Наргиз Закирова, Сергей Волчков, Тина Кузнецова или Гела Гуралия? Полгода назад их никто не знал, сегодня пол-России будет следить за последним этапом телевизионного состязания, которое многие считают главным музыкальным событием года: шоу «Голос», открывающее стране талантливых эстрадных певцов, собирает более 40% зрителей Первого канала, почти в два раза опережая по рейтингу программу «Время».
И вновь слышны полные надежды утверждения: вынесенные волной неподдельного зрительского интереса обладатели живых молодых голосов вытеснят наконец с эстрады примелькавшихся звездунов с их прилизанными фонограммами, и мы заживем по честным правилам, когда успех певца определяется вокальным даром и качеством песен, а не количеством занесенных на телеканал денег.
Что ж, попробуем подвести итоги. За четыре месяца прошло полтора десятка эфиров, выступили полторы сотни участников, прозвучало примерно столько же песен. Можно вспомнить самые яркие моменты шоу. Такие, как дуэт Наргиз Закировой и Анны Александровой в грустно-волшебной песне «Замок из дождя» Преснякова-младшего. Или «Malade» Елены Максимовой, представившей оригинальный русский взгляд на драматический хит Далиды. Или неожиданную вокальную версию мелодии Морриконе из «Однажды в Америке», явившую нам нового Демиса Руссоса – молодого грузина Гелу Гуралию, заставившего плакать всех четырех наставников проекта во главе с, казалось бы, непробиваемым Александром Градским…
Можно – к слову о слезах – вспомнить и потери, неизбежные во всяком конкурсе, но тем более цепляющие, что многие из них происходили как раз в такие кульминационные моменты. И разве в музыкальном смысле проиграла Наргиз Аня в том «Замке из дождя»? Разве проиграла Яна Рабинович, поразившая перевоплощением из «Моей еврейской мамы» в зыкинскую «Течет река Волга», мастеровитому, спору нет, но как раз совсем не перевоплощающемуся от песни к песне Сергею Волчкову? Просто таковы условия проекта: наставникам приходится выбирать.
Ну и надо понимать: победа той же Наргиз, скажем, над Еленой Максимовой, выдавшей сумасшедший вокальный спектакль «Back In The USSR» (ответ команды Леонида Агутина недавним антироссийским выступлениям в Прибалтике?), – это, по сути, победа Аллы Пугачевой над The Beatles, признание огромного музыкально-человеческого содержания ее песни «Когда я уйду далеко-далеко», перед которым (по крайней мере в глазах русских людей) меркнет даже задор ливерпульской четверки. Пугачевой участники шоу вообще должны поставить отдельный памятник при жизни. Ее «цитировали» чаще, чем кого-либо. Еще обращались за помощью к Майклу Джексону, Уитни Хьюстон, Селин Дион… Интересно: ни разу (во всяком случае при мне) – к Мадонне. Вот где становится ясно, кто из звезд велик как певец, а кто – как шоумен; чьи вещи – это положенная на мелодию человеческая судьба, а чьи – эффектно завернутая конфетка.
Но тут же и проблема: кому нужны Пугачева или Хьюстон №2? Ведь публике интересен сам артист, а не перепевщик чужих хитов (если, конечно, он не выбирает путь пародиста). Понятное дело, у участников «Голоса» своего репертуара пока нет – но ведь его нет и у тех, кто «Голос» уже прошел и вроде бы должен попасть на заметку к музыкальным продюсерам. Однако, похоже, не попал. Кого вы вспомните из конкурса 2012 года – ну кроме победительницы Дины Гариповой? Да и то подозреваю: 99% едва ли назовут ее номер на «Евровидении-2013» и уж тем более не смогут его напеть. Что говорить об остальных, канувших в ту же неизвестность, из которой они вынырнули на четыре месяца шоу. Разве что одна Севара Назархан осталась на волне – но она и помимо «Голоса» уже много лет известна международной публике, сотрудничает с Питером Гэбриэлом… Где гарантия, что та же судьба не постигнет талантливую Наргиз – и она вернется в свой Нью-Йорк петь в ночных клубах? Или великолепную певицу и пианистку Тину Кузнецову, которая останется в узком кругу завсегдатаев джаз-фестивалей? Или даже суперталантливого Гуралию?..
И все же не станем впадать в пессимизм. Ведь капля камень точит. Ну как могут не запасть в память зрителей такие моменты, как исполнение Фаридом Аскеровым магомаевской «Не спеши»? Взявшись за песню Бабаджаняна на стихи Евтушенко, этот чудесный, тонкий музыкант совершил героический поступок: как вы думаете, часто ли звучат сегодня в Азербайджане мелодии армянских композиторов? Ведь даже сам Магомаев, говорят, в последние годы жизни опасался прилюдно петь Бабаджаняна, хотя эти песни, без преувеличения, когда-то создали основу его славы. Притом вещь, гениальная мелодически, вокально совсем не броска – по сути, Фарид принес себя в жертву песне, понимая, что она не даст ему конкурсного счастья.
А когда самоучка Дмитрий Сороченков из Кемерово закончил потрясающую по развороту балладу Талькова «Бывший подъесаул», задрожал голос даже у космополитичного Билана, и он признался, что впервые полюбил эту вещь и что в такие моменты начинаешь по-новому чувствовать связь со своей страной, ее славной и трагической историей… Вот так «Голос» в кульминационные свои моменты вырастал из чисто музыкального события в гражданское, патриотическое.
Только бы хватило выдержки у Первого канала (а он выложился на «Голосе» по полной: какой оркестр, какие аранжировки, какие видеопроекции – и все это в режиме сверхсрочности!). Только бы милые глупости вроде «Один в один» того же «Первого» не сделали «Голос» единственным серьезным песенным проектом на канале. Только бы продюсеры нашли в себе смелость и дальше вести тех, кого сами открыли, вперед по пути музыки.
Голос
Гела Гуралия
– Люблю Москву, 10 лет в ней прожил. Это не 10 минут… Впервые приехал сюда с коллективом в 2003 году – позвали на открытие одного грузинского ресторана. У нас не было денег на самолет, а билет стоил 230 долларов. Наша знакомая в кассе предложила: выдам билеты, начнете работать – отдадите деньги… Прилетели, а нам говорят: ресторан не откроется еще минимум год… Слава Богу, здесь жила двоюродная сестра моей мамы – я у нее поселился, и еще один парень из группы. Естественно, работу нашли, долг вернули… Потом я уже пел как солист. Но в один прекрасный день проснулся и понял, что больше не пойду петь в ресторан. Не скажу, что мне там было плохо. Но если бы я там остался, то не выбрался бы никогда. Я закрыл для себя эту дверь раз и навсегда. Мне дан голос, я должен серьезно развиваться, меня должна слышать публика.
Это случилось в 2008 году. Дальше выступал время от времени для той аудитории, которая меня ценила. Но в какой-то момент дрогнул – развития карьеры нет, двери большого шоу-бизнеса по-прежнему закрыты, и год назад я уехал обратно в Грузию. Однако прожил там лишь 9 месяцев. В ноябре 2012-го увидел по телевизору несколько выпусков «Голоса» и понял: я должен быть там. Как видите, от судьбы не уйдешь, она не дала мне совершить ошибку, вернула на правильный путь.
Сергей Волчков
Зачем певцу с оперным голосом эстрадный конкурс?
А Александра Борисовича Градского вы расцениваете как оперного певца или эстрадного?.. Я очень долго занимался академической школой, четыре года учился хоровому дирижированию в Могилевском музыкальном колледже, поступил в Москве в ГИТИС. Наш курс набирала Тамара Ильинична Синявская… Полгода назад прослушивался в Молодежной программе Большого театра, сказали – материал есть, надо работать… Но мне близка и отечественная песня. Великие певцы уходят – Отс, Гуляев, Ободзинский, Магомаев… Но не должна уходить прекрасная музыка Бабаджаняна, Таривердиева, Пахмутовой, которую они пели. Некоторых удивляет – почему 25-летний парень об этом беспокоится? Отвечу: в той музыке большая глубина, доброта мудрость, гармония. Культура страны должна строиться прежде всего на собственных традициях. Когда на «Голосе» я спел «Мелодию», Пахмутова позвонила моему наставнику Градскому и поблагодарила за прочтение. Такое дорогого стоит.
Буду ли на Новый год дома или работать, еще не знаю. А вот где буду в ночь на 7 января – точно скажу: в храме Петра и Павла в Лефортово, где пою в хоре. Это и огромная духовная составляющая, и профессиональная школа: не зря Шаляпин время от времени ходил петь в хоре – чистить слух, как он говорил.
Тина Кузнецова
Воспримет ли публика ваш виртуозный фолк-джаз-рок в стране, где самый зарабатывающий певец – Григорий Лепс с его «Рюмкой водки на столе» и гонорарами от 150 тысяч евро?
Мой педагог говорил: задача хорошего певца – не просто голосить, а вести за собой людей. Артист, которого вы назвали, ведет их туда, куда считает нужным – его право. Но и я не считаю свою работу выкриком в пустоту.
Родители рассказывали мне, что после войны по радио очень часто играла классическая музыка. И большая прослойка самого простого рабочего народа прекрасно знала классику, отличала Чайковского от Бетховена. Люди, которые ставили это в эфир, понимали: именно такое искусство лечит души, раненные войной. Сейчас наш народ лечится другими способами. Тут уместна аналогия с медициной: болезнь можно лечить целебными травами, а можно глушить алкоголем. Но алкоголь, даже расслабляя, не делает человека добрее, наоборот, он может толкнуть и на убийство. Из того же разряда – сегодняшняя повсеместная тяга к блатной песне: это знак тотальной усталости и душевного истощения народа. Моя задача – напомнить людям о том, что есть настоящее целебное средство для их душ – это фольклор.
Все песни этого проекта для меня – премьеры: начиная с «Вани», которого я сочинила сама, и заканчивая «Небом Лондона» Земфиры. Конечно, конкурс – не концерт, психоэмоциональное напряжение съедает часть желаемого качества, но тем интереснее, страшнее и честнее.
Наргиз
– Было ощущение, что я в своей жизни что-то не доделала. Надо было детей поднимать, пройти через полосу бед… Когда все более-менее встало на места, я подумала: вот и наступило время исполнить давнишнюю мечту – вернуться к российской публике, корни-то мои здесь. Хотя родилась и выросла я в Узбекистане. Обожаю этномузыку, но с ее ощущением надо родиться. А я родилась рокершей. И в 25 лет переехала в Америку. Но также очень много добрых моментов детства и юности связано с Москвой. Сюда, вместе с моими родителями-музыкантами, мы каждое лето приезжали отдыхать к их друзьям. В московский зал «Россия» на 35-летие своей группы «Ялла» меня и моего мужа-певца пригласил выступить мой дядя Фаррух Закиров…
Боюсь ли я решения Агутина? Что вы, это было бы очень несправедливо по отношению к человеку, которого я бесконечно уважаю и люблю. Я и выбрала его наставником, потому что вся юность прошла под его музыку...
Алла Борисовна приняла меня у себя дома. Целый час беседовала, всю жизнь буду помнить каждое ее слово: «Детка, добро пожаловать в русский шоу-бизнес. Нелегко тебе придется, но помни, я – на твоей стороне…»
Уже месяц, как я получаю приглашения из российских концертных залов. Конечно, это следствие «Голоса». Кстати, за время пребывания в Москве я вытатуировала себе это слово на левой руке возле локтя, с внутренней стороны. Именно русское название проекта, а не английское Voice.
