Труд: В ТЕНИ ПИЗАНСКОЙ БАШНИ

Главная Жизнь 01:01 23 Марта 2006 180

В ТЕНИ ПИЗАНСКОЙ БАШНИ

- Приехал я в город Пиза (Италия), чтобы прочитать там лекцию о современной русской литературе. Гостиница, куда меня поместили, оказалась чрезвычайно роскошной, с антикварной мебелью и старинной железной кроватью. Но и с письменным предупреждением на стол

Попов Евгений

Напечатать

Славист Гвидо Карпи показал мне Пизанскую башню, в тени которой помещалась гостиница, и рассказал, что пизанцы всегда отличались буйным нравом, воевали со всем миром и пиратствовали по морям и океанам. Неудивительно, заметил я, что и сейчас стены города исписаны экстремистскими граффити националистов и коммунистов, которые ставят вместо подписи серп и молот, а также последними словами ругают Бога и Папу Римского. Дураки, что ли? Интеллектуал Гвидо, специалист по Достоевскому, деликатно промолчал. Около Пизанской башни велась нешуточная сувенирная торговля, и Гвидо предостерег меня от покупки наручных часов у уличного разносчика негритянской национальности. Я внешне внял, но не до конца.
Увы, расслабленный роскошным завтраком в гостинице, куда входили даже черная икра (правда, искусственная), шампанское и вино (которые я не пил, опасаясь, что лекторский язык мой может оказаться нетвердым),я все же приобрел у сенегальца в бурнусе фальшивый "Ролекс" на стальном браслете. Любезный продавец снизил запрашиваемую цену со ста десяти до пятнадцати евро, но, забегая вперед, скажу, что этот самый "Ролекс" сломался у меня непосредственно по моему возвращению в горячо любимую Москву навсегда.
Эту лекцию я читал для аспирантов и профессуры, отчего мог не ограничивать себя в мыслях и выражениях. Уверяю вас, что в Пизе, где кафедрой заведует знаменитый Стефанио Гардзонио, знают о современной русской литературе, пожалуй, что и больше, чем на улицах и в помещениях Москвы.
Здесь же я убедился, что персонажи преследуют писателя всегда и везде. Поскольку героями многих моих произведений являются маргинальные и романтические личности, один из официантов, обслуживающих в маленьком кафе нашу ученую компанию, на моих глазах опился хозяйским вином и орал, выйдя на улицу покурить и соблазняя своими речами многочисленных туристов: "Мне шестьдесят четыре года. Я пью, курю, жру, сколько хочу, и знаюсь с девочками. А мой папаша не пил, не курил и помер в 46 лет" (устный перевод с итальянского на русский проф. Стефанио Гардзонио). В Италии запрещено курить в любом помещении, и возмущение этим фактом является главной темой всех застольных бесед.
Гвидо рассказал мне, что, когда он подрабатывал официантом на празднике коммунистической газеты "Унита", его коллеги выделывали и кой-чего похлеще. Например, сливали в бутылку недопитое посетителями вино, а также декорировали подаваемое блюдо элементами объедков. Я сказал, что то же самое видел во времена моей юности, когда дружил с экс-поваром ресторана "Динамо" Витьком Уховым, и мы в который раз подивились тому, как тесен мир. Я пообещал Гвидо найти то эссе Иосифа Бродского, где нобелевский лауреат скрупулезно подметил, что огромная сумма денег, о которой всю жизнь мечтал Достоевский, строго фиксирована и составляет ровно шесть тысяч рублей. О чем Большой Федор неоднократно писал друзьям, женщинам и знакомым...
В кабак вдруг позвонили из гостиницы. Я струсил, и зря. Звонили вовсе не по поводу сушеного ковра, а чтоб любезно сообщить: господин забыл в номере кой-чего из носильного белья. Это я-то господин? Прощай, Пиза! Прощай, косая Пизанская башня! Или -до свидания? Тесен, тесен мир, может, когда и свидимся.

Жизнь 19:01 / 10 Октября 2026 13052

О чем я подумала, когда машина летела в озеро

В моем детстве простые вещи запоминали сразу - на то они и простые

Гузель Агишева

Труд

Забыла наушники, а за окном темень, ничего не видно, так что высматривать что-то и отвлекаться не получается. Двери вагона на шарнирах — каждый входящий и выходящий энергично их распахивает...