Труд: "ЖЕЛТЫЙ ВЕТЕР" УХОДИТ В ПРОШЛОЕ

Главная Жизнь 01:01 23 Марта 2004 125

"ЖЕЛТЫЙ ВЕТЕР" УХОДИТ В ПРОШЛОЕ

Еще во времена СССР на уроках гражданской обороны учили - сигнал "Желтый ветер" означает угрозу химического нападения. Услышав его, надо было срочно получить в школьной кладовой противогазы, надеть их и без паники продвигаться в сторону специального убежи

Славуцкий Александр

Напечатать

КОГДА СМОЛКЛИ ПУШКИ
Оружие массового поражения, действие которого основано на токсических свойствах химических веществ, - такое определение дает химическому оружию военная энциклопедия. Его главными компонентами являются боевые отравляющие вещества (ОВ). Средства их применения - ракеты, химические снаряды, мины, авиабомбы, специальные контейнеры, фугасы, шашки, гранаты. После применения химического оружия на полях первой мировой войны и использования снаряженных ОВ снарядов и мин человечество пришло к выводу, что подобные эксперименты опасны для всех противоборствующих сторон, да и страдает от "химии" в первую очередь мирное население.
Когда смолки пушки, заговорили дипломаты: в 1925 году был принят Женевский протокол, запрещающий применение химического оружия. Его ратифицировали около 100 государств, в том числе и СССР. Но, как водится, выполнять не торопились. Мало того, что в локальных войнах ОВ не раз использовали как средство устрашения и уничтожения, - арсеналы многих государств продолжали разбухать от все более смертоносного химического оружия. Ко второй мировой войне в Германии, к примеру, его произвели столько, что после ее капитуляции союзникам по антигитлеровской коалиции пришлось затопить сотни тысяч химических боеприпасов в неглубоких богатых рыбой морях.
К сожалению, продолжалась гонка химического вооружения и после второй мировой, особенно в годы "холодной войны". Причем пальму первенства здесь делили СССР и США. Время от времени мировое сообщество вспоминало о Женевском протоколе, предпринимались попытки договориться наконец о полном запрете химического оружия. Но реальные шаги удалось предпринять лишь сравнительно недавно.
УНИКАЛЬНЫЙ ДОКУМЕНТ
3 сентября 1992 года на конференции ООН в Женеве была принята Конвенция о запрещении химического оружия. Ее объявили к подписанию в январе 1993 года в Париже, а 29 апреля 1997 года конвенция вступила в силу. Так появился поистине уникальный документ, который впервые закрепил намерение мирового сообщества полностью уничтожить целый вид оружия массового поражения. На сегодняшний день конвенцию подписало около 160 государств. Россия ратифицировала ее 5 ноября 1997 года.
Нельзя сказать, что это был легкий шаг для нашей страны. Еще руководители СССР, участвуя в переговорах по разработке конвенции, приняли решение прекратить производство химического оружия. И с средины 80-х "боевая химия" ушла с конвейеров фабрик и заводов. Но России от Советского Союза досталось весьма обширное и очень опасное наследство - порядка 40 тысяч тонн ОВ в различной "упаковке". Это больше (правда, ненамного), чем у США. А уничтожение каждой химической бомбы, каждого снаряда, контейнера требует весьма значительных средств. Впрочем, вряд ли является секретом, что на уничтожение, утилизацию того или иного образца вооружения часто нужно больше денег, чем на изготовление.
НАДЕЖДЫ И РИФЫ
С одной стороны, смысл конвенции очень прост: государство, став участником этого международного соглашения, обязуется не производить, не приобретать, не продавать химоружие. А если имеются его запасы - уничтожить их. И первоначально предполагалось, что это можно сделать за 10 лет. К 2007 году на Земле не должно было остаться ни одного хранилища "тихой смерти". Но радужные надежды натолкнулись на финансовые рифы, и стало понятно, что сроки придется отодвигать. Даже представители такого экономически развитого государства, как США, признают, что затраты на реализацию решений конвенции становятся заметным бременем для экономики. Первоначально американская программа по уничтожению химического оружия оценивалась в 2 млрд. долларов, потом достигла 6 млрд., еще через какое-то время - 10 млрд. А сейчас речь идет уже о 25 млрд. долларов.
Принятая правительством РФ и одобренная президентом федеральная целевая программа "Уничтожение запасов химического оружия в Российской Федерации" также требует огромных финансовых вложений. И предусмотренная ее стоимость 3 млрд. долларов тоже, к сожалению, оказалась лишь стартовой, и на встрече "восьмерки" летом 2002 года речь уже шла о 8,5 миллиарда. Но для России, экономика которой все еще находится на переходном этапе, подобные траты - за гранью возможностей.
Эксперты Российского агентства по боеприпасам - ведомства, которое играет первую скрипку в выполнении этой программы, считают, что рост затрат обусловлен применением новейших технологий, повышением требований к безопасности и ужесточением экологических стандартов.
Как уже отмечалось, в нашей стране запас боевых отравляющих веществ составляет порядка 40 тысяч тонн. Из них 32,2 тысячи тонн - это так называемые фосфорорганические ОВ нервно-паралитического действия: газы зарин, зоман и VX. Остальные 7,8 тысячи тонн - газы кожно-нарывного действия: иприт, люизит и их смеси. Размещается вся эта "химия" в семи хранилищах.
СЖЕЧЬ
ИЛИ НЕЙТРАЛИЗОВАТЬ?
Для того чтобы ее уничтожить, надо на шести арсеналах построить специальные объекты. Проще говоря, большие химические заводы, стоимость каждого из которых достигает сотен миллионов долларов. Но сразу возникают три проблемы: какие именно заводы необходимы, как финансировать проектирование и строительство, что делать с этими заводами, когда уничтожение ОВ закончится?
По словам специалистов агентства, уничтожать хим-оружие можно двумя способами: сжигать или нейтрализовывать. США, скажем, первоначально использовали именно метод сжигания. Но практика показала, что это достаточно опасно: использование очень высоких температур чревато неконтролируемыми выбросами ОВ.
Эти специалисты разработали уникальную технологию нейтрализации отравляющих веществ. По завершении процесса они уже не представляют опасности для населения и окружающей среды. Более того, конечный продукт зачастую обладает меньшей токсичностью, чем те вещества, которые используются в химической промышленности.
Теперь о второй важной проблеме. Когда Россия готовилась к ратификации конвенции, ее представители откровенно предупреждали западных партнеров, что наших собственных средств на то, чтобы полностью избавиться от страшных запасов, не хватит. В ответ, в том числе на самом высоком политическом уровне, звучали заверения - России окажут всеобъемлющую помощь.
Однако от слов до реального поступления денежных средств оказалась "дистанция огромного размера". Особенно тяжелыми выдались 98-й и 99-й годы, когда финансирование целевой программы уничтожения химического оружия было крайне скудным. Фактически в эти годы строительство заводов на объектах хранения не велось. Все ограничивалось исследовательскими работами. Это беспокоило и нас, и наших западных партнеров. В общем-то ни у кого не возникало сомнений, что освобождение планеты от одного из самых жестоких видов оружия массового уничтожения - задача всего человечества. Но желающих оплачивать ее решение из казны собственного государства находилось крайне мало.
ГЛОБАЛЬНОЕ
ПАРТНЕРСТВО
Прорыв наступил лишь в 2002 году, когда в Канаде была принята Программа глобального партнерства (глобальное партнерство против распространения оружия и материалов массового уничтожения). Инициаторами ее разработки стали Россия, США и Канада. А всего в саммите участвовали восемь государств. Согласно этой программе, семь индустриальных государств (кроме России) взяли на себя обязательство выделить в течение 10 лет 20 млрд. долларов на предотвращение распространения оружия массового уничтожения. 10 млрд. выделяют США, 10 - остальные. А Россия по собственной инициативе заявила о выделении 2 млрд. долларов. Так был запущен очень важный механизм. Но, как всегда, сложнее всего оказалось перевести политические решения в плоскость конкретных дел, а вернее - в конкретные проекты.
21 августа 2002 года Российское агентство по боеприпасам представило российским и иностранным гостям первый пусковой комплекс завода по уничтожению химоружия в поселке Горный Саратовской области, а 19 декабря того же года комплекс был введен в эксплуатацию. Россия доказала, что, несмотря на огромные финансовые трудности, она строго выполняет свои обязательства в рамках конвенции. К ноябрю 2003 года на этом заводе был уничтожен весь имеющийся в арсенале иприт - 622,3 тонны, и начато уничтожение люизита.
Кстати, именно возведение завода в Горном наглядно продемонстрировало, чье слово сколько стоит. Оборудование для него поставила Германия. Позже она решила содействовать строительству объекта в г. Камбарке (Удмуртия). В прошлом году мы уже получили от Германии на эти цели 30 млн. евро, в нынешнем она планирует выделить 46-48 млн. По этому же пути идет и Италия, которая по недавно подписанному межправительственному соглашению взяла на себя обязательства профинансировать работы по строительству объектов по уничтожению химического оружия в городе Почеп Брянской области в объеме 360 млн. евро.
МЕНЬШЕ ОБЕЩАННОГО
А вот с США в этой области, увы, отношения складываются достаточно трудно. Они уже приостанавливали финансирование некоторых наших программ на 2,5 года. Возобновилось оно только в 2003 году. Российская сторона неоднократно выражала обеспокоенность, что американская помощь на строительство объекта в поселке Щучье Курганской области фактически оказывается значительно меньше обещанной. Несмотря на то, что администрация США официально заявила о выделении более 500 миллионов долларов под этот проект, их финансовая помощь все время обуславливается совершенно надуманными политическими условиями. Оказывается, Соединенные Штаты подозревают нас в поставках химического оружия так называемым "проблемным странам" и даже предполагают, что у России имеются тайные арсеналы химического оружия.
Поистине, кто хочет помочь - помогает, а кто не хочет - изобретает причины. Практически все страны Евросоюза выделяют деньги под российские проекты уничтожения химического оружия без всяких условий. Тем более что в Щучьем планируется уничтожить химическое оружие последнего поколения - фосфорорганические ОВ.
Стоит отметить, что с протянутой рукой мы никогда не стояли и стоять не будем. Только в прошлом году Россия на реализацию программы химического разоружения истратила 5,36 млрд. рублей. А строительство завода в Щучьем она финансирует большей частью самостоятельно. Однако отказ в финансовой поддержке или ее затяжной характер могут привести к срыву сроков, определенных Международной организацией по запрещению химического оружия. Один процент своих запасов мы уничтожили на заводе в пос. Горный еще в 2003 году. К 2007 году должны избавиться уже от 20 процентов.
А "момент истины" - предельный срок уничтожения всего химического арсенала - наступит в 2012 году. По этому поводу Российское агентство по боеприпасам уже бьет тревогу. Чтобы уложиться в достаточно жесткие временные рамки, наши специалисты должны к 2006 году запустить заводы на всех объектах. Точнее говоря, на шести, потому что химические снаряды из арсенала в поселке Кизнер (Удмуртия) будут уничтожаться на заводе в Щучьем. Но для того чтобы возвести заводы, Россия должна получить основной объем средств в 2004-2005 годах. А Программа глобального партнерства предусматривает, что деньги на эти цели будут выделяться в течение 10 лет. Чтобы разрешить это противоречие, российские дипломаты и руководители агентства ведут сложные переговоры с американскими и европейскими партнерами.
МАКСИМАЛЬНО ОТКРЫТО
Мировое сообщество требует, чтобы реализация Конвенции о запрещении химического оружия проходила в условиях максимальной открытости. И не только на уровне обмена комиссиями. Люди должны знать, сколько боеприпасов, контейнеров, начиненных "тихой смертью", уничтожено, сколько еще осталось, в какой степени опасен процесс превращения боевых ОВ в слаботоксичные продукты. Особенно это важно для жителей городов и сел, расположенных вблизи химарсеналов и заводов.
Руководство Российского агентства по боеприпасам придает первостепенное значение вопросам информационного обеспечения федеральной целевой программы уничтожения химоружия. К сотрудничеству в этой области привлечены такие авторитетные научные организации, как Институт мировой экономики и международных отношений РАН (ведет большую программу информационного обеспечения), центральные и местные СМИ. Выпускаются специальные брошюры и бюллетени.
Заводы, полностью уничтожив химоружие, по мнению их проектировщиков, без работы все равно не останутся. Кроме огромных сумм, в них вложено большое количество интеллектуального труда. Там уже трудятся или будут трудиться люди высочайшей квалификации. Нельзя забывать и о предусмотренном на каждом объекте прекрасном социально-бытовом комплексе. Кстати, и жители городков, поселков, расположенных возле химарсеналов и заводов, смогут в полной мере пользоваться построенными по последнему слову науки и техники оздоровительными учреждениями, детскими садами, школами. Словом, после того как химическое оружие уничтожат, заводы перейдут на мирную продукцию.
И последнее. Хотя, по оценке экспертов Организации по запрещению химического оружия, у нас в стране обеспечена необходимая степень безопасности хранения ОВ, совершенствование защиты всех семи арсеналов от возникновения чрезвычайных ситуаций и террористических угроз продолжается постоянно. Такая работа ведется на плановой основе и не зависит от того, получает Россия финансовую помощь из-за рубежа или нет. Так что можно надеяться, что террористы до химического оружия не доберутся.

Напечатать

Жизнь 00:02 / 27 Марта 2026 9328

Весна, пора жить ярче

Московская неделя моды: от ИИ-примерочной до «пальцев Фредди Крюгера»

Евгения Заболотских

Труд

В российской столице завершилась VI Московская неделя моды. Пять дней посетители в Манеже восторгались, дивились и недоумевали по поводу капризов изменчивой модной погоды, которая норовит скатиться то к ветхозаветным...