Поэт? Пушкин! Фрукт? Яблоко! Париж? Эйфелева башня! Фильм "Розовая пантера-2" так же, как и первая картина о детективе Жаке Клюзо (Стив Мартин) и бесценном розовом бриллианте, снят по принципу первой ассоциации, когда человек произносит слово, еще не успев задуматься и выбрать из всех возможных вариантов наиболее серьезный, изысканный и позитивно его самого характеризующий. Все донельзя просто, знакомо, уютно, как музыка Генри Манчини. Англия обозначается с помощью Биг-Бена, Италия - с помощью Пизанской башни, а Жак Клюзо на предложение инспектора Дрейфуса (Джон Клиз) полететь в Киото удивленно отвечает: "Но я же не умею летать!"
Идея нового фильма о приключениях Клюзо вылеживалась долго: не могли подобрать актера, который являлся бы достойным продолжателем дела Питера Селлерса, сыгравшего детектива-разиню в 60-е. Из Стива Мартина вышел замечательный Клюзо - актер нашел в себе такую бездну непосредственности, что его персонаж регулярно затмевает даже героя Лесли Нильсена из всех "Голых пистолетов". К тому же помимо очаровательной эгоцентричности в Клюзо есть шарм и шик (их слегка недостает американскому инспектору Дреббину), приближающие его к комиссару Жюву Луи де Фюнеса, который тоже вполне мог бы назвать коллегу-японца своим "маленьким желтым другом".
Японец прибывает в Париж в составе группы лучших детективов мира, чтобы участвовать в поиске и поимке знаменитого вора Торнадо, который за короткий срок сумел похитить Великую хартию вольностей, Туринскую плащаницу, меч императора Японии, перстень Папы Римского и бриллиант "Розовая пантера". По воле создателей фильма все детективы говорят с акцентом своих стран, что отражено и в отечественном дубляже. Обсуждая психологические особенности Торнадо и красоту журналистки Сони (Айшвария Рай), сопровождающей группу инспекторов, японец вместо "л" произносит "р", а французы, естественно, грассируют. Каждая из этих языковых особенностей так же символизирует какую-либо страну, как и Эйфелева или Пизанская башни, придавая тем самым фильму устойчивость и определенность, ибо неустойчивую конструкцию Жак Клюзо, мсье Хаос, разрушил бы в момент.
Клюзо дважды чуть не уничтожает дорогой ресторан, официантам приходится проявлять жонглерское мастерство, чтобы поймать в воздухе бутылки, разлетающиеся из винного шкафа. Он пролетает сквозь дымоходы, висит под балконом Папы Римского, предварительно заявив тому: "Похоже, вы духовный человек!" Он падает, пачкается, роняет предметы и говорит глупости. Работая над образом Клюзо, Стив Мартин не забыл о фильмах с участием Бастера Китона и Чарли Чаплина, и его инспектор, как и персонажи старого немого кино, вызывает такой же смех. Мгновенный, искренний, возникающий по принципу первой реакции, когда еще не успеваешь задуматься, насколько достойно улыбки происходящее на экране и положительно ли твой смех тебя характеризует - даже в глазах невозмутимо-ироничной мультипликационной розовой пантеры, которая появляется в финале, делая вид, что все, что было, ее нисколько не занимает, и под музыку Манчини гордо удаляется на подушечках лап.