Они были подарены храму, возведенному на народные средства на месте убийства императора
Собственно, это и все, что было известно о вратах к началу работ. Как они выглядели, оставалось в основном лишь догадываться, пользуясь немногочисленными сохранившимися свидетельствами современников.
— Приступая к воссозданию царских врат, мы буквально по крупицам собирали информацию о них, — рассказала «Труду»
Разграбление храма началось после революции 1917 года. До наших времен чудом дошел лишь стальной трехметровый каркас, да и тот раскуроченный, а также металлические створки (их обнаружили на свалке при реставрации собора) и две
Сама Светлана Георгиевна,
Работа, признается сейчас Соломникова, далась нелегко. Задача состояла в том, чтобы не представить новодел, приближенный к оригиналу, как это часто бывает в современном мире, а именно воссоздать реликвию в историческом виде. Сложности подстерегали на каждом этапе. Требовалось восстановить все особенности рельефа, цветовую гамму орнамента. А цвет капризен, зависит от интерьера, меняется в зависимости от расстояния. Не всегда удавалось найти нужные краски, приходилось обращаться за помощью к друзьям, бывающим за рубежом, чтобы поискали там. Сама по себе непростая технология работы с эмалью требовала особой точности, поскольку речь шла об историческом и музейном экспонате.
Суть технологии, ныне используемой крайне редко, в том (если говорить упрощенно), что в специальную печь, выложенную огнеупорным кирпичом и раскаленную до 850 градусов («до малинового цвета», как говорят художники), загружается на несколько минут для обжига цветочный орнамент. После того как его вынимают на специальных «вилах», необходимо быстро, до остывания, провести с ним массу обязательных операций, после чего промыть и высушить.
— Особенность эмали в том, что, разогретая в печи, она затекает в самые глубокие места, а с высоких точек сползает, — говорит Лариса Соломникова. — Требовалось успевать, жестко контролируя ее распределение по орнаменту.
Кстати, сама «эмалевая история» связана у нас преимущественно с небольшими живописными работами. В религии — с предметами культа. Здесь же, при воссоздании царских врат, речь шла о монументальном ювелирном произведении. То есть опыта как такового у реставраторов практически не было.
В мастерской художников элементы убранства врат предварительно лепились из пластилина с пенопластом. Это были своего рода пробники, с которыми шли в храм, проверяя точность работы, внося коррективы. К слову, наша газета первой рассказала в свое время о начале воссоздания царских врат
Благодаря сохранившемуся каркасу, а также створкам, на которых имелись отверстия для крепления декора, удалось высчитать размеры врат: 475 на 180 см. Вес же их «в полном облачении», то есть с резьбой, серебряным окладом, киотами и иконами, достигает в общей сложности 600 кг!
Чего никак не скажешь, глядя на это удивительное творение рук человеческих — кажется оно легким, даже воздушным, гармонирующим с витражами и мрамором внутреннего убранства. С лучами не частого в Петербурге солнца, заглядывающими сюда и в восхищении замирающими перед этой красотой.
