По крайней мере если он москвич. С легкой руки президента Медведева весь бомонд гоняется за новейшими айфонными моделями и о каждом своем действии оповещает через «Твиттер». Школьники не успевают обновлять плееры. Не иметь i-чего-нибудь сегодня так же странно, как не иметь машины в 90-е, и даже страннее, потому что гаджет стоит дешевле машины, а уехать на нем можно дальше. Возможность постоянно таскать с собой универсальный коммуникатор, а также произвольное количество фильмов и музыки — не что иное, как давно предсказанная антропологическая революция: новая ступень в развитии человека — сращивание его (пока механическое, а со временем, уверен, и биологическое) с простым электронным устройством, позволяющим ежесекундно выходить в Сеть или отгораживаться от собеседника музыкой либо игрой. Подлинным властелином рынка, естественно, будет тот, кто придумает флешку, вставляющуюся непосредственно в мозги. Но, помяните мое слово, этот час уже недалек.
Не вижу особенного смысла предсказывать, кто в конце концов победит — Гейтс или Apple, для истории это большой роли не играет. Иное дело — попытаться спрогнозировать, чем чреват для нас мир социальных сетей. Этот вопрос особенно актуален в связи с выходом талантливой и острой картины Финчера на эту самую тему.
Благодаря
Когда они это писали, интернетом и не пахло, а портативный плеер с неограниченным запасом игрушек существовал разве что в фантастике. Но общество будущего уже было подробно описано, и главной чертой этого общества стала бесструктурность, отсутствие центров и правд. Новая общественная структура — некий предел демократического развития — обозначена тем, что каждой ж… дали слово. Раньше не давали, а теперь она может высказаться в Сети и выглядеть совсем как настоящая. Исчезли любые фильтры на пути информации.
В результате мы получили удивительную среду, где вопросы добра и зла решаются простым голосованием, где старые этические правила уже не работают, где у каждой мерзости найдется защитник, а у каждого святого — вполне легитимный клеветник. В таком обществе, пожалуй, действительно невозможна диктатура — по крайней мере она в нем смешна. Цензура в нем тоже немыслима. Но и
Нравится ли мне этот мир? Не знаю, но другого нет. Что до меня, ни айподом, ни
