Московский кинофестиваль закрылся картиной Люка Бессона «Необычайные приключения Адель». Председатель жюри с удовольствием рассказывал «Труду» о своем фильме, но о прочих фестивальных картинах говорить отказался.
— Почему вы о фестивальных картинах говорить не хотите?
— Не хочу, и все. Давайте лучше скажу о Москве, куда часто приезжаю в силу своей профессии и поэтому замечаю, как меняется город. Сейчас я увидел много довольных, улыбающихся лиц, легко одетых красивых девушек. И понял, что в целом москвичи становятся счастливее.
— Кажется, вы вообще любите путешествовать.
— Я много езжу, потому что привезенное в другую страну кино — это недорогая реклама культуры той страны, где оно было снято. Американцы это поняли давно и с помощью картин везде продвигают свой образ жизни. А мое государство мне в производстве фильма не помогало. Может, ему не нравится тот имидж Франции, который существует в моих картинах. Или, может, я недостаточно француз.
— Адель в вашем фильме играет Луиз Бургуан. Долго колебались, прежде чем предложить ей главную роль?
— Прежде чем приглашать ее, мне надо было убедиться в том, что она хороший человек. Потому что я уже слишком стар, чтобы работать с идиотами. И еще я слишком люблю героиню своего фильма Адель — она журналистка, у нее потрясающий характер, она такая смелая!
— И что же вы такую прекрасную героиню посадили в финале на «Титаник»?
— У всех комиксов об Адель, которые легли в основу сценария, открытый финал. Так что интерпретировать мою картину в стиле «а потом все умерли» не надо. Я сейчас совсем не заинтересован в мрачных финалах. Людям плохо, и они хотят смотреть легкие, веселые картины — я такую и снял. Мне все время напоминают о моих картинах «Леон» и «Никита», просят, чтобы я сделал
— А как кризис сказывается на кинематографе,
— Кризис повсюду, и никто не может его избежать. В это время люди склонны отказываться от больших удовольствий в пользу малых. И поэтому мало кто покупает себе машины, дома, ездит в дорогие путешествия. Зато кино стоит недорого, оттого в кинотеатры сейчас ходят чаще. Во Франции даже покатать ребенка на карусели — хорошо так покатать, чтобы голова закружилась, — стоит намного дороже, чем сводить его в кино и заплатить за два часа пару вшивых евро. Сходить в оперу у нас вообще стоит 600 евро! Так что кино во взаимоотношении
— О вас иногда говорят как о режиссере, предпочитающем делать фильмы исключительно для детей. Даже на
— Вы бы знали, сколько проблем у меня было с этим криком в фильме! Мой звукорежиссер, по счастью, работал со мной на «Артуре и минипутах», и у него был большой опыт озвучивания животных. В этом крике птеродактиля смешано очень много разных звуков. К тому же наш птеродактиль еще существует в разных возрастах. Сперва он крошечный, потом немного подрастает, потом становится зрелым птеродактилем. И каждый раз он кричит
А что касается детских фильмов, то сами подумайте, есть ли смысл забывать о своем детстве? Я вполне взрослый человек, под моим началом работают много людей. Но я не могу сказать, что забыл того маленького мальчика, которым
