Труд: Русский как иностранный

Главная Культура 00:13 29 Ноября 2019 1643

Русский как иностранный

Закончился показ «Доктора Рихтера», движется к финалу «Хорошая жена». Оба сериала являются адаптациями известных заокеанских фильмов

Сергей Беднов

Напечатать

Алексей Серебряков в роли доктора Андрея Рихтера думает о судьбах российского телевидения

На прошлой неделе «Россия» завершила показ «Доктора Рихтера». Скоро НТВ покончит с «Хорошей женой». И тут и там — современные истории, место действия — наши мегаполисы. Но искушенный зритель знает, что объединяет фильмы не только это. Оба являются адаптациями известных заокеанских сериалов.

К данному явлению мы давно привыкли. Телевизионные деятели доходчиво объяснили, что заимствуют западные идеи не потому, что своих не имеют, а потому, что в эпоху глобализма вовсе не считается зазорным воспользоваться чужими рецептами успеха. Они правы. И свидетельством тому — «Мажор», «Кухня» и некоторые другие проекты российского ТВ, приобретенные заграничными компаниями для создания своих версий.

Перечислять же все отечественные сериалы, что были сняты по заграничным лекалам, но потерпели крах, — долго. Только ленивый не пнул «Доктора Тырсу», где главным героем был излишне многозначительный и сентиментальный аналог доктора Хауса в исполнении Михаила Пореченкова. Хотя авторы и утверждали, что работали не с купленным образцом, а всего лишь «дали наш ответ Америке», несомненное сходство персонажей народ тут же обнаружил и вынес вердикт: агенту национальной безопасности в операционной делать нечего. А «Родина», которой до одно-именного образца было невыразимо далеко, несмотря на все усилия Владимира Машкова, включившего на полную катушку всю свою харизму?!

В большинстве случаев адаптации терпят неудачу, когда оригиналы не годятся для проекции на нашу действительность. Тут ведь как? Если в основе сюжета лежит общечеловеческая история, тем проще. Например, когда главная героиня сериала устраивается няней к троим отпрыскам богатого мужчины и пытается женить его на себе, то не имеет принципиального значения, является ли объект ее охоты бродвейским продюсером, как в The Nanny, со-зданной CBS, или же влиятельным дея-телем российского шоу-бизнеса, как в «Моей прекрасной няне». Опять-таки неважно, что Анастасия Заворотнюк (дай Бог ей здоровья!) играет хохлушку или еврейку. В любой стране мира Золушки какой угодно национальности мечтают выйти замуж за принца — и это делает сюжет интернациональным!

Известно, что к съемочным группам, занимающимся адаптацией, компания-правообладатель прикрепляет «смотрящих». Задача их — следить, чтобы главные составляющие оригинала не были искажены. Хорошо, если эти господа адекватно относятся к особенностям страны-покупателя. Так, по отзывам создателей «Ищейки», им повезло и чаще всего удавалось объяснить «хозяевам», как у нас устроено следствие и какие люди работают в правоохранительных органах. Но, бывает, партнеры не хотят идти на уступки...

Наиболее часто казусы случаются не с образами центральных персонажей, а с демонстрацией институтов общественной жизни. До чего же удивился в середине нулевых отечественный зритель, когда на телеэкранах появился наш «Закон и порядок». Насмотревшись «Ментов», он хорошо знал, как выглядят родимые отделения милиции с их «обезьянниками». Как разговаривают российские копы с обвиняемыми и устраивают субботники для девушек с пониженной социальной ответственностью. И что за отношения у них с прокурорскими. Поэтому те леди и джентльмены в дорогих костюмах, сидящие за стеклянными перегородками у экранов мониторов в роскошных офисах, что были показаны, вызвали по меньшей мере недоумение: зачем их зовут Игорями и Аленами, почему они общаются на русском языке и, наконец, где находится та самая суперментовка, что нам показали?

Подобной участи не избежали и нынешние премьеры. Да, «Доктор Рихтер», до мельчайших деталей следующий эталонному «Доктору Хаусу», прошел неплохо. В основном за счет игры Серебрякова. Но это не история из реальной жизни. Нет у нас таких клиник и врачей. Точнее, может, где-то они и есть, но люди, которые смотрят телевизор, в массе своей могут о них только догадываться. Вот если бы пациентами Рихтера были исключительно олигархи, генералы ФСБ и депутаты, тогда другое дело. Но ведь тут заведующая учреждением в прекрасном исполнении Анны Михалковой время от времени что-то говорит о бюджетных мес-тах... Нет, это из области фантастики. Хорошо, что в «Рихтере» нет чернокожих эскулапов и многочисленных пациентов из рядов ЛГБТ, как в «Хаусе». Все-таки где-то учли «смотрящие» суровые российские реалии. Хотя, скажем, привычка российских медиков в каждой второй истории тайно пробираться в квартиры пациентов, чтобы обнаружить там источник бактерий, кажется странной. Чистой воды уголовщина!

«Хорошая жена» — тот же случай. Попытка сделать из нашей правовой системы американский комикс не удалась. Здесь все слишком картонно. Оно и понятно: вряд ли заокеанским коллегам доводилось сталкиваться с «басманным правосудием». Очень умилил зрителей частный эксперт по баллистике, содержащий у себя в лаборатории целый арсенал. Неужели продюсерам НТВ не удалось объяснить партнерам, что в дикой России все еще не удосужились принять вторую поправку к Конституции? Да и в том, что касается главных героев... По метким отзывам зрителей, единственный, кто точно «попадает» в родную действительность, — это Александр Домогаров. Но не благодаря профессиональному мастерству, а за счет выразительного лица, несущего на себе явный отпечаток тяжелых будней.

Напечатать

Культура 00:20 / 03 Апреля 2026 27246

Просто взять и заколотить Кижи

Почему горят шедевры деревянного зодчества Карелии?

Ирина Смирнова

Труд

Всем памятна трагедия с Успенской церковью в Кондопожском районе Карелии. Храм пережил годы гонений на церковь, войну, оккупацию, но выстоял. А в 2018 году жемчужина деревянного зодчества сгорела дотла. Как выяснилось,...