В Третьяковской галерее впервые показали полный цикл работ прославленного художника Павла Корина «Реквием. Русь уходящая». Если бы эти эскизы соединились в монументальное полотно, оно могло бы встать вровень с великими картинами: «Явлением Христа народу» и «Боярыней Морозовой».
Павел Дмитриевич Корин (1892-1967) — потомственный иконописец из Палеха, народный художник СССР, академик, лауреат — в советскую историю вошел как автор портретов Горького, маршала Жукова, своих коллег-художников. А еще мозаик станции метро «Комсомольская», витражей «Новослободской». Меньше известен Корин-реставратор, спасавший коллекцию Дрезденской галереи, Корин-собиратель, завещавший свою коллекцию икон Третьяковской галерее... И лишь благодаря отдельным эскизам мы узнали о главном труде жизни Корина — грандиозной картине «Русь уходящая», так и оставшейся незавершенной после 35 лет труда.
Судьба ее символична. Картина чуть не погибла в мастерской — бывшей прачечной доходного дома, где полотна провисали от сырости, блекли краски, терял прозрачность лак. Но, как говорится, несчастье помогло: из закрывшегося на ремонт Дома-музея Корина экспонаты свезли на реставрацию в Третьяковку. И вот после трех лет скрупулезнейшей работы здесь впервые показали миру весь корпус из 29 портретов и набросков.
Замысел «Руси уходящей» возник у Корина в марте 1925 года на похоронах патриарха Тихона — духовного лидера, жертвы советского режима. Художник, потрясенный зрелищем истинно народной скорби, решил увековечить образы участников той церемонии. И написал в эскизах настоящую энциклопедию русского духовного сопротивления.
Чудо, что сам не разделил судьбу своих персонажей — возможно, сказалось заступничество Горького. Ведь многих из них ждали ссылки, гибель в лагерях. Как, например, схимника Агафона (Александр Александрович Лебедев, 1884-1938), духовного наставника последних московских монахов, составлявших тайные общины в 1930-х, умершего в лагере близ города Алатырь. Или протоиерея Сергия (Сергей Михайлович Успенский-младший, 1878-1937), расстрелянного на полигоне в Бутово. Или схиигуменью Фамарь (Тамара Александровна Марджанова, 1869-1936), сестру основоположника грузинского национального театра Котэ Марджанишвили, одаренную певицу, в юности оставившую свет, а в 30-е годы сосланную на Ангару...
По мере создания этих портретов первоначальная идея оплакивания старой Руси выросла в трагический гимн церкви. А сама нынешняя выставка в Третьяковке стала своеобразным гимном великому замыслу художника. Серия из 29 холстов (одни давно стали классикой, другие никогда не показывались на публике) сгруппирована вокруг холста-колосса размером 9×5,5 метра — он даже больше «Явления Христа народу»! Полотно по заказу Корина сделали в Ленинграде. Но на абсолютную белизну не нанесено ни единого штриха.
