Труд: СИГНАЛ ТРЕВОГИ?

Главная Жизнь 01:01 22 Ноября 2005 145

СИГНАЛ ТРЕВОГИ?

Про то, как гигант российской нефтехимии вынужден был ввязаться в изнуряющую борьбу за свои собственные акции и как не без труда компания "Нижнекамскнефтехим" смогла добиться признания своей правоты судебными инстанциями, мы рассказывали уже дважды: в пуб

Вереск Вероника

Напечатать

Признаться, поначалу я долго не могла взять в толк, что так взволновало моего телефонного собеседника - начальника юридического управления ОАО "Нижнекамскнефтехим" Айдара Султанова. Когда же собралась с мыслями, поняла: то, что рассказывал Айдар Рустэмович, и в самом деле заслуживает общественного внимания.
- На днях мы получили телеграмму из Верховного суда России, - начал разговор Султанов, - в которой нас известили о том, что на 23 ноября Президиумом Верховного суда РФ в целях "обеспечения единства судебной практики и законности" назначено слушание по одному из 11 дел, касающихся коммандитного товарищества (КТ) "Нижнекамскнефтехим и компания". Поскольку решение, к слову сказать, вступило в законную силу еще 15 января 2004 года, событие это явно необычное. Да и телеграмма из судебной инстанции такого уровня тоже явление вовсе не рядовое. Об остальном и говорить не приходится, особенно если знаком с надзорной практикой и знаешь, что на сегодняшний день подобные представления внесены уже по восьми из запрошенных дел.
Историю о том, как в свое время нижнекамские нефтехимики внесли в устав вновь созданного с московскими партнерами коммандитного товарищества 18-процентный пакет акций своего предприятия и что из этого вышло, "Труд" рассказывал уже дважды. Своими выступлениями, основанными исключительно на официальных документах, газета старалась привлечь внимание высших судебных и правоохранительных органов страны не только к судьбе ведущего российского нефтехимического предприятия, но и к судьбам его 20-тысячного трудового коллектива, к возможным последствиям нестабильности одного из основных налогоплательщиков Татарстана для региона в целом.
Напомним, коммандитное товарищество "Нижнекамскнефтехим и компания" было создано в 1997 году. Учредили его вместе с ОАО "Нижнекамскнефтехим" еще две коммерческие организации - ЗАО "Олимпик Сити" и ЗАО "ИК IBH", которые в последующем вышли из состава учредителей. После чего бывший гендиректор ОАО "Нижнекамскнефтехим" принимает, как показало время, решение недальновидное и выходящее за рамки его полномочий: единолично, без учета мнения частных лиц (на юридическом языке - вкладчиков), ввести в состав полных товарищей КТ некое ООО "ИК IBH" и поручить ему ведение общих дел. И уже вскоре становится ясно, что эти самые дела нового товарища волнуют меньше всего.
А через некоторое время, после того как ОАО "Нижнекамскнефтехим" с приходом нового генерального директора В.М. Бусыгина не только встало на ноги, но и начало стремительно развиваться, у отдельных любителей "сладенького" стал появляться, а затем и открыто проявляться огромный интерес к акциям ОАО "Нижнекамск-нефтехима", оказавшимся в доверительном управлении того самого коммандитного товарищества.
Одновременно с ростом стоимости акций и интереса к ОАО "Нижнекамскнефтехим" появляются и изменения в поведении ООО "ИК IBH".
- Лишь сейчас становится понятно, что причиной тому был свершившийся в 2001 году перехват управления в коммандитном товариществе, - продолжает Айдар Рустэмович. - Осуществлен он был очень тихо: ООО "ИК IBH" сменило прежнего собственника на российский офшор из города Элиста. Данный факт тщательно скрывался: прежний владелец представляет вместо себя исполняющего обязанности - некую Ладу Платонову, мотивируя тем, что он собирается уйти в большую политику. Платонова же большинство вопросов никак не решала, предлагая обсудить их с прежним директором. Тот в свою очередь избегал общения. При этом решения о возврате вкладов частных вкладчиков ООО "ИК IBH" не исполняются. Последние начинают инициировать иски о возврате вложенных средств. Впрочем, вышеназванное ООО не торопилось исполнять и эти решения судов.
Одним словом, именно по инициативе одного из таких недовольных частных лиц в начале 2004 года в Нижнекамском городском суде слушается первый иск о признании незаконным введение ООО "ИК IBH" в состав членов коммандитного товарищества "Нижнекамскнефтехим и компания". Суд признал правомерными данные исковые требования и вынес решение о незаконности принятия нового полного товарища в состав членов КТ без согласия вкладчиков. Судебной коллегией по гражданским делам Верховного суда Татарстана в апреле 2004 года решение Нижнекамского городского суда было признано обоснованным и вступило в законную силу.
Понятно, руководство несостоявшихся "товарищей" подобное развитие событий вовсе не устраивало. Как показало время, у них были свои виды и на акции ОАО, и на свое участие в общем бизнесе КТ. Поэтому далее последовала целая череда исков в суды различных инстанций самых разных регионов страны. Иски распылялись по городам и весям таким образом, чтобы ни отследить, ни тем более участвовать в их рассмотрении представители предприятия, чьи акции ставились на кон, не могли. Потому хотя бы, что понятия не имели об этих судебных процессах. Надо ли говорить, что инициаторами этих самых разбирательств с непременными обеспечительными мерами в виде ареста уже известного нам 18-процентного пакета акций ОАО "Нижнекамскнефтехим" зачастую выступали или люди, о которых в КТ слыхом не слыхивали, или фирмы, которых в природе не существовало и которых до сих пор безуспешно ищут в заокеанских офшорных далях, чтобы вручить судебную повестку. В большинстве случаев объединяла все эти "процессы" фамилия адвоката - некоего А. Павлова. Несколько раз промелькнула фамилия юрисконсульта ООО "ИК IBH" О. Воронкова, который в настоящее время арестован в связи попыткой хищения акций Михайловского ГОКа.
Победу в затянувшейся войне, при условии честного поединка, а не подковерной борьбы, независимо от региона и уровня судебной инстанции, до сих пор неизменно одерживали нефтехимики. При этом действия двоих из многочисленной армии судейских чиновников, задействованной в этой истории, получили достойную оценку коллег. Оба лишились своих мантий. А уголовных дел в связи с этой, подробно описанной в предыдущих публикациях, аферой в разных уголках страны по различным основаниям возбуждено, приостановлено и расследуется уже почти с десяток. Начиная с предъявления поддельных исполнительных листов до расследования кражи дел из Арбитражного суда Ростовской области.
Вот на что своими публикациями наша газета пыталась обратить внимание и Генеральной прокуратуры, и Верховного суда страны.
После выступлений газеты открытые попытки прибрать к рукам вожделенные акции ОАО "Нижнекамскнефтехим" нахрапом явно сошли на нет. Как, впрочем, и желание противников нефтехимиков оспорить те или иные судебные вердикты, принятые в пользу акционерного общества, в прописанном законом надзорном порядке. Отпраздновав юридическую победу, коллектив предприятия стал спокойно работать, твердо веря в то, что уж теперь-то тайные недоброжелатели, кому благополучие завода не дает спокойно жить последние годы, наконец-то оставят его в покое.
Именно поэтому сообщение о грядущем пересмотре Президиумом Верховного суда давно вступивших в законную силу судебных вердиктов так насторожило коллектив предприятия. С чего бы?
Согласно ст. 389 ГПК РФ председатель Верховного суда или его заместители имеют право внести в Президиум Верховного суда страны мотивированное представление о пересмотре судебных постановлений в порядке надзора. Правда, подобные прецеденты для российской судебной практики событие если и не исключительное, то весьма и весьма редкое. Возможно, и потому, что подобный способ вершить правосудие не находит ни понимания, ни поддержки, скажем, в Европейском суде по правам человека (ЕСПЧ). По мнению этой международной организации, право на справедливый суд, предусмотренное с п. 1 ст. 6 Европейской конвенции о защите основных прав и свобод человека, может быть нарушено пересмотром окончательно вступившего в законную силу решения. Нарушением права конвенция четко определяет как отсутствие в процессуальном законодательстве ограничивающего срока для возбуждения производства в высшей (последней) судебной инстанции, так и предоставление особых (дискреционных) полномочий высшим должностным лицам судебной системы и органов прокуратуры по инициированию действий, отменяющих вступившие в законную силу решения.
Причем Европейский суд по правам человека рассматривает в том числе и заявления юридических лиц. Буквально нынешним летом он признал нарушением права на справедливый суд отмену решений в порядке надзора по делу Росэлтранс против России. А за отмену решений в порядке надзора по делу Совтрансавто против Украины, например, на основании Постановления ЕСПЧ, Украина заплатила ни много ни мало 625 тысяч евро.
Однако вернемся к "Нижнекамск-нефтехиму".
- Возможно, обжегшись на молоке, мы дуем на воду, - размышляет Айдар Рустэмович, - но, согласитесь, ситуация настораживающая. Зам. председателя Верховного суда с интервалом в несколько дней запрашивает сразу 11 дел, затрагивающих интересы нашего предприятия. Решения по всем 11 уже вступили в законную силу. Далее. Истребованы дела были в июле, с невероятной для нашей судебной системы скоростью. Например, если ООО "ИК IBH" сдает заявление в Верховный суд РФ в пятницу, то определение об истребовании дела выносится уже в понедельник. По данным сайта самого Верховного суда, поступили они в высшую судебную инстанцию 16 сентября, а уже 10 октября в Президиум Верховного суда были принесены первые представления на пересмотр части этих дел в порядке надзора, которые буквально сразу же были назначены к рассмотрению. Скорость для суда почти космическая! К примеру, в начале лета Конституционный суд России принял к рассмотрению жалобу ОАО "Нижнекамскнефтехим" по поводу ущемления его прав на справедливый суд, в связи с тем, что одним из судов были приняты решения по поводу прав и обязанностей предприятия без привлечения к участию в процессе представителей завода. Так вот, рассмотрение этой жалобы, согласно информации на сайте Конституционного суда, только намечается. Думаем, до конца года мы сможем получить ответ на интересующий нас вопрос. В этом случае все идет как обычно. Кстати, позвонив в канцелярию Президиума Верховного суда РФ с просьбой ознакомиться с заявлениями ООО "ИК IBH", мы узнали, что в Президиуме Верховного суда РФ таких заявлений нет, а есть только переписка с Советом Федерации по данным делам. Чувствуете, какая тяжелая артиллерия была пущена в дело?
Так не там ли следует искать силы, которые жмут на все рычаги, пытаясь "в виде исключения" добиться нужного им судебного решения? Вот только инстанция для этого, на наш взгляд, выбрана не очень удачно: Верховный суд - это не районный суд в далекой сибирской глубинке, где они на раз тихо решали свои проблемы.
Возможно, ситуация для многотысячного коллектива нефтехимиков и руководства предприятия выглядела бы по-другому, если бы высшая судебная инстанция заинтересовалась "в целях обеспечения единства судебной практики и законности" и другими судебными делами, о которых мы подробно рассказывали в предыдущих публикациях. Увы, этого пока не случилось. Может быть, там просто не в курсе, что подобные судебные вердикты, вызывающие больше вопросов, чем ответов, и напрямую связанные с попытками неких сил прибрать к рукам акции нефтехимического гиганта, где-то существуют. В таком случае, что называется, даем "подсказку".
В целом же, на наш взгляд, опасения Айдара Султанова, постоянно ждущего очередного подвоха с любой стороны, вполне объяснимы. В конце концов до сих пор только грамотная и оперативная работа юридической службы нефтехимического завода спасала предприятие от больших проблем. Нам же остается надеяться, что Президиум Верховного суда России, состоящий из юристов только высочайшего класса, сможет разобраться в такой сложной ситуации, как тяжба за акции ОАО "Нижнекамскнефтехим". Ведь понятно, что в данном случае будет лежать на чаше весов российской Фемиды. Ставки высоки. Высока и ответственность.
Мы же по-прежнему будем следить за дальнейшим развитием событий.

Жизнь 19:01 / 10 Октября 2026 13065

О чем я подумала, когда машина летела в озеро

В моем детстве простые вещи запоминали сразу - на то они и простые

Гузель Агишева

Труд

Забыла наушники, а за окном темень, ничего не видно, так что высматривать что-то и отвлекаться не получается. Двери вагона на шарнирах — каждый входящий и выходящий энергично их распахивает...