По мере того как в Европе, а теперь и в России постепенно снимают карантинные ограничения, о стремлении вернуться к нормальной жизни заявляют и музейщики. Только жизнь эта будет очень не похожа на ту, прежнюю.
Два месяца бытия без посетителей, в виртуальном пространстве, сформировали новую музейную философию. Учреждения культуры, как это следует из ряда недавних онлайн-встреч с их руководителями, не перестанут общаться со зрителями на дистанции, что как-то подравняет в правах столичных жителей, состоятельных туристов и население глубинки. Кстати, по данным пресс-службы Эрмитажа, на экскурсии, лекции, спектакли в режиме онлайн за последние недели пришли 28 млн пользователей со всего мира — в 6 (!) раз больше ежегодного количества посетителей музея, а ведь он традиционно считается одним из лидеров зрительского интереса в России.
А вот «живой» визит в музей грозит стать эксклюзивным удовольствием, подобно тому как хорошо изданная книга на бумаге становится особой ценностью в эпоху электронных библиотек. Суровое предостережение прозвучало из уст директора Государственного Эрмитажа и президента Союза музеев России Михаила Пиотровского: «Никогда не будет больше такого большого, почти неограниченного доступа в музей. Очень долго будет жесткий способ ограничений». То есть попасть в Эрмитаж будет сложнее, чем прежде, когда постоял в очереди — и вот ты уже в залах. Придется планировать визит заранее.
То же самое обещают директора ведущих московских музеев: добро пожаловать, но теперь только по сеансам. Немного грустно, что из общения с прекрасным выпадает счастливый элемент спонтанности. Но теплится надежда: наконец-то не придется смотреть выставки в плотной толпе. Правда, еще вопрос, удастся ли на них попасть вообще: ведь при неизбежных строгостях посткарантинного режима (маски и дистанцию между людьми отменять никто не спешит) былых цифр посещаемости в 500-600 тысяч человек вряд ли достичь. Тем временем самые дальновидные ценители красоты уже сейчас покупают билеты впрок — музеи продают их в интернете с открытой датой: кто сейчас скажет, когда закончится глобальный форс-мажор?
А пока свой профессиональный праздник 18 мая музейщики отметили одинокими беседами в интернете, ныне заменившими шумные акции, да проведенной опять-таки на удаленке Ночью музеев, по правде говоря, мало кого удивившей — у нас эта ночь длится уже два месяца.
Нет сомнения, виртуальные визиты еще долго останутся в тренде. Даже после прекращения жесткой самоизоляции далеко не все рискнут на реальный поход на выставку — мы ведь теперь в буквальном смысле боимся каждого чиха. Хотя самый совершенный монитор не заменит живого общения с картиной или статуей: и краски другие, и размер имеет значение, и сам факт, что находишься внутри этакой пещеры Аладдина.
Посмотрите, как уныло, несмот-ря на обилие поздравлений, отпраздновали 125-летний юбилей Русского музея: ну не производят на экране гаджета «Последний день Помпеи», «Медный змий» или «Ангел Златые Власы» даже отдаленно того грандиозного впечатления, что в подлиннике. Не удалось придать патетического звучания и выставкам к 75-летию Победы, хотя порой они содержали пора-зительные открытия. Точно так же придется уйти в интернет одному из главных юбиляров 2020 года Ленину. Директор Исторического музея Алексей Левыкин пообещал заново создать знаменитый некогда, безусловно уникальный Музей Ленина, но пока только виртуально. А какие-то проекты вовсе подвисли — кто знает, доедет ли, например, до ГМИИ имени Пушкина обещанная на 2021 год выставка из крупнейшего неаполитанского собрания Каподимонте:
Теперь о коммерческом аспекте. Будучи в подавляющем большинстве государственными бюджетными учреждениями, музеи неплохо умеют зарабатывать. И «локдаун» сказался на их кассе весьма болезненно: при непроданных билетах на экскурсии и лекции, нераскуп-ленных каталогах и сувенирах в одной лишь Третьяковке убытки оцениваются в 19 млн рублей в неделю. Ряд музеев придется подкормить из бюджета: правительство России уже обещало Министерству культуры (а также отдельными строками — Эрмитажу и Большому театру) 3,8 млрд рублей из резервного фонда, поскольку «на фоне коронавирусной эпидемии эти учреждения перестали работать и не справляются с финансовым обеспечением». Наверное, что-то подкинут и другим культурным организациям — «после мониторинга их финансового состояния», с учетом изменения условий и количества работы. Понятно, музеи готовы принимать минимум вдвое меньше посетителей — ради того, чтобы было кому приходить в эти залы. Ведь если публика сляжет с пресловутой «второй волной», кто тогда понесет в кассу свои денежки?
Что до музеев, расположенных в столице, то они полагают открыться не позднее июля. И сулят показать все те выставки, которые «в мирное время» были бы открыты уже сейчас. В Кремле это «Шедевры русской эмали», где обещаны артефакты даже из Великобритании вплоть до королевского собрания, в ГТГ — рассказ об искусстве эпохи застоя «Ненавсегда». Если вы, кстати, думаете, что застой — это сплошь официоз и тоска зеленая, смею вас разочаровать: в тот период художники, отработав госзаказ, творили в своих мастерских свободно, на собственное усмотрение, будто кто-то им твердо обещал, что придет час — и все их вольное творчество окажется востребовано на самом высоком уровне.
Например, сотрудники Третьяковки, работавшие на рубеже 1980-1990-х, могли бы многое порассказать о том, как собирали коллекцию, когда сняли запреты и разрешили покупать прежде «подпольное» искусство. Сама помню, как в здании на Крымском Валу заменили огромного гипсового Ленина, возвышавшегося над центральной лестницей, небольшой, но очень выразительной скульптурой Аделаиды Пологовой: ее деревянное с позолотой «Материнство» символизировало гуманизацию искусства, поворот в сторону частного человека и вечных ценностей. И это было на самом деле очень в духе периода, который лишь по недоразумению назвали «брежневским». Да и кто такой Брежнев? «Мелкий политический деятель эпохи Аллы Пугачевой», гласил анекдот той поры.
Интересно, что расскажут про нашу эпоху на фоне коронавируса?
