Завтра Третьяковская галерея открывает проект года — выставку «Константин Коровин. Живопись. Театр». Юбилейный показ отстает ровно на 90 лет от первой персональной экспозиции замечательного мастера в стенах галереи. Такую масштабную ретроспективу — 240 произведений из Третьяковки, Русского музея и еще 20 музеев России, Казахстана и Белоруссии, из частных коллекций — смог вместить лишь парадный зал на Крымском Валу.
Коровина привычно называют первым русским импрессионистом, и хотя его импрессионизм отличается от французского, он сохраняет главное — светлую, солнечную палитру и неизменную радость жизни. Выходец из семьи купцов-старообрядцев стал одним из московских европейцев. Ученик Саврасова и Поленова дружил с Серовым (отсюда одно на двоих прозвище неразлучников — «Серовин»), Левитаном, Шаляпиным, Чеховым, Горьким и Вахтанговым, помог становлению Врубеля. Крупный сценограф — в историю русского театра вошел через Русскую частную оперу Саввы Мамонтова, а в 1900-м возглавил театрально-декорационную мастерскую Императорских театров. Выставка оживит сценические образы, созданные для Шаляпина, Собинова, Неждановой, балерины Гельцер, актеров Ленского и Ермоловой…
Почти никто до юбилея не знал Коровина — архитектора и декоратора. К выставке отреставрированы четыре из десяти панно, созданных для павильона «Крайний Север» Нижегородской художественно-промышленной выставки 1896 года. Коровин специально ездил на Север вместе с Серовым! А позже заказчик, Савва Мамонтов, развесил эти панно в вестибюле Ярославского вокзала в Москве. В 1961 году железнодорожники, уставшие хранить шедевры, передали их сильно потрепанными Третьяковке. Там же 65 лет, поступив неизвестно откуда, хранилось свернутым в рулон на валу 7-метровое панно «Старый монастырь» — одно из открытий выставки. Теперь этот декоративный фриз отвечает за идеи символизма у Коровина. Увы, в Москву не привезли из Петербурга панно Коровина для отдела окраин России на Всемирной выставке 1900 года в Париже. Эти образцы северного модерна принесли автору град медалей от жюри и орден Почетного легиона. Но, показанные вновь в 1901-м в Петербурге, панно на 110 лет исчезли в запасниках Русского музея.
Сенсация столичной выставки — позднее творчество Коровина-сценографа. Из разных музеев присланы эскизы его декораций и костюмов к балетам «Дон Кихот», «Конек-Горбунок», «Щелкунчик», операм «Демон», «Хованщина», «Садко» и «Сказка о царе Салтане». Но главный сюрприз — показ уникальных, чудом сохранившихся декораций и костюмов к опере Римского-Корсакова «Золотой петушок», поставленной в 1934 году во время эмиграции во французском Виши. Спектакль долго шел на разных сценах, побывал на гастролях даже в Латинской Америке, а когда его закрыли, весь реквизит и даже ноты приобрел владелец антрепризы — оперный певец Григорий Раисов, некогда исполнитель роли Звездочета. После его смерти в конце 1970-х русский парижанин Александр Ляпин успел выкупить львиную долю собрания на аукционе. В 1986 году Ляпин, хоть и был небогат, подарил эти сокровища Театральному музею имени Бахрушина. Теперь тот дал на выставку и сценические костюмы, и мягкие декорации «Стан Шемаханской царицы» и «Град-столица». Эти коровинские подлинники впервые увидят свет, а музейщики мечтают вновь поставить спектакль: этот комплекс костюмов и декораций хоть завтра готов к использованию, нашлась бы сцена!
