Традиционная московская международная выставка гибридного искусства открылась на этот раз не в авангардно-шершавом Артплее, не на ретро-футуристической ВДНХ, а на самой что ни на есть гламурной площадке Москвы в самом что ни на есть ее центре – в театре «Россия», где обычно показывают сладко-роскошные мюзиклы. Возможно, именно от этого дух радикальности прежних экспозиций в заметной степени покинул их преемницу.
Впрочем, посмотреть здесь с 21 июля все равно есть что. Особенно если идешь с артистическим директором выставки, известным художником, перформансистом и продюсером Федором Павловым-Андреевичем. Уж он выстроит маршрут так, что это позволит наилучшим образом «распробовать» придумки куратора Бернардо Маскейры (Бразилия), архитектора Кати Бочавар и авторов всей дюжины представленных работ.
В инсталляции Леандро Эрлиха перепутались пространства реальные и отраженные
Начали с самого верха, с инсталляции «Красный Желтый» одного из известных видеоартистов Гэри Хилла. Гэри, похожий на видавшего виды смотрителя маяка, сам приехал в Москву из своей Санта-Моники. И не удивительно, что мотивом работы этого жителя тихоокеанского побережья и заядлого серфингиста стала наблюдательная вышка пляжных спасателей, обычно украшаемая именно таким красно-желтым флагом. На балконе «России», своего рода аналоге высокого океанского берега, можно подняться в маленькую кабинку и помедитировать под видео, где жаркое калифорнийское солнце сушит вяло плещущийся на ветру гидрокостюм любителя морских приключений.
Затем вместе с Федором мы ныряем – конечно, не в океан, но в средоточие художественных работ, расположившихся в партере. Одна из них видна постоянно и практически всем посетителям, где бы они ни оказались: «Дверь» Вадима Фишкина – уроженца Пензы, давно живущего в Словении. Это действительно непрерывно открывающаяся и закрывающаяся дверь – правда, каждый раз по-разному, то чуть-чуть, то «во всю дурь». А главное – она виртуальная, создаваемая проектором на экране. Что за ней – можно сколько угодно фантазировать, но не узнаешь никогда.
Видео «Три женщины» Билла Виолы показалось ожившим куском знаменитой картины Боттичелли «Весна»
Зато рядом – проходы вполне реальные: «Примерочные» аргентинца Леандро Эрлиха, расположившиеся в самом центре партера. На вид и вправду это простые кабинки из магазина одежды, но только размноженные и выстроенные в ряды, заканчивающиеся зеркалами. Где тут реальный народ, а где отражения, и где среди этой толпы людей (или призраков?) ваше собственное лицо, которое, если повезет, можно даже успеть сфотографировать – понять невозможно.
Дальнейший путь ведет на сцену. Ее центральный объем занимает светоинсталляция одного из зачинателей кинетического искусства 1950-х аргентино-француза Хулио Ле Парка – кстати, тоже, несмотря на свои 87 лет, приехавшего в Москву. Полукруг из зеркального материала, и ты внутри него, – подсвечиваетесь ажурной отражающей конструкцией, детали которой непредсказуемо колышутся от конвекции воздуха, и это создает беспрестанную игру бликов.
«Художник создавал это произведение ….тьдесят лет» – шепчет мне подступившая деревянным, но неслышным шагом девушка, одетая, словно униформист на манеже. «Сколько-сколько?» – переспрашиваю – забыв, что переспрашивать бесполезно, ответа, о чем предупреждал Павлов-Андреевич, не будет: эти странно шагающие и что-то бормочущие молодые люди – часть тотального перформанса, объединяющего всю выставку и обеспечиваемого одним из московских коллективов современного танца.
Дальше мы снова оказываемся перед тремя дверьми, чьи замочные скважины и контуры маняще светятся в темноте, шагаем – и оказываемся отнюдь не в ярко освещенном пространстве, а по-прежнему в темноте, сталкиваясь с такими же разочарованными зрителями, зашедшими через соседние двери. «Не все то свет, что сверкает», словно хочет сказать уже знакомый нам Леандро Эрлих, чья работа так и называется – «Двери».
Автор инсталляции на морскую тему Гэри Хилл (слева) и сам выглядел как бывалый моряк
Наблюдение видео «Три женщины» всемирно прославленного Билла Виолы (когда-то и у нас, в концертном зале Мариинского театра, шла опера Вагнера «Тристан и Изольда» с его видеоинсталляциями) Федор Павлов-Андреевич уподобил посещению часовни: ты не просто смотришь на изображение, но приобщаешься к некоему высшему смыслу. Затруднюсь сказать, к какому именно смыслу приобщился я, но ролик, где эти самые женщины (почему-то вспомнились три грации из «Весны» Боттичелли) невероятно медленно выступают из облака тумана, а потом так же медленно в нем растворяются, действительно гипнотизирует.
Еще была инсталляция англо-американца Дэвида Биркина «Пыль снегов», где на бумажке надо было написать то, что ты никогда не сможешь сказать вслух, передать ее сидящему на высокой конструкции художнику, он перемелет ее специальной машинкой в белую пыль, и твоя преграда рухнет. Правда, моя не рухнула: я написал «буква Р» (не выговариваю ее), но логопедического эффекта не наступило…
Не все работы удалось обойти. К некоторым из инсталляций выстроились гигантские очереди, т.к.их можно было посещать только поодиночке, а пребывать внутри надлежало не меньше нескольких минут. Поэтому не могу, например, рассказать о «Выборе» бразильянки Лауры Лимы – пришлось совершить свой выбор, и он был продиктован соображениями патриотизма: выстоял часовую очередь к единственной представительнице России Лизе Морозовой. «Быть леворукими вместе» призвала нас известный перформансист, психолог и арт-терапевт. На практике это означало присесть к матерчатой стенке, просунуть левую руку в черный рукав – и ощутить там миниатюрную мягкую ручку Лизы, которая тут же принималась вас трясти, массировать и щекотать. Признаюсь честно: пожалел, что по условиям выставки сеанс ограничен 5-ю минутами…
По мысли Дэвида Биркина, вместе с измельченной в белоснежную пыль бумагой перемалываются и ваши внутренние комплексы
И все же по сравнению с прошлыми годами число объектов и их изощренность заметно упали. Ничего подобного «Люку» Ивана Наварро (проваливающийся в бесконечность световой колодец под вами) или Spacetime Helix Микаэлы Пелузио (стремительно вращающийся жгут, наглядно иллюстрирующий волновую природу звука), или «Воде» Ракель Коган, Леонардо Крещенти и Режан Кантони (все босиком ходят по эластичному зеркалу, будто по поверхности озера), интриговавшими на Lexus Hybrid Art-2014, на этот раз увидеть не пришлось. Кризис?
