Труд: УДАР СУДЬБЫ

Главная Жизнь 01:01 23 Ноября 2000 172

УДАР СУДЬБЫ

Недавно Сергей Кривицкий получил водительские права. В этом не было бы ничего удивительного, если бы не одно обстоятельство: на получение удостоверения у него ушло десять лет. Сергей инвалид, у него нет рук.

Черкасова Вероника

Напечатать

Незадолго до того, как случилась беда, мама Сергея ходила к гадалке. Интересовало ее в основном собственное здоровье, но гадалка этому вопросу внимания почти не уделила, только заметила, что беспокоиться пока рано. Тем не менее на карты смотрела долго, а потом сказала: "Берегите сына в год его совершеннолетия. Будет с ним беда, дело даже до суда дойдет, но не бойтесь, он у вас счастливый. Все обойдется, сын женится, еще внуков понянчите".
Мать предсказание запомнила крепко. И когда сын в свои семнадцать решил обзавестись мотоциклом, была против покупки. Все боялась, что разобьется. Но беда пришла совсем с другой стороны.
Все произошло в 1982 году. Эту проклятую подстанцию строили около пяти лет. Все эти годы мальчишки рассматривали недостроенную коробку, как свою территорию. И никто не заметил, как ее наконец подключили, забыв заземлить, закрыть от посторонних и написать, как положено: "Не влезай, убьет!"
Права была гадалка, сказавшая матери: "Он у вас счастливый". Через Сергея прошло 10 тыс. вольт, и он остался жив.
К этому времени Кривицкий уже окончил школу и работал комбайнером. Случилось все на октябрьские, когда мать уехала в деревню к родственникам. А когда вернулась, муж встретил ее на остановке и, чтоб не испугать, сказал: "Ты не бойся, Сережа немного руки обжег"...
- Сейчас бы я такого не пережила,- говорит Лидия Петровна, - а тогда сил было больше, сердце крепче.
Ее вместе с сыном поместили в ожоговое отделение, где в палате лежало семь человек. Днем сидела рядом, ночью составляла три стула и ложилась на них. Руки Сергею перевязывали, промывали фурацилином. Вот, собственно, и все лечение. Через некоторое время стало очевидным, что необходима ампутация.
После операции Сергея как-то очень быстро выписали домой, хотя раны еще не зажили... Тогда же кто-то принес ему книжку белорусского писателя Михаила Герчика "Отдаешь навсегда". Там описана история инвалида без двух рук и одной ноги, который не сломался, научился водить машину, женился... С тех пор эта книга стала для Сергея настольной.
Забегая вперед, скажу, что спустя много лет Сергей отыскал человека, который стал прототипом повести. И так же, как он, сумел не только выжить, но и сызнова научиться ходить, создал семью, воспитывает двух сыновей. Эти люди - победители. Они смогли стать сильнее обстоятельств, и не только остаться в живых, но и доказать остальным, что судьба человека в его собственных руках. Даже если этих рук нет.
Идея получить водительские права появилась у Сергея почти сразу после того, как все произошло. Впрочем, ради справедливости заметим, что права у него уже были, но до того, как с ним случилась беда. Став инвалидом, ему пришлось заново доказывать и себе, и всем остальным, что водить он все-таки может. Себе Сергей это доказал очень быстро. Он попробовал сесть на мотоцикл вскоре после того, как вышел из больницы. Сначала осторожно ездил вокруг дома, потом - осмелел.
- Я уже "съездил" четыре мотоцикла,- говорит Сергей, - три минских и одну "Яву". Как ко мне относилась ГАИ? Да никак! Просто я старался не попадаться им на глаза. Дороги у нас были разные, - смеется он, и невольно преисполняешься уважением к местным гаишникам, у которых хватило ума и выдержки не мешать этому странному водителю.
Но Сергею хотелось ездить по настоящей дороге на настоящем автомобиле. Первое письмо с просьбой посодействовать в получении водительского удостоверения он написал в 1990 году на имя тогдашнего предсовмина Вячеслава Кебича. Письмо переслали в Могилев, из Могилева-обратно в Круглое, по месту жительства Кривицкого. Но на месте решить этот вопрос не взялся никто, и на этом дело застопорилось.
История знает немало случаев, когда люди водили машину, не имея рук. Тем не менее получить водительские права, будучи инвалидом, невероятно трудно. Причем, как правило, вся проблема упирается в то, что никто не хочет брать на себя ответственность за такого шофера, и должностные лица отфутболивают его документы по инстанциям. Сергей шел к своей цели десять лет. В этом году он все же получил права. Водит машину осторожно, поскольку прекрасно понимает, что даже самое мелкое ДТП может обернуться для безрукого водителя потерей прав. Навсегда.
Беда бедой, а жизнь понемногу налаживалась. Ни сам Сергей, ни родители не стали сосредоточиваться на беде. Был и предсказанный гадалкой суд, только Кривицкие в конце концов забрали свое заявление обратно. Наверное, не все их поймут, но они простили тех, кто был виноват в их беде.
А потом появилась жена - Валентина. Знаете, какая она? Маленькая, красивая, с огромными глазами, полными любви к Сергею, к двум своим сыновьям... Спрашиваю: "Как Сергей за вами ухаживал?"
Она пожимает плечами. "Приезжал на мотоцикле, меня катал". Валентина ездить с ним не боялась, поскольку считала и считает, что муж водит не только не хуже, но даже лучше многих, у кого есть руки. Решение выйти замуж за Сергея она приняла сама, ни с кем не советуясь. Родители не препятствовали и не вмешивались, к выбору дочери отнеслись с уважением. Две семьи подружились между собой. На свадьбу собралось человек восемьдесят родственников и гостей.
Так и живут уже десять лет. И знаете, это любовь. Та самая, о которой пишут в книжках, по ночам мечтают девчонки, которая встречается раз на миллион. В сущности, жизнь наша, серая и плоская, по самые края заполнена бытом. Цветной и объемной ее делает лишь любовь. И только она может помочь преодолеть съедающий молодость, красоту и саму жизнь быт, не замечать тесноты двух общежитских комнат с выгороженной кухней, грязного казенного коридора, где слово из трех букв соседствует с надписью "Андрей, я тебя люблю!"
Впрочем, идиллией жизнь этой семьи назвать трудно. Начнем с того, что Кривицкий сегодня безработный.
Десять лет трудился он в совхозе "Круглянский". Сначала был сторожем в конторе, затем-кладовщиком, выдавал запчасти. А потом вдруг был уволен по ст. 33 п. 2 КЗОТ в связи с тем, что, оказывается, выполнял работу, противопоказанную ему по состоянию здоровья. На службу его брали инвалидом, десять лет трудился без взысканий и упреков, а на одиннадцатом году оказалось, что работа эта ему не под силу. Странное совпадение: этот удивительный факт дошел сознания директора совхоза как раз тогда, когда у Сергея подошла очередь на квартиру. Впрочем, причин увольнения никто не скрывал, более того, парню доходчиво объяснили, что квартиры нужны более перспективным работникам. Вот и получилось, что инвалида, который вроде бы должен пользоваться определенными льготами, попросту выбросили с работы и лишили очереди на жилье. При этом зарплату ему не платили с ноября 1997-го, а приказ об увольнении датирован июлем 1998-го. Сейчас Сергей безработный, перспектив - никаких. "Сегодня здоровым деться некуда, а что уж говорить об инвалиде", - говорит он. Впрочем, почему-то кажется, что слово "инвалид" вроде как и не для него. Молодой, здоровый парень, который может и хочет работать, и если на инвалидность его обрекла судьба, то на безработицу - люди.
После увольнения семья пошла становиться на очередь в райисполком. Но там им сказали, что сейчас льготной очереди нет, а потому рассчитывать им не на что. Вообще-то Сергей догадывается, что ему положены какие-то льготы, но какие именно, не знает, и узнать в своей глуши толком не может. Построить свой дом ребятам не под силу: один член семьи - безработный, кредита им не дают. Сама Валентина работала воспитательницей в детсаду, зарплата - всего ничего. Пошла в коммунхоз работать лаборанткой, но и там платят ненамного больше.
Так сегодня и живут, вчетвером в двух тесных комнатенках общаги, без надежды и веры, но зато с настоящей любовью.
Хочу сказать пару слов о том, о чем из скромности умолчала автор: человек, с которого Сергей взял пример, герой упомянутой книги "Отдаешь навсегда", - ее отец, журналист и писатель Анатолий Черкасов. В 60-70-х годах все, кто работал тогда в разных белорусских изданиях, теснившихся в минском Доме печати, с огромным уважением относились к этому человеку, тяжело и неловко, казалось, передвигавшему свое тело по длинному коридору, время от времени одному им известным движением поправляя сползающий с плеч пиджак. Немецкий снаряд, на котором он, мальчишка, подорвался вскоре после войны, не оставлял никаких надежд на полноценную жизнь...
Вы бы видели, с каким изяществом он, без двух рук и ноги, водил свой "Москвич", придумав и сделав к нему все необходимые приспособления! Едва ли кто помнит сегодня, как настоятельно усадил он в этот "Москвич" главного в республике милицейского начальника и провез его по городу, после чего вопрос о получении водительских прав решился само собой...
Недавно он умер. В тяжком одиночестве долгой, очень долгой болезни и полном забвении со стороны тех, чьи литературные творения прошли через его, редактора самого крупного белорусского издательства, руки...
Сергей ВАГАНОВ, соб. корр. "Труда".
Минск.

Напечатать

Жизнь 16:00 / 19 Февраля 2026 26550

Маска равнодушия и негативный контент

О чем на самом деле вопиет убийство ребенка из многодетной семьи?

Ирина Смирнова, Санкт-Петербург

Как внезапно выяснилось, в школу Паша не ходил: мать пыталась записать его, но не успела

Жителей Петербурга потрясло убийство девятилетнего Паши Тифитулина 38-летним педофилом Петром Жилкиным. Многие восприняли эту беду как свою личную. Сотрудники полиции, спасательные службы, волонтеры «ЛизаАлерт» и просто неравнодушные...