Состояние российского Дальнего Востока можно рассматривать по¬-разному. Пессимист найдет ситуацию тут беспросветной. Оптимист, напротив, увидит за деревьями проблем лес перспектив.

С точки зрения пессимиста, российский Дальний Восток – непаханое поле. Здесь огромные расстояния, суровый климат, наводнения, которые, по словам ученых, будут учащаться, неразвитая инфраструктура и малонаселенность. Предприятия, построенные в советские годы в другой экономической реальности, не выдерживают испытания рынком и не имеют средств для кардинального обновления фондов. Особенно это заметно в энергетике – «РАО ЭС Востока» имеет очень большие долги и не может самостоятельно выбраться из них. Практически весь регион находится на тарифном регулировании, а рост тарифов может привести скорее к росту неплатежей.

А вот с точки зрения оптимиста, российский Дальний Восток – один из последних оставшихся в мире регионов, где природа практически не тронута человеком, подземные кладовые в целости и сохранности, а климат, несмотря на свою суровость, имеет и хорошие стороны, в том числе из¬за близости к Тихому океану. Люди, которые умеют и любят трудиться, на его берегах уже не один раз творили экономические чудеса.

Поэтому, рассуждает оптимист, дальше будет только лучше, и дальневосточные города прирастут новыми, высокотехнологичными предприятиями, из европейской части страны сюда приедут миллионы новых переселенцев, которые пусть не за один год, а за несколько десятилетий превратят этот край, по площади равный Европе, в лучшую часть нашей страны. Если, конечно, у руководства будут политическая воля и длинные деньги, а люди – захотят.

Долги – не приговор

Оптимисту сложно переубедить пессимиста – требуются факты. И они есть: в последние годы постепенно начала решаться первоочередная проблема – долговая. Дальневосточная энергетика в лице «РАО ЭС Востока» сперва получила мощный локомотив в лице «РусГидро», затем – 50 млрд государственных средств на строительство четырех тепловых станций. Все идет к тому, что сделка ВТБ и «РусГидро» придаст дальневосточной энергетике новое дыхание.

Речь идет о форвардном контракте на пять лет, в рамках которого ВТБ выкупит новые акции «РусГидро» на сумму приблизительно 85 млрд рублей и войдет в капитал компании с долей до 20%. Параллельно в ходе допэмиссии «РусГидро» собирается консолидировать активы на Дальнем Востоке. По словам руководителя компании Евгения Дода, «это решение, которое давно назрело; оно необходимо, чтобы отрасль энергетики Дальнего Востока вздохнула полной грудью».

В стратегической же перспективе, без решения вопросов с тарифами, без создания рабочих механизмов возврата инвестиций и без развития экономики в ДФО такая мера, конечно, окажется временным решением. Но, по прогнозам на 10 лет, в зоне действия ОЭС Востока ожидается 25% роста энергопотребления, причем наибольший спрос будет предъявлен на юге Дальнего Востока, а также в Якутии и в изолированных системах – на Колыме и Чукотке. Причем если в 2010–2014 годах средний прирост потребления не превышал 2% и определялся в основном жилищным строительством, то в дальнейшем рост будут определять крупные промышленные объекты и потребители из Территорий опережающего развития.

Предполагается, что «Роснефти», строящей комплекс Восточной нефтехимической компании, к 2022 году потребуется около 200 МВт мощности. Для газоперерабатывающего кластера в Белогорске на базе мощностей строящегося магистрального газопровода «Сила Сибири» потребуется до 600 МВт. Совокупный подтвержденный объем потребления утвержденных ТОР – 350 МВт. Есть еще перспективные металлургические и горно-обогатительные предприятия, золоторудные разработки, железные дороги – множество объектов, реализуемых крупными компаниями с «длинными деньгами» и стратегическими планами.

Готовь сани летом

Предполагается, что электричество, так же как и дороги, уже должно быть на участке, куда заходит любая другая отрасль, но для этого строительство генерирующих мощностей надо начинать заранее. Энергетика, как и любое другое масштабное дело, живет в соответствии со своими производственными циклами, и это не месяцы, а годы (а в некоторых экстремальных случаях, как, например, с Бурейской или Богучанской ГЭС, – десятилетия). Строить с запасом, в расчете на внезапно появившийся спрос – расточительно, строить без запаса – гарантированно ограничить рост экономики.

«РусГидро» отработало свой метод определения будущего спроса на электроэнергию – прямые договоры с потребителями. Например, на Нижне¬Бурейской ГЭС в 2010 году на старте строительства были подписаны предварительные соглашения с будущими потребителями, а именно – с компаниями «Петропавловск», «Мечел», «Транснефть» и со строящимся космодромом Восточный. Тот же самый принцип «РусГидро» собирается применить и в отношении других новых объектов строительства на Дальнем Востоке, в том числе в тепловой генерации. К примеру, будущие резиденты портовой ОЭЗ в Советской Гавани уже подали заявок на 50 МВт перспективной мощности.

Но помимо внутреннего рынка, безусловно, приоритетного, есть и внешний. В Китай, например, можно поставлять от 6 до 10 ГВт электричества. Хотя КНР сейчас и вводит много новой генерации, при грамотной ценовой политике Россия может выйти на этот рынок. Поэтому в этом направлении надо работать уже сейчас – в первую очередь речь идет о программе строительства противопаводковых ГЭС на притоках Амура.

Проекты разрабатывались еще в 1980¬х годах, уже тогда было выбрано порядка семи хороших створов. В «РусГидро» остановились на четырех, самых эффективных по удельным расходам воды и выработке. Наводнение 2013 года показало, что такие ГЭС жизненно необходимы – их водохранилища обеспечат существенную защиту южных регионов Дальнего Востока от разгулов стихии. Суммарно они могут дать свыше 1,7 ГВт чистой энергии, однако местных потребителей для таких объемов пока нет. Поэтому можно говорить об экспортной ориентации этих проектов. Предполагается, что они будут совместными с китайской корпорацией «Три ущелья» – это не только ускорит строительство, но и поможет привлечь проектное финансирование со стороны китайских банков, обеспеченное долгосрочными контрактами на поставку электроэнергии.

Япония тоже может стать нашим рынком сбыта

Дальний Восток – пространство, где экономика сейчас все¬таки преобладает над политикой. Исторически отношения между странами АТР далеки от идеальных, полвека назад мало кто мог предсказать такое взаимопроникновение экономик разных стран, даже разных социальных систем, которое имеется сейчас. Поэтому не стоит переоценивать влияние политики на сугубо технические и экономические процессы, такие как отношения с Японией.

Одно из возможных направлений сотрудничества – сахалинский энергомост. Остров богат полезными ископаемыми и экспортирует их, но может экспортировать и саму энергию. Технологически связать энергомостом Сахалин с Японией несложно, заинтересованность со стороны японских компаний есть. В случае реализации этого проекта до 2017 года в энергетическую инфраструктуру Дальнего Востока будет инвестировано не менее 1 млрд долларов. В долгосрочной перспективе этот проект может изменить архитектуру энергетики территорий вокруг Японского моря – после того как еще один энергомост соединит Сахалин с материком, можно будет замкнуть Дальний Восток в энергетическое кольцо с Кореей и Японией.

Вторая японская тема – это проект «РусГидро», «РАО ЭС Востока» и Kawasaki – водородный завод в Магадане. Он может вывести Дальний Восток на только¬только возникающий рынок самого передового и самого чистого топлива – жидкого водорода. Kawasaki нуждается в производственной базе с долгосрочными недорогими тарифами на электроэнергию. Ведь 60% себестоимости водородного топлива – электроэнергия и чистая вода. Все это есть в Магаданской области.

Оптимистичный прагматизм

На другой стороне Тихого океана расположены американская Аляска и канадская Британская Колумбия. И та и другая территория прошли долгий и трудный путь, в чем¬то похожий на путь нашего Дальнего Востока. Были и волны переселения, связанные с золотой и нефтяной лихорадками, были и оттоки, и кризисы. Сейчас это преуспевающие регионы, хотя в них нет значительного населения. К примеру, добыча нефти на Аляске падает уже 20 лет, и люди то и дело уезжают в штаты с более теплым климатом, но экономика полуострова продолжает развиваться, особенно в том, что касается возобновляемых источников энергии. Как правило, это небольшие, довольно прагматичные проекты, но вместе они обеспечивают устойчивое развитие территорий.

Точно так же и российский Дальний Восток способен занять достойное место в АТР, который сейчас является локомотивом роста мировой экономики, при условии последовательной государственной политики, учитывающей региональную конъюнктуру, и активности со стороны отечественного бизнеса. «РусГидро» и другие компании с преобладающим государственным участием воспринимают Дальний Восток как зону своей ответственности и в смысле бизнеса, и в социальном смысле. Форум для них – место встречи партнеров, в том числе потенциальных, по превращению российского Дальнего Востока в территорию устойчивого роста. К счастью, в этом заинтересованы не только мы, но и наши соседи по АТР, а значит, общий язык обязательно будет найден.

Штрихи

85 млрд рублей планирует потратить ВТБ на выкуп акций «РусГидро», чтобы войти в капитал энергетической компании с долей до 20%.