Предупреждаю: закончилась не коррупция. Закончилась борьба. Потому что, если бы провозглашенная цель была достигнута и в России прекратился подкуп должностных лиц, мы действительно проснулись бы в другой стране и в ту же секунду заснули бы обратно. Коррупция — единственный смазочный материал, благодаря которому вертятся колеса российской государственной машины. Исчезни взятка — и они встанут навеки. Распоряжения власти дойдут до низов, пожелания низов дойдут до верхов, все это приведет к немедленному коллапсу, а жизнь по закону окажется настолько горше жизни по понятиям, насколько армейский устав, будучи точно соблюден, страшнее дедовщины.
Попробуйте представить себе этот подлинно черный вторник, в который у нас внезапно воцарилась законность. Представьте себе эти миллионы нарушений, за которыми следуют миллионы разбирательств; немедленно упраздненные способы объехать на кривой козе уродливейшую русскую госмашину; эти вереницы несчастных, которых волокут в участок, штрафуют и увольняют; представьте себе ГИБДД, парализовавшую движение на всех дорогах, остановившиеся поставки, вставшие поезда, прекратившуюся выдачу загранпаспортов…
А вы думаете, деньги, которые вы платите за срочную выдачу загранпаспорта или документа о приватизации дачи, — добровольный взнос, а не завуалированная форма взятки? Стойте в очереди, если хотите потратить свою единственную жизнь на соблюдение российских законов, абсурдная жестокость которых, согласно Карамзину, компенсируется лишь неаккуратностью их исполнения.
Если бы у нас нельзя было откупиться от милиции, госавтоинспекции, пожарного контроля и санэпидстанции, производство встало бы, а все эти полезные
Вы, наивные читатели, впервые услышавшие, что коррупция прекрасна и необходима, имеете полное право спросить: а зачем же тогда бороться с этим прекрасным явлением? Отвечу со всей откровенностью: исключительно с той же целью, с какой здоровому организму требуется иногда кровопускание. Борьба с коррупцией — такой же национальный спорт, как охота на лис: виртуальное радиопреследование лис, которых нет.
Под это дело можно иногда расправиться с
Что, плохо?
