Во Франции в воскресенье — первый тур президентских выборов. Говорят, они могут поменять облик страны, а то и всей Европы. А могут и не поменять: средний класс опасается серьезных перемен, которые обещают избирателям трое из четверых кандидатов.
После десятилетий привычных дуэлей социалистов с голлистами на этот раз к финишной черте одновременно пришли четверо: Марин Ле Пен, Макрон, Фийон и Меланшон. Считается, кто выйдет во второй тур с лидером Национального фронта Марин Ле Пен, тот и победит. Кому рулить, должны вроде бы решать французы, но страсти давно вылились за пределы Франции. И какие! Такое впечатление, что каждый считает своим долгом ошарашить непуганых французов «рукой Москвы». Газета The New York Times так прямо и заявляет: «Настала очередь Франции беспокоиться о российском вмешательстве в выборы».
А вот и аргументы: газета указывает на агентство Sputnik с его девизом «Говоря несказанное» и, конечно же, на «финансируемый Кремлем телеканал RT». Вот они, рычаги манипулирования доверчивыми французами. Мысль не такая уж сложная: именно под гипнозом RT, по указке из Кремля американцы выбрали Трампа, и теперь важно не повторить трагедии.
А для святой цели все средства хороши. Еще 6 февраля группа восьми ведущих медиа во главе с Le Monde с подачи американских коллег заключили соглашение о создании пула для борьбы с чуждым влиянием России и якобы льющейся из Москвы пропагандой. Налицо монопольный сговор в сфере общественного мнения, еще недавно — смертный грех для демократии. Но «враг у ворот!». И «великолепная восьмерка» с гигантским совокупным тиражом в ходе избирательной кампании координирует усилия, придерживаясь «генеральной линии». И явный лидер гонки Франсуа Фийон превращается в мальчика для битья.
Объективностью здесь и не пахло. Все с наскоку принялись клевать кандидатов, и лишь одного решено было по-отечески пожурить. Оно и понятно. Молодой Эммануэль Макрон — самый неопытный претендент на Елисейский дворец, зато говорит правильные речи за ЕС и НАТО, работал в корпорации Ротшильдов. Свой парень, такой не подведет. На помощь Макрону пришел закулисный имиджмейкер Жак Сегел, как его зовут, «кузнец президентов». Он вел к власти Миттерана, Ширака и Саркози (которого познакомил между делом у себя дома с манекенщицей Карлой Бруни). Откуда у Макрона на все это деньги, деликатные Le Monde и Ко, конечно же, не спрашивают. Зато когда Фийона службы безопасности попросили отменить визит в школу в Ницце, газеты раздули целую историю: якобы кандидат просто испугался разговаривать с острыми на язык студентами.
Фийона прессингуют по всей предвыборной поляне. Тема жалких 5 тысяч евро, давным-давно выплаченных из депутатского фонда его жене Пенелопе, не сходит с газетных полос. При этом молчок про то, что, скажем, в отличие от строгого Фийона, у президента Олланда жены были гражданские, но имели при этом не только моральное удовлетворение. Так, соратница по партии Сеголен Руаяль стала с подачи Олланда в 2005 году кандидатом в президенты, что обошлось партии в круглую сумму. В распоряжении второй пассии Олланда, Валери Триервейлер, по заключению парламентской комиссии, имелся персонал и офис, финансируемые государством в размере 19 742 евро в месяц. Хотя это поскромнее, чем у предшественницы, Карлы Бруни-Саркози, которая обходилась налогоплательщикам в 60 тысяч евро ежемесячно... Подмечая соринку в глазу Фийона, СМИ в упор не видят такие бревна.
Впрочем, The New York Times на финише президентской гонки не теряет бдительности: «Поникший, оскандалившийся президентский штаб Франсуа Фийона, который очень нравится Кремлю и меньше нравится французским избирателям, получил неожиданное подкрепление». Оказывается, все тот же страшный Sputnik привел результаты опроса, где Фийон идет почти вровень с лидерами гонки. Ужас-ужас... Видимо, авторам статьи невольно вспомнилось, как, по предварительным опросам и умозаключениям экспертов, Трамп был на дне колодца, а потом вдруг случилось то, что случилось.
Страшный сон. Сбудется ли он, узнаем в воскресенье.
