Труд: МОЗГ - ЗАГАДКА ДЛЯ ХИРУРГА

Главная Жизнь 01:01 29 Марта 2003 166

МОЗГ - ЗАГАДКА ДЛЯ ХИРУРГА

Свой взгляд на ситуацию в области эндокринной нейрохирургии изложил один из немногих российских специалистов, оперирующих гипофиз, старший научный сотрудник Института эндокринологии РАМН Константин Станиславович Полищук.

Орлова Ольга

Напечатать

Что такое гипофиз?
Это участок мозга, расположенный у основания черепа. Весит всего полграмма. При этом оказывает определяющее влияние на рост, развитие, обменные процессы в организме. Поражение гипофиза приводит к серьезнейшим заболеваниям.
- Константин Станиславович, нейрохирургов, которые освоили эти операции, у нас в стране не наберется и десятка. Расскажите, где вы учились?
- Окончил 175-ю биологическую школу на Маяковке, поступил в Первый медицинский и выбрал специальность - общая хирургия. После учебы года полтора работал в районной поликлинике хирургом, потом в 67-й больнице невропатологом - там врачей не хватало. Затем меня взяли в 7-ю больницу - уже нейрохирургом. Первую операцию я сделал, даже не имея хирургического опыта: во время моего первого самостоятельного дежурства привезли больного, которому брат "по пьяному делу" топором нанес ранений двадцать, у него половина черепа была в мелкую крошку. Крови потерял литра два. Но выжил! А вообще из двадцати операций в месяц, как правило, три-четыре заканчивались смертью. Встречаю как-то коллегу, он спрашивает: как дела, много ли умерло? Я говорю: "Да человек тридцать, наверное". "Ого, - невесело шутит он, - у тебя уже деревенька из покойников набралась".
- Получается, что вы набирались опыта на рабочем посту. А где осваивали сложнейшую специальность нейрохирурга?
- Настоящей нейрохирургии я научился в Клинике нервных болезней при 1-м меде. Там очень хорошая школа. А однажды мой товарищ из Института нейрохирургии - он занимался гипофизом - порекомендовал меня в Институт эндокринологии, чтобы я там самостоятельно это направление разрабатывал. Официально и учиться-то негде было, потому что таких специалистов в стране очень мало. Есть два человека в Институте нейрохирургии, один врач в больнице МПС и еще заведующий нейрохирургией Военно-медицинской академии в Петербурге. В Новосибирске пытаются этим заниматься, но не знаю, насколько успешно.
- В чем особенность ваших операций?
- Обычно в область мозга проникают путем трепанации черепа. А в 20-х годах за рубежом гипофиз впервые прооперировали через нос. Если к опухолям гипофиза подбираться через череп, их по большей части и не увидишь - они почти в середине мозга. А рядом две сонные артерии, крупные венозные сосуды, несколько нервов, ствол мозга и зрительные нервы. Если заденешь любой из сосудов, неминуемо осложнение. Больной или ослепнет, или от кровотечения погибнет. Теперь операция идет обычно через левый носовой ход к основанию черепа.
- К чему приводят заболевания гипофиза?
- В основном к трем вещам. К акромегалии - при ней опухоль выделяет в избыточном количестве гормон роста, и тело начинает расти в ширину. Человек превращается в монстра. Ладонь увеличивается раза в три. Челюстные и лобные кости увеличиваются, становятся грубыми черты лица. Происходит поражение сердца, почек, зрения. Больному грозит ранняя смерть. А у женщин обычно развиваются лакторея и аменорея. (Это форма бесплодия.) Таких больных оперируют редко, их лучше лечить лекарствами. Есть еще болезнь Ицинко - Кушинга, при которой увеличивается вес, разрушаются мышцы, суставы и внутренние органы.
- В России много больных с поражениями гипофиза?
- Около десяти тысяч. Но точной статистики нет, потому что им трудно поставить диагноз. Обычно этих больных лечат от гипертонии или от поражения суставов. Люди умирают, так и не узнав истинной причины болезни. Доехать до столичных центров могут не многие - денег на билет не хватает.
- А врачей в регионах можно обучать подобным операциям?
- Нереально. Представьте: только для того, чтобы организовать рабочее место хирурга, требуется около 500 тысяч долларов. Ко мне недавно молодой доктор из Архангельска приезжал, чтобы научиться оперировать гипофиз. Я ему объясняю: на то количество больных, которое в Архангельской области выявят - а это 20-30 человек в год, никто ему такого дорогого оборудования покупать не будет. Мастерство хирурга должно быть на высочайшем уровне. Обычно больные поступают не в критическом состоянии, они сами ходят. Но в случае неудачи человеку грозят тяжелейшие осложнения. Поэтому надо либо очень хорошо оперировать, либо не браться за операцию вообще.
- Значит, в стране должно быть несколько центров, где уровень нейрохирургии очень высок? Туда могли бы обратиться все нуждающиеся.
- Конечно. Но сейчас монополистом в этой области остается Институт нейрохирургии. В Институте эндокринологии были хорошие специалисты, которые определяли болезнь и способ лечения, но оперировать было некому. Больных отправляли в Институт нейрохирургии. Сейчас у них большой отсев больных: не все могут заплатить за операцию больше тысячи долларов. Кстати, на Западе операция на гипофизе стоит от 40 до 70 тысяч долларов.
- А у вас в институте?
- Пока их делают бесплатно. Но сейчас решается вопрос о закрытии нашего направления. Все специалисты понимают, что эту область надо или активно развивать, или вовсе закрыть. А поддерживать наше направление трудно.
- Почему?
- По разным причинам. Во-первых, сама операция психологически и физически очень тяжелая. Я каждый раз иду на операцию и не знаю, чем все закончится. Мои коллеги, сделавшие несколько сот таких операций, тоже говорят, что до сих пор гипофиза побаиваются. Сам процесс занимает от четырех до десяти часов. Одна только укладка больного на операционный стол (операция проводится сидя) длится около часа. Во время операций приходится часто делать контрольные снимки. У нас всегда стоит рентгеновская пушка. Конечно, доза облучения небольшая, но постоянная. Мы работаем в рентгенонепроницаемых фартуках, но все равно желающих рисковать - мало.
Кроме того, даже в случае удачного исхода многое зависит от грамотного восстановления, а медперсонал побаивается моих пациентов: уж очень тщательный уход им требуется. Из-за этого мы иногда специально подольше держим их в реанимации.

Жизнь 19:01 / 10 Октября 2026 13068

О чем я подумала, когда машина летела в озеро

В моем детстве простые вещи запоминали сразу - на то они и простые

Гузель Агишева

Труд

Забыла наушники, а за окном темень, ничего не видно, так что высматривать что-то и отвлекаться не получается. Двери вагона на шарнирах — каждый входящий и выходящий энергично их распахивает...