Труд: ИГОРЬ АРТЕМЬЕВ: НЕ ЛЮБЛЮ ИГРУ В МОНОПОЛИЮ

Главная Жизнь 01:01 22 Февраля 2005 0

ИГОРЬ АРТЕМЬЕВ: НЕ ЛЮБЛЮ ИГРУ В МОНОПОЛИЮ

На прошлой неделе глава Федеральной антимонопольной службы (ФАС) Игорь Артемьев на коллегии обозначил задачи ведомства на ближайшую перспективу. Особо говорил о противодействии ценовым сговорам и своеволию монополизма. Будут проверены торговцы бензином, з

Владимирова Елена

Напечатать

- Игорь Юрьевич, не кажется ли вам, что служба по борьбе с монополизмом у нас родилась слишком поздно?
- Между прочим, мы скоро отмечаем 15-летие. Так что служба вовремя родилась, только необходимых полномочий не имела. На первых порах в основном занимались устранением административных барьеров и обеспечением единого экономического пространства. Тогда многие главы регионов запретили вывоз зерна или, наоборот, ввоз "чужой" водки. Серьезно ограничить влияние монопольных структур служба не могла. Тут же одного желания мало - нужны законодательные нормы, политическая воля. Не было ни того, ни другого. А к совести монополистов взывать бесполезно.
Когда в США в конце XIX века бурно развивался капитализм, там тоже появились монополисты, которые присваивали себе национальный доход, завышали цены. Власть довольно скоро поняла, что они действуют исключительно в своих интересах, подавляют малый бизнес и не считаются с потребителями. В ответ появились соответствующие антимонопольные законы. Сегодня в Америке они самые суровые. В ЕС законодательство не столь жесткое, но тоже эффективное.
- А что на нашем рынке за годы реформ изменилось? Во многих отраслях правят бал монополисты.
- Это правда. В 2004 году цены на нефтепродукты выросли более чем на 30 процентов. А топливо все используют, и там, где его доля в себестоимости продукции велика, целые отрасли становятся нерентабельными. Например, мы теряем международные автомобильные перевозки. Директора предприятий продают технику, распускают персонал и набирают согласных на мизерную зарплату гастарбайтеров из стран СНГ. Сегодня наши транспортники обеспечивают только треть грузовых перевозок в Россию и из России. Скоро и этого можем лишиться.
А что такое повышение цен на мазут для ЖКХ? Это же автоматический рост на 30 процентов затрат из местных бюджетов. Котельные-то все равно надо топить. Потом бюджетные деньги кончаются, города и поселки начинают замерзать.
Теперь посмотрите на зерновой рынок. Хозяйства и фермеры собрали урожай, везут на элеваторы. А там соглашаются принимать зерно только по низкой закупочной цене. Они же принадлежат узкому кругу лиц, которые умеют договариваться друг с другом. Потом эти лица, само собой, перепродают зерно на мелькомбинаты по гораздо более высокой цене и прибыль кладут в карман. А село множит убытки, цены в булочных растут.
- Кто-нибудь подсчитывал ущерб от злоупотреблений монополий?
- Это десятки миллиардов долларов в год. Тут и прямой ущерб экономике, и потери малого, среднего бизнеса, и деньги, отнятые у граждан вследствие роста цен. Получается дикость: государство повышает пенсии и зарплаты, дает кредиты малому бизнесу, а "акулы монополизма" через цены на рынке все это прибирают к рукам.
Уверен: если бы не диктат монопольных структур, то цены на товары и услуги у нас могли быть значительно ниже.
- А где конкретно сталкивается с махровым монополизмом обыватель?
- Да на каждом шагу! Наши жэки, ЖЭУ, ПРЭО - чистой воды монополисты. Человек с утра выходит на грязную лестничную клетку (в моем доме она возмутительно грязная), видит обшарпанный подъезд. Жильцы вынуждены с этим мириться, потому что лишены выбора. А надо объединяться в товарищества, самим нанимать уборщиц, нормального, а не вечно пьяного жэковского сантехника...
Дальше выходит человек на улицу, полчаса ждет раздолбанного муниципального автобуса. При этом по дороге он узнает из газеты, что тариф на проезд скоро снова подорожает. Если у гражданина личный транспорт, то монополист залезет к нему в карман на бензозаправке.
- Какие законы могут остановить этих "деятелей"?
- Во-первых, базовый закон о защите конкуренции, он уже одобрен правительством. Затем поправки в Кодекс об административных правонарушениях. Надо резко поднять компаниям-монополистам штрафы: за злоупотребление доминирующим положением на рынке - от 0,5 до 2 процентов годового оборота, за создание картелей - от 1 до 4. Сейчас максимальный штраф - 16 тысяч долларов, даже если экономике нанесен ущерб на миллиарды. Назрели поправки и в закон о естественных монополиях.
- Вот об этом поподробнее...
- Как известно, к естественным относятся РАО РЖД, РАО ЕЭС, Газпром, Связьинвест и некоторые другие компании. Хотя не все из них уже сегодня "естественны". Возьмем РАО ЕЭС. Параллельные электрические сети не проложишь (дорого, да и нужды нет), но атомные, тепловые, гидростанции можно заставить конкурировать - чтобы боролись за потребителя, снижали цены на электроэнергию. А на Российских железных дорогах должно быть так: рельсы, шпалы, мосты, тоннели надо оставить за государством, а все остальное демонополизировать. У нас уже есть сотня компаний-операторов, которые купили вагоны, локомотивы и подписали договор с РАО РЖД на пользование их инфраструктурой. Кстати, из Москвы в Домодедово и Мытищи курсирует частная электричка. Предприятия идут в эти компании, узнают цену перевозки груза и выбирают: где больше скидки. Это нормальная практика. Уже сейчас частным компаниям принадлежит 30 - 40 процентов вагонов, а в идеале должно быть 70.
- Вопрос в том, получат ли эти законопроекты поддержку. У монополистов сильное лобби. Вам не кажется, что воюете с ветряными мельницами?
- Между прочим, Дон Кихот - образ сугубо положительный, потому и живет сотни лет. Другое дело, что никто не в состоянии в одиночку побороть такое зло, как современный монополизм. Однако олигархи откровенно эгоистическими попытками влиять на политические и экономические процессы уже вызвали отторжение у власти и общества.
- А при чем здесь олигархи?
- Олигархия - одна из высших форм монополии. Мы построили у себя самый настоящий государственно-монополистический капитализм. Это ведь факт, что сотне семей принадлежит более половины ВВП. Они управляют экономикой и обычно меньше всего думают об интересах общества. В итоге тормозится экономика, буксуют социальные реформы.
Дальше отступать некуда. Именно поэтому правительство поставило конкретную цель - активизировать антимонопольную политику.
- Пока что-то мало дел доходит до судов. Похоже, никого из злостных монополистов так и не посадили?
- Уголовных дел возбуждалось мало, при этом в 90 случаях из 100 они прекращались. Действительно, никто из монополистов не сел в тюрьму - ни за уведенные из экономики миллиарды, ни за картельные сговоры.
Но надо идти дальше и идти до конца. Вот недавно ФАС проиграла суд по делу так называемой Единой торговой компании (ЕТК). В стране был десяток заводов по производству каустической соды и компонентов для обеззараживания питьевой воды. Предприятия друг с другом конкурировали и не завышали цены, пока не появилась ЕТК. Ее представители уговорили заводы заключить договоры и через них вести все поставки. В итоге цена каустической соды за год выросла вдвое, потребители взвыли. Мы против этой монопольной структуры, которая сама ничего не производит, потребовали завести уголовное дело, ликвидировать компанию и восстановить конкурентный рынок. В Высшем арбитражном суде твердо рассчитываем взять реванш.
- У вас есть юристы, а что делать простым гражданам, страдающим от монополизма?
-Тоже бороться. Я хочу довести до сведения читателей "Труда": если они подадут в суд иск на компанию-монополиста, то наша служба будет стараться оказать им помощь в любом суде. Мы сильно надеемся на общественную поддержку.
- А что можно сделать, если монополисту рынок принадлежит целиком?
- Во многих странах мира в законодательстве есть норма: если доля фирмы на определенном рынке до 35 процентов, то к ней нет претензий. Если она имеет от 35 до 65 процентов рынка и начинает на нем бесчинствовать, злоупотреблять своим положением, то немедленно следуют санкции.
Мы собираемся ввести тот же принцип, но с одной поправкой: нижняя планка будет, как и в большинстве стран Европы (35 процентов), а верхняя - 50. При нашем капитализме правила нужны пожестче.
- В каждом регионе есть свои местные монополисты, которых нередко "крышуют" местные чиновники. Дотянется ли ФАС до них?
- По закону чиновникам запрещается предоставлять необоснованные преференции частным фирмам. За 2004 год мы возбудили свыше сотни таких дел и 70 процентов из них уже выиграли.
- На практике - о чем речь?
- Вот, скажем, мэр создает акционерное общество, которым заправляют его родственники. Объявляется: новая компания берется убирать всю городскую территорию. Ей тут же предоставляется куча всевозможных льгот, ставки арендной платы и земельного налога равны нулю. Естественно, все конкуренты разоряются. При этом с такого мэра - как с гуся вода.
Мы хотим ввести в Кодекс об административных правонарушениях норму "дисквалификация". Если правительство и парламент нас поддержат, провинившийся чиновник получит "черную метку" и на срок до 3 лет не сможет занимать руководящие должности.
ИЗ ЛИЧНОГО ДЕЛА
Артемьев Игорь Юрьевич родился в 1961 году в Ленинграде. Имеет два высших образования. Кандидат наук. Избирался депутатом Ленсовета. В 1996 году - первый вице-губернатор северной столицы, глава комитета финансов. В декабре 1999 года стал депутатом Госдумы, работал в Комитете по кредитным организациям и финансовым рынкам. В марте 2004 года назначен главой Федеральной антимонопольной службы.
Женат, воспитывает сына и дочь. Увлекается футболом (само собой, болеет за "Зенит"), а также теннисом и шахматами.

Жизнь 19:01 / 10 Октября 2026 13814

О чем я подумала, когда машина летела в озеро

В моем детстве простые вещи запоминали сразу - на то они и простые

Гузель Агишева

Труд

Забыла наушники, а за окном темень, ничего не видно, так что высматривать что-то и отвлекаться не получается. Двери вагона на шарнирах — каждый входящий и выходящий энергично их распахивает...