.

Нет, не зря встаешь в 4 утра, сходишь с ума от джетлага, живешь в гостинице без горячей воды, где в 22.00, как в пионерском лагере, трубят отбой и выключают электрогенератор. Где ни до кого не дозвонишься, потому что не работает мобильник, и трижды за 6 часов поменяешь насквозь промокшую от пота рубашку.

Рассказ будет неполным, если не упомянуть деревья сейба. Они достигают метров 40–50 в высоту. Майя почитали их как символ устройства мира: корни — это ад, ствол — это жизнь, крона — это боги. Выглядят крайне внушительно.

Из серии «Ты не дома»: товарищ, слушая гида, решил по привычке облокотиться на дерево. В последний момент, перед тем как полностью переместить вес, он на это дерево посмотрел. Оказалось, что это молодая сейба, чей ствол покрыт острющими пятисантиметровыми иголками. Это вам не березка.

Продолжение — в следующих номерах.

Жизнь 19:01 / 10 Октября 2026 12556

О чем я подумала, когда машина летела в озеро

В моем детстве простые вещи запоминали сразу - на то они и простые

Гузель Агишева

Труд

Забыла наушники, а за окном темень, ничего не видно, так что высматривать что-то и отвлекаться не получается. Двери вагона на шарнирах — каждый входящий и выходящий энергично их распахивает...