Чтобы разобраться, корреспондент «Труда» отправился в воскресенье в «Олимпийский».
Deep Purple, из золотого состава которых (так называемый Mark II, 1970–73) сейчас в группе Ян Гиллан, Роджер Гловер и Ян Пейс, выступали и в Москве, и в регионах бессчетное количество раз. Но интерес к ним (в отличие от других героев британского рока), кажется, только растет. На концертах всегда можно встретить много людей, родившихся в один год c каким-нибудь поздним шедевром группы, вроде «Perfect strangers» (1984). Пару лет назад команду привезли на два концерта в клуб «Б1 Maximum», но потом словно опомнились: зачем тесниться в трехтысячном зале, если музыканты соберут и полтора десятка тысяч?
Поезд метро еще не подъехал к станции «Проспект мира», а легкий привкус грядущего аншлага уже чувствовался: на «Сухаревской» в вагон вошел дядька с изображением альбома «In Rock» на свитере. Дядька наверняка через какой-нибудь час испытал радость, услышав на концерте несколько самых убойных пьес именно из этого альбома. Да и много чего из тех времен.
Правда, удивило: в «Олимпийском» публику встретила некая группа-разогрев (трио с поющим барабанщиком, явно находящееся под большим впечатлением от Free, Cream и the Who). Не припомню подобного на прошлых концертах «темно-пурпурных»: чего их разогревать-то, если основная часть поклонников уже разогрелась лет 35 назад?
Зато когда после увертюры («Танец рыцарей» Прокофьева) на сцене вспыхнул свет, мы увидели наконец весь квинтет и пятерка начала играть, – в голову пришла одна фраза: с цепи сорвались! Первые песен пять вообще без пауз и автоконферанса перетекали друг в друга: «Fireball», «Into the fire», «Hard lovin’ man»... Затем – секундное расслабление и следующий блок: «Maybe I’m a Leo», «Strange kind of woman»...
Все – как по нотам, в строго каноническом виде, без вариаций. Наконец наступает нечто, похожее на джем-импровизацию. Ян Гиллан радостно объявляет залу, что все замечательно и публика – fantastic! Ну, мы – полный стадион – в общем, да, люди не случайные: песни узнаем с первых тактов, где надо хлопаем, где надо кричим. Гиллан обращает внимание зала на гитариста Стива Морса. Тот играет инструментальную пьесу «Contact lost», которая очень ловко переходит в романтичную балладу «Wasted sunset» 1984 года (на концерте также не обошлось без заглавной композиции из того же альбома, то есть «Perfect strangers»). Примечательно, что песню «Wasted sunset» тот состав, который ее записал (то есть с Ричи Блэкмором и Джоном Лордом), живьем не исполнял. К жизни эту чудесную вещь вернул Ян Гиллан, когда с сольным проектом ездил по Штатам в 2006-м, что зафиксировано на альбоме и DVD «Live in Anaheim». Еще один сюрприз для сегодняшнего слушателя: песни звучат очень тяжело. Например, «Lazy» – намного жестче по сравнению с расслабленным, почти блюзовым оригиналом 1972 года.
В каждом концерте Deep Purple есть место для импровизаций клавишника. Покойный Джон Лорд в России баловался «Подмосковными вечерами». Прекрасный человек Дон Эйри придумал нечто повеселее: от темы «В пещере горного короля» Грига перешел к… «Я шагаю по Москве». Здесь зал хлопал в ладоши радостно, как на детском утреннике.
Семидесятые вернулись с бронебойной «Space trucking» (казалось, куда жестче? Нет, можно!) и неизбежной «Smoke on the water». Под занавес сыграли песню 1968 года «Hush», первый хит Deep Purple в Штатах. Из тех, кто ее играл в оригинале, в нынешнем составе присутствует только один человек – барабанщик Ян Пейс. Ну и что? Все равно здорово.
