Это на самом деле может показаться сказкой-то, что я собираюсь рассказать о Ново-Голутвинском Свято-Троицком женском монастыре в Коломне. Когда я благодаря случаю приехала туда впервые, многое из того, что я увидела, казалось почти чудесным, неправдоподобным. Привыкнув уже существовать среди вполне реальных «ужастиков» в жизни, мы с трудом принимаем в ней свет и добро.
Веселый монастырь
Чаще всего обыватель думает, что в монастырь идут те, у кого жизнь не сложилась, любовь несчастная, из родительского дома бегут. Одеваются в черное, очи — долу, и все молятся, крестятся… Тоска, в общем. Когда строители пришли восстанавливать монастырские здания, они на полном серьезе спросили: «А где строить гауптвахту? Вы же будете сестер туда сажать в наказание!» Да, бытовало такое мнение: обитель —
В его помещениях размещались лазарет, общежитие, коммуналки. В храмах — пошивочные мастерские, швейные цеха Союза кинематографистов. За десятилетия советской власти все на территории было разграблено и разрушено, даже монастырское кладбище. Двор превратился в свалку. Благословляя новую игуменью, владыка сказал: «Положим начало подвижнической жизни в Коломне».
Черной работой молодую игуменью было не испугать — еще будучи паломницей, трудницей при монастыре, она и дрова колола, и полы мыла, и воду из проруби таскала, и белье стирала. Помогали сестры — 5, 10, 20, потом все больше и больше их становилось. Стали приходить местные жители, местные власти начали помогать. Маленькими шажками, с неимоверным трудом возрождали обитель.
Вот и первый сказочный сюжет: сравнить эти заброшенные руины на фото
А еще в монастыре свои мастерские — вышивальная, керамическая, иконописная, реставрационная. Свой хор — знаменитый, монахини постоянно поют в Успенском соборе Московского Кремля, в храме Христа Спасителя, на патриарших богослужениях в храмах и монастырях (прежний патриарх Алексий II приезжал в Коломенский монастырь дважды, бывал там и Владимир Путин). Изделия уникальной красоты, ручной работы — творчество сестер — представлены в выставочном зале: посуда, иконы с лепленными и расписанными под Гжель окладами. За свои керамические работы монастырь награжден грамотами и дипломами различных выставок. Помню, я поинтересовалась у игуменьи Ксении: «Ну как это у ваших сестер все получается — и лепить, и по дереву вырезать, и вышивать, и петь как в Большом театре? Простые же в основном девчонки, многие из деревень!» Ответ был с улыбкой, но без всякого пафоса: «А с молитвой, с Божией помощью!»
На самом деле в основе монастырской жизни (после молитв, конечно) — труд. Тяжелый физический труд, ежедневный, от темна и до темна. Землю обрабатывать, посадки, деревья — чтобы цвели по полгода разные цветы, сменяя друг друга, и плодоносили яблони, вишни, алыча, абрикосы, виноград. Объяснять, что монастырь полностью кормит сам себя, не нужно — сами копают, сажают, пекут, полют, поливают, варят варенье и сыры, делают творог и прочее.
И учат, и лечат
Среди сестер есть и женщины с высшим образованием, обучающиеся в аспирантуре. Игуменья ценит желание учиться и дает своим подопечным такую возможность. Одна из нынешних монахинь приехала проситься в монастырь, учась в университете одного из провинциальных городов на языковом отделении. «Вот окончишь — тогда еще подумай хорошенько и приезжай!» — сказала ей игуменья. И сбежавших от родителей сюда не примут, «политического убежища» не предоставят. Приезжать нужно только с родителями, с мамой в первую очередь.
«Веровать в Бога нетрудно, вы в человека уверуйте», — писал
А в
Я не возьму на себя смелость рассуждать здесь о природе монашества, о том ежедневном подвиге, который совершают сестры (их около ста), понимая, что у каждой своя судьба, свой путь сюда, наверняка не без трудностей. Об этом говорит и матушка Ксения: «Думают, наверно, хорошо мы тут в монастыре устроились! А ведь постоянная молитва, смирение гордыни, терпение, послушание — это такой труд души!» Сюда приходят не из корысти, не с вызовом миру, не в отместку — приходят добровольно и сознательно, делая абсолютно свободный выбор.
Восемь лет я езжу сюда, встречая здесь то Елену Камбурову, то Аллу Демидову, то Маквалу Касрашвили, то
