Труд: В ДВУХ ШАГАХ ОТ КАТАСТРОФЫ

Главная Жизнь 01:01 27 Марта 2007 177

В ДВУХ ШАГАХ ОТ КАТАСТРОФЫ

Город Скопин - это одноэтажные скособоченные домики, разбитые узкие улочки. И почти никого вокруг в самый разгар рабочего дня. "Повымирали все, что ли..." - некстати промелькнула мысль. Часом позже выяснила, что перспектива в этом смысле у горожан и впрям

Тучкова Светлана

Напечатать

Искусственный водоем с отравой сразу не отличишь от обычного озера. Только приглядевшись, можно заметить, что корка льда не белая, а грязно-желтая, а берега почернели от накопившейся с годами гадости. Местные жители рассказывают, что птицы, которых угораздило сесть на воду, гибнут прямо на глазах.
- Все это досталось в наследство от Скопинского металлургического завода, крупнейшего в СССР производителя соединений молибдена и вольфрама, - рассказывает Николай Машников, заместитель главного инженера по охране окружающей среды ОАО "Металлург". - Отходы с растворенным в воде мышьяком сливались сюда полвека. По нашим данным, тут находилось от 400 до 600 тонн яда. Это страшно. Но еще страшнее, что, по всей видимости, теперь мышьяка в водоеме уже меньше. И я очень хотел бы знать, куда он девается?
Николай Васильевич отработал на заводе почти полвека и лично участвовал в строительстве этого хранилища: помнит, как в 1957 году рыли котлован, вымазывали глиной для гидроизоляции. Все, конечно, выглядело примитивно, но партия требовала побыстрее дать промышленности ценное сырье. За срыв сроков директорам "паяли" выговоры. А отходы с мышьяком? С ними пусть разбираются потомки. Срок эксплуатации могильника был рассчитан на 25 лет. Предполагалось, что за это время будут разработаны новые технологии утилизации отходов. Может, где-то эти технологии и внедрили, только до Скопина они не дошли. С началом перестройки "Металлург" почти умер. И до водоема с отравой теперь вообще мало кому есть дело. Одно время за ним даже толком следить перестали.
- В 2000-м на завод пришел новый хозяин, мне вновь поручили наблюдение за состоянием мертвого озера, - говорит Машников. - Шесть лет все было более или менее нормально. Но прошлой осенью, когда пошли сильные дожди, случилась странная вещь. Уровень воды в водоеме должен был прибывать, а он упал почти на полтора метра.
По подсчетам Николая Васильевича, из хранилища в землю ушло от 50 до 120 тонн опаснейшей заразы. Куда? Точно не знает никто. Скорее всего, в водоносные горизонты...
- А вот там, за деревьями, протекает река Келец, - говорит эколог. - Ниже она впадает в Верду, а та в Оку. Дальше - Волга. Как видите, от могильника речку отделяет дамба шириной всего в пару десятков метров. Причем дамба, как и само хранилище, сооружена из суглинка. Паводком ее может размыть, и тогда уже весь мышьяк ухнет в реку.
Чтобы представить масштабы грозящей катастрофы, в администрации завода меня познакомили с последними научными исследованиями экологической обстановки в районе. По данным Всероссийского проектно-изыскательного и научно-исследовательского института промышленной технологии Минатома РФ, в 2003 году предельно допустимая концентрация (ПДК) мышьяка на дне хранилища была превышена в 5500 раз. В почвах окрестных садовых участков яд уже тогда содержался в количестве от 40 до 840 мг/кг, а в пахотных землях - от 8 до 150 мг/кг. Это при норме всего 2 мг. А согласно оценке Уральского отделения РАН, в 2005 году на дамбе ПДК по мышьяку была превышена более чем в 2 тысячи раз, в пойме реки - в 600 раз, в донных отложениях - в 80 раз.
Из шокирующих цифр ученые сделали выводы: "На прилегающей к заводу территории экологическую обстановку можно охарактеризовать как катастрофическую. Ситуация приводит к устойчивым изменениям в окружающей среде и отрицательно влияет на здоровье местного населения. Требуется немедленное вмешательство для устранения чрезвычайной ситуации".
Директор завода Александр Сучков бил тревогу еще в 2005 году. Несколько раз писал губернатору, министру ГО и ЧС России, директору ФСБ. Реакции - ноль. Тогда обратился с письмом к президенту России. То было даже не письмо - крик души. Ведь надо что-то делать. Но до Путина письмо директора не добралось.
- Мы отслеживали путь обращений, - говорит Александр Владимирович. - Из администрации главы государства их спускали в аппарат правительства России, те - на местный уровень власти. У губернатора проходило рабочее совещание, а потом к нам толпой шли проверяющие из всевозможных служб и ведомств. Составляли акты, выписывали штрафы, на том и заканчивалось.
По мнению Сучкова, ситуация уже вышла из-под контроля. Та первая сотня тонн отходов с мышьяком, которая осенью ухнула в землю, способна, по его расчетам, отравить почти миллиард кубометров воды - это река на протяжении 300 - 400 километров. Страшно представить, что произойдет, если под землю уйдет все, что накопилось в озере. Ведь смертельная доза для человека - всего 5 мг на литр воды.
Так что же делать? Есть разные методики утилизации отходов. Однако для того, чтобы в Скопине воплотить в жизнь хотя бы одну из них, требуются совершенно неподъемные для местного бюджета финансовые вложения. По оценке Сучкова, речь идет о многих миллионах рублей. Таких затрат даже бюджету Рязанской области не потянуть. Необходимо срочное вмешательство федеральных властей.
Но пока на это рассчитывать не приходится. Местные власти два года назад пытались своими силами поправить ситуацию. Но вышло только хуже. Тогда, летом 2005-го, на территории завода был вскрыт другой могильник с отходами "Металлурга" - подземный, с сухим мышьяком. Еще более тысячи тонн отравы. Ее складировали в железные бочки, которые проржавели и яд оттуда уходил в почву. Вот отцы города и решили вывезти мышьяк подальше от Скопина - в Челябинскую область, на завод по переработке отходов. Без всякого проекта, на глазок. О том, как это происходило, свидетели до сих пор вспоминают с содроганием. Вытаскиваемые из земли контейнеры рассыпались, ядовитый порошок падал под ноги рабочим. То, что удалось собрать, погрузили в новые герметичные контейнеры, и поездом отправили в пункт назначения. Что осталось на земле, посыпали известью.
- Раньше в почве на этой территории, а это около 5 гектаров, ПДК по мышьяку была превышена в 4 - 8 раз, - считает Николай Машников. - Когда рассыпали и сухой мышьяк, эти цифры увеличились раз в десять. Ядовитый порошок с дождями постепенно уходит весь под землю.
Что утилизация мышьяка проходила с грубейшими нарушениями, подтвердил мне известный эколог, член-корреспондент РАН, профессор Алексей Яблоков. К несчастью, его дача оказалась неподалеку от этих мест, поэтому за ситуацией в Скопине Яблоков следит с особым вниманием.
Поисками виновных неудачной операции по утилизации ядовитых отходов сейчас занимается областная прокуратура. А мышьяк так и рассыпан по окрестностям.
Из письма генерального директора завода "Металлург" Александра Сучкова президенту России Владимиру Путину: ""Прошу вас обратить особое внимание и оказать действенную помощь в решении данной проблемы, которая по своим масштабам может быть сопоставима с применением боевых отравляющих веществ".
КОМПЕТЕНТНОЕ МНЕНИЕ
Лев Федоров, доктор химических наук, президент союза "За химическую безопасность":
- Скопин на грани экологической катастрофы. Металлургический завод строился давно, поэтому вряд ли предпринятые тогда меры безопасности были достаточными. И к этому сигналу нужно отнестись со всей серьезностью.
Вообще от советских времен нам досталось немало таких могильников, представляющих реальную угрозу для жизни и здоровья людей. Например, в городе Свирске Иркутской области на территории бывшего военного завода по производству боевого отравляющего вещества люизита хранятся тысячи тонн мышьяка. Вся эта отрава может попасть в Ангару.
Крупные захоронения мышьяка есть в Удмуртии, Челябинской области. Да по всей стране разбросаны тысячи тонн этого яда. В начале 90-х десятки хранилищ бросили и забыли. А сейчас мышьяк, проникая в почву и воду, грозит отравить миллионы россиян. Чтобы этого не произошло, нужно как можно скорее заняться утилизацией опасных отходов. В противном если не нам, то нашим детям наверняка придется пожинать горькие плоды экологических катастроф.

Напечатать

Жизнь 00:01 / 20 Марта 2026 25214

Бульварный роман

История про школьных друзей, разъехавшихся из центра по разным окраинам Москвы

Андрей Гореловский

Труд

Этим карточкам почти 10 лет. Тверской бульвар, конец марта, воскресенье, дождичек с утра накрапывает — но он не раздражает. Что происходит в кадре? Ничего особенного, но история хорошая —...