Наш шпионский путеводитель мы могли бы начать с незапамятных времен, когда в стенах и башнях еще деревянного, а позднее белокаменного Кремля плелись сети интриг и заговоров. Княжеские междоусобицы, дела опричнины, борьба со степью, воинственными северо-западными и южными соседями – вся история государства Российского замешана на тайной дипломатии, секретных миссиях и деликатных поручениях. Но в этом случае проспект шпионской экскурсии составил бы не один десяток томов. Поэтому ограничимся местами, связанным с самыми громкими шпионскими разоблачениями не столь далекого прошлого.
Столичные гостиницы «Пекин», «Украина». Здесь в 1961–1962 годах происходили встречи связного английской разведки Гревилла Винна с особо ценным агентом Янгом – сотрудником Главного разведывательного управления Генштаба МО СССР Олегом Пеньковским. Под шум воды из крана в ванной комнате передавались иностранцу микропленки с отснятыми секретными материалами, сообщениями о наших ядерных ракетах, военно-техническими документами. А шпион получал задания, средства тайнописи, деньги, фото- и радиоаппаратуру, инструкции и даже сувениры от зарубежных друзей.
Под псевдонимом Янг: Космодамианская набережная, 36
.jpg)
Для проведения конспиративных встреч Пеньковского с Анной Чизхолм – женой кадрового разведчика СИС, работавшего под крышей английского посольства в Москве, – были выбраны арбатские переулки. Схема проведения контактов была банальна. Агент заходил в подъезд условленного дома, куда после тщательной проверки приходила и связная. Обменявшись пакетами, они расходились с интервалом в 30–50 секунд. А на Цветном бульваре Янг передал ребенку Анны Чизхолм коробку с конфетами, где лежали завернутые в яркие фантики кассеты с микропленками. Но самыми безопасными для обмена шпионскими материалами считались приемы в английском и американском посольствах, где Пеньковский мог бывать по роду своей деятельности.
Бывшая набережная Максима Горького, ныне – Космодамианская. Здесь в доме №36 жил Янг. Чтобы задокументировать его шпионскую деятельность, по дну Москвы-реки в одну из квартир дома напротив (на Котельнической набережной) был проложен кабель для управления кинокамерой в ящике для цветочной рассады на балконе этажом выше в многоэтажке, где жил шпион. С ее помощью были запечатлены действия шпиона, переснимавшего на подоконнике секретные документы...
На Лубянке окончилась карьера Янга, полковника трех разведок. Подсчитано: если бы скульптуру Пеньковского отлили в полный рост из чистого золота и установили в центре Лондона на Трафальгарской площади, то затраты обошлись бы британской короне в несколько раз дешевле, чем ущерб, который нанес Пеньковский своей стране.
А для сотрудников ЦРУ контакты с особо ценным агентом завершились в подъезде дома 5/6 на Пушкинской улице. Сейчас он наглухо закрыт. А полвека назад именно здесь между обшарпанной стеной и батареей чекистами был подвешен спичечный коробок – приманка для сотрудников посольской резидентуры США. Во время выемки тайника и был задержан сотрудник посольства Джэкоб. В этот же день контрразведкой Венгрии был арестован и доставлен в СССР Гревилл Винн. (Документальный очерк, подготовленный по материалам оперативной разработки Пеньковского, можно прочесть в книге Александра Витковского «СССР против США», выпущенной в этом году издательством «Алгоритм»).
Птица высокого полета: высотка на площади Восстания
Долгой оказалась шпионская жизнь американского агента Дмитрия Полякова. Дослужившись до генерал-майора советской военной разведки, он более 20 лет снабжал ЦРУ секретами, выдав американцам почти два десятка советских разведчиков-нелегалов, более полутора сотен агентов из числа иностранцев и более тысячи офицеров ГРУ и КГБ. А еще были стратегические материалы, касающиеся перспектив глобальной ядерной войны, сведения по линии военно-технической разведки. Некоторые эксперты ЦРУ считали его более важным источником информации, чем Пеньковский.
Специально для Полякова был создан импульсный передатчик, который менее чем за три секунды передавал на приемное устройство в американском посольстве зашифрованную информацию. Популярный магазин «Ванда», гостиница «Центральный дом туриста» на юго-западе Москвы – вот лишь две точки на карте столицы, откуда велись моментальные радиопередачи.
Кажется, шпион просто издевался над нашей контрразведкой. Например, место для тайниковой операции было выбрано на перекрестке московских улиц Хавской и Лестева, по соседству с Высшей школой КГБ СССР. Рядом с домом 12 в телефонной будке закладывался тайник. Сняв трубку, Поляков незаметно приклеивал к нижней стороне телефонного столика магнитный контейнер. Через несколько минут его изымал американский разведчик.
Арестовали Полякова в конце 1986 года, а 15 марта 1988 года расстреляли.
Многие шпионские уловки знакомы и высотному дому на площади Восстания. Здесь жил ведущий конструктор НИИ радиоэлектроники американский агент Адольф Толкачев. Своего подшефного ЦРУ снабдило магнитолой с вмонтированным шифратором. Зарядив его секретной информацией о наших технологиях в области военного самолетостроения, Толкачев подъезжал на автобусе к американскому посольству и, стоя на остановке, в течение секунды «выстреливал» из магнитолы огромный объем сведений на посольскую приемную антенну.
«Ваша информация бесценна, – подбадривали агента американцы. – Ее потеря отбросит Советский Союз на многие годы назад». А во время 19 личных встреч с помощью тайниковых операций в ЦРУ были переданы фотокопии 50 современных разработок боевой авиации. Окно квартиры предателя, задернутое шторой, означало, что тайник заложен. При обыске на квартире Толкачева обнаружили около десятка фотоаппаратов, замаскированных под брелоки для ключей, передатчик, комплект для тайнописи, деньги, золото и ампулу с цианистым калием, вмонтированную в авторучку. Воспользоваться этим ядом предатель не успел.
Яд в авторучке: Краснолужский мост
Еще одна шпионская достопримечательность Москвы – Краснолужский мост. Именно здесь облюбовала место для тайниковой операции американская разведка. Получатель – второй секретарь Управления планирования внешних мероприятий МИДа Александр Огородник. Американцы завербовали его в начале 1974 года в Колумбии стараниями испанки Пилар Суарес Баркала. После возвращения агента в Москву франкфуртский разведцентр специально для Огородника установил в эфире новую линию связи. А в парке Победы и других укромных местах столицы шпион подбирал то булыжники, то сосновые палки – специальные контейнеры, в которых хранились инструкции, оборудование, яды и деньги. На случай, если «посылки» попадут в чужие руки, американцы оставляли в них трогательные записки: «Товарищ! Ты случайно проник в чужую тайну. Оставь деньги и золото у себя, но не трогай других вещей в пакете, чтобы не подвергнуть жизнь свою и твоих близких опасности. Выбрось остальное содержимое пакета в реку и забудь обо всем. Ты предупрежден!»
Огородника арестовали 22 июня 1977 года в квартире в доме №2/1 по Краснопресненской набережной. В два часа ночи, написав первую фразу покаянного письма, Огородник зажал зубами свою авторучку и... Через два часа шпион умер в Институте имени Склифосовского. При тщательном осмотре авторучки в ней обнаружили яд.
А в это время американцы тщательно готовились к тайниковой операции для Огородника. Поздним вечером 15 июля 1977 года сотрудник ЦРУ Марта Петерсон шла к Краснолужскому мосту. Подойдя к гранитной опоре, она открыла сумочку и достала контейнер – обломок угля. Оперативники начали захват. Поняв, что провалилась, дама дралась жестко и расчетливо. Истеричные вопли – смесь английского и русского мата – и резкие движения головой имели свой смысл. Она хотела предупредить агента, который должен был подходить к мосту, о провале и пыталась вытряхнуть из своего уха клипсу-наушник, настроенный на частоты наших передатчиков (сотрудники группы захвата оказались хитрее и действовали молча)...
Через полчаса в приемной КГБ СССР на Кузнецком мосту, 22, в присутствии консула посольства США Гросса был вскрыт тот самый «кусок угля» с обычным шпионским набором. На следующий день Марта Петерсон была объявлена персоной нон грата и вылетела в Вену.
Через несколько лет весь пролет Краснолужского моста перекочевал в сторону Киевского вокзала и стал пешеходным, а опоры с бойницами, в одну из которых закладывался шпионский контейнер, остались на прежнем месте.
P.S. Шпионские истории Москвы на этом не кончились. Они продолжаются и сейчас. Впрочем, подробно рассказать об этом мы сможем лишь ...надцать лет спустя.
