Труд: СЕРГЕЙ АБРАМОВ: ЧЕЧНЯ - НЕ "ПРИЦЕПНОЙ ВАГОН"

НЕТ НИЧЕГО ЛЕГЧЕ, ЧЕМ УДВОИТЬ ВВП
- Сергей Борисович, помните, как попали в Грозный?
- Такое не забывается. Я был в командировке в Китае, когда поступило предложение поехать в Чечню. Согласился.
- Сейчас Чечне федеральный центр уделяет особое внимание - в том числе по части финансирования. Другие регионы завидуют?
- Завидовать нечему, средств недостаточно. В Чечне любую стройку приходится начинать с нуля, так как разрушена инфраструктура. К тому же долго не было ответа на вопрос, каким должен быть Грозный. Проект восстановления разработали с огромным трудом, а план детальной планировки будет готов не раньше первого квартала 2005 года. Это не наша вина, да и не проектных институтов. Восстанавливаем разрушенный город. Тех, кто этому научился после Великой Отечественной, давно нет. А современные строители прежде с такими проблемами не сталкивались.
- Сейчас федеральные ведомства спорят, можно ли удвоить ВВП...
- Во всяком случае чеченский ВВП удвоить просто. Поэтому я как премьер ставлю другую задачу: за два года подняться до уровня производства 1990 - 1991 годов. Но сразу скажу: структура экономики и приоритеты развития будут другими.
- Какими?
- Не реанимировать старое, а делать ставку на инновации. Например, я на днях встречался с президентом крупной шанхайской корпорации, который предложил технологию бескаркасного домостроения. Просто восстанавливать руины - путь ущербный. Надо использовать все лучшее, что есть в науке, промышленности, социальной сфере, в реальной экономике. Если получится, то Чечня может стать не "прицепным вагоном", а локомотивом для экономики Северного Кавказа...
- Помнится, глава Минсельхоза Алексей Гордеев обещал сделать из Чечни житницу.
- Ну насчет житницы громко сказано. Но реально обеспечить республику своим хлебом. Мы сейчас занимаемся культурой земледелия, переработкой продукции. Ставка на малые и средние предприятия.
А что касается строительства, то в 2005 году мы намерены сдать объектов общей площадью 100 - 150 тысяч квадратных метров. В Чечне всегда была высокая культура строительства и опытные кадры. Отрасль быстро развивается при участии частного бизнеса.
- По-прежнему процветает такой сугубо местный "бизнес", как подпольные нефтезаводы?
- Когда существует ниша, одними запретами и репрессиями ее не закроешь. Надо построить нефтезаводы, а современные легальные АЗС у нас уже есть. Вот тогда весь бизнес выйдет из тени, не выдержав конкуренции. Мы работаем над программой восстановления нефтепереработки, которая позволит создать конкуренцию "левому" бензину. Нефтяной сектор не возродится в довоенных масштабах, но создать мобильный рынок - реально.
А вообще малый бизнес активно выходит из тени. В Чечне ежемесячно регистрируется по 2 - 3 тысячи частных предприятий.
- Летом президент дал поручение правительству: все доходы от экспорта чеченской нефти возвращать в республику.
- Мы с Роснефтью готовим на этот счет предложения. Конечно, хотелось бы ускорить, но не получается. Между тем доходы от нефти могли бы разрушить некоторые мифы. Вот сейчас говорят о высокодотационном бюджете Чечни. Но у нас добывается 2 миллиона тонн нефти. Выручка от продажи на экспорт порядка 15 миллиардов рублей. А весь бюджет республики - 12 миллиардов.
БЮРОКРАТЫ ПРОТИВ ОТВЕТСТВЕННОСТИ
- Вы человек новой формации. Как оцениваете работу чиновничьего аппарата?
Чиновники есть во всем мире, без них государственная машина немыслима. Но у нас степень бюрократизации аппарата очень высокая, поэтому слово "бюрократия" носит сугубо отрицательный оттенок. Проводимая сейчас административная реформа ставила цель качественно поднять уровень ответственности конкретных руководителей. К сожалению, цель не достигнута. По-прежнему чиновники хотят иметь больше полномочий при размытой ответственности.
- Может, они слишком перестраховываются? В 90-е годы в Чечне были скандалы, связанные с нецелевым расходованием средств.
- Причастных к этому людей давно нет, а подозрения остались. Мы последними в России утверждаем бюджет. Тратим массу сил и времени на защиту на всех уровнях от тенденциозного отношения. В итоге деньги, в частности, по федеральной программе восстановления, приходят с опозданием, часто в конце года, когда освоить их нет возможности.
- Вы не считали, сколько инстанций должна пройти та или иная программа, сколько подписей требуется получить?
- Десятки подписей. За такую волокиту аппаратчиков следует жестко наказывать. Вопрос в том, как в корне поменять ментальность людей у власти, чтобы быстро решали вопросы и отвечали за конечный результат.
ВОЙНА И МИР
- Образ Чечни в массовом сознании ассоциируется с войной, криминалом.
- Такой образ - разрушительная сила. Между тем сейчас преступность в Чечне на уровне средних российских показателей. А, скажем, в Нью-Йорке количество преступлений на порядок выше. Но при этом новостные программы не начинаются репортажами из Гарлема...
Я спокойно передвигаюсь по Чечне в любое время суток. Большинство ее граждан - обычные люди, которые живут нормальной, мирной жизнью.
- К слову, по статистике, ваша республика - одна из первых в стране по рождаемости. Это национальная особенность или отчасти такой своеобразный ответ войне?
- В Чечне всегда были многодетные семьи. У вице-премьера Рамзана Кадырова - четверо детей, у нашего министра финансов - шестеро. Люди привыкли жить на войне, а потом и вопреки войне. Если угодно, это защитная реакция населения. Для чеченца семья вообще очень много значит.
- Но при этом масса сирот бродит по улицам Грозного, да и одиноких стариков немало.
- Это тоже наследие войны. Мы сейчас как раз переоборудуем два интерната на внебюджетные средства.
- Внебюджетные? Спонсоры дают?
- Да, в основном люди, которые имеют с республикой связи. Скажу так: все самое стоящее и самое красивое у нас построено именно на средства из внебюджетных источников.
- А сами жители что-то строят?
- Конечно. Много строится частных домов. Люди поверили в необратимость мирных процессов. А мы стараемся создать им нормальные условия для проживания.
- Чтобы нормально жить, нужна работа. Как выживает чеченская семья, если у родителей нет работы?
- Рабочих мест действительно мало, они только создаются. Многих выручают родственные связи. А главное - народ в Чечне очень предприимчивый. Люди часто торговлей заняты или ищут возможность заработать за пределами республики. Может, в иных краях опустили бы руки. Только не в Чечне.
- Эксперты считают, что стоимость жилья отражает уровень инвестиционной привлекательности. Если регион депрессивный, то цены низкие, и наоборот. А как в Грозном?
- У нас квадратный метр жилья стоит 300 - 400 долларов. И желающих обзавестись квартирами не убавляется.
- К слову, гражданам Чечни за утраченное жилье и имущество полагается компенсация 350 тысяч рублей. Разве можно на эти деньги дом построить? Да и злоупотребления нередки.
- Конечно, денег недостаточно, но это вопрос к Минфину. Дело не только в сумме выплат. Я считаю, что надо было сначала разработать программу ипотечного кредитования, а потом запускать механизм компенсаций. Что касается воровства, коррупции, то, поверьте, с этим злом мы боремся. Но если люди получают на руки наличные деньги, то всегда существует вероятность, что найдутся желающие их присвоить, найти какие-то мошеннические ходы. При наличии жилищных сертификатов и системы ипотечного кредитования не было бы почвы для коррупции.
В завершающемся году мы выдадим компенсации 39 тысячам граждан. Но, как оказалось, нуждающихся много больше, чем первоначально считалось, - есть еще свыше 30 тысяч заявителей, имеющих право на компенсации. Им будем их выплачивать в 2005 году через три банка, а не через один, как было в нынешнем. В Чечне открыли филиалы Россельхозбанк, Сбербанк и Внешторгбанк. Рассчитываем, что, помимо выдачи компенсаций, они очень скоро также подключатся к системе кредитования, в том числе ипотечного.
ЧТО НАША ЖИЗНЬ? ЭКСТРИМ
- Сергей Борисович, говорят, вы любите экстремальные виды спорта - гонки, погружения с аквалангом и, конечно, горные лыжи...
- Намекаете на дань чиновной моде? Но я к горным лыжам еще в юности приобщился, в горах Узбекистана. А вот с аквалангом впервые нырнул недавно, в 2001 году. Случайно ушел на очень большую глубину и имел проблемы с кессонной болезнью.
- Жалеете, что в Чечне нет ни теплого моря, ни горнолыжных трасс?
- Трассы пока нет. Но есть проект, скоро проложим. А вообще мне больше нравятся "дикие" спуски. Как в горах возле Чегета.
- Кому еще в Чечне не хватает экстрима?
- Большие скорости любит Рамзан Кадыров. Мы с ним соревнуемся на 4-колесных мотоциклах. Рамзан выигрывает.
- Куда только ГАИ смотрит?
- А мы правил не нарушаем. Кстати, я раньше и на параплане летал. Ощущения иные, чем при погружении на глубину, но тоже не заскучаешь.
- Говорят, когда грозненский "Терек" вышел в премьер-лигу, то вся республика браталась - и "наши", и "не наши".
- Точно. Побольше бы нам таких событий, как футбольные победы, которые людей объединяют. Мы обязательно построим для "Терека" стадион в Грозном. Я обещаю, что он будет не хуже, чем "Локомотив" в Москве.
Родился в Москве в феврале 1972 года в семье военнослужащего. Закончил Ташкентский госуниверситет. Кандидат исторических и экономических наук. В настоящее время пишет докторскую диссертацию.
В феврале 2001 года назначен министром финансов Чечни. С марта 2004-го премьер чеченского правительства.
Женат. Недавно родился сын.

Жизнь 19:01 / 10 Октября 2026 13813

О чем я подумала, когда машина летела в озеро

В моем детстве простые вещи запоминали сразу - на то они и простые

Гузель Агишева

Труд

Забыла наушники, а за окном темень, ничего не видно, так что высматривать что-то и отвлекаться не получается. Двери вагона на шарнирах — каждый входящий и выходящий энергично их распахивает...