Труд:

Главная Жизнь 01:01 30 Мая 2002 162

КРАСНОРЕЧИВОЕ НАЗВАНИЕ
"Красный карандаш" - так называется выставка, которая проходит в

Напечатать

КРАСНОРЕЧИВОЕ НАЗВАНИЕ
"Красный карандаш" - так называется выставка, которая проходит в эти дни в государственной библиотеке иностранной литературы. Посвящена она цензуре в советской литературе и искусстве. История цензуры этого периода столь богата событиями - от трагических до анекдотических, что материалов на целую выставку набралось.
Однако корни этого явления залегают на более значительной глубине. Можно даже так сказать: если вначале было слово, то цензура появилась одновременно с ним. Оставлять его без присмотра было нельзя. Потому что слово за слово, а там - сами знаете, что бывает...
ЛУЧШЕ УЖ КАРАТЬ, ЧЕМ ПРЕДВАРЯТЬ
Профессор П.Люблинский, посвятивший себя изучению этого вопроса, предлагает свою периодизацию в развитии цензуры с древнейших времен до наших дней - целых пять периодов. Первый из них относится к эпохе до изобретения книгопечатания. Затем цензура, пройдя эпоху расцвета местного и ведомственного и достигнув вершин государственно-полицейского надзора, несколько смягчила свой нрав. Хотя этот период звучит довольно пугающе: замена предварительной цензуры карательной. А уж замена карательной на ответственность по суду - так и вовсе выглядит полным послаблением.
К единственному жанру, который во все времена не подлежал цензурированию, относились, естественно, цензурные установления и циркуляры.
ЦЕНЗУРА НАОБОРОТ
Обычная цензура бдит и вымарывает, искажает и затемняет, отвергает и запрещает. Но есть редкие примеры обратного рода.
Знаменитый ученый с типично немецкой фамилией Пуффендорф опубликовал в конце XVII века книгу "Введение в историю европейскую". Она попалась на глаза Петру I, он прочитал ее и велел перевести на русский язык. Дело это было поручено монаху Гавриилу Бужинскому. Ознакомившись с рукописью, царь страшно разгневался и учинил переводчику отменный нагоняй.
Дело в том, что монах по своему разумению произвел в труде ученого купюры, касаемые, скажем помягче, не очень лестных характеристик русских национальных особенностей. Вот за эти выпущенные места ему и досталось по одному месту. Петр выразился просто и кратко: "Все оставить в точности, что сочинитель написал". Урок переводчик усвоил и другие книги переводил дословно.
Нынче мы живем в бесцензурное время. Но в вакууме, образовавшемся с ее отменой, окопалась самоцензура. А нагоняй учинить некому.
И СЕЯЛИ, И ПОЛОЛИ
Немало известных русских писателей и поэтов потрудилось и на цензурной ниве. Среди них Майков, Аксаков, Вяземский, Гончаров, Лажечников, Полонский, Тютчев. В той или иной степени они приложили руку к недопущению или ограничению идей и сведений, которые признавались нежелательными или вредными. Точнее говоря, одной рукой сеяли, другой пололи. На собственное творчество эти недопущения и ограничения, как правило, не распространялись. К счастью. А к сожалению, - тенденция цензурного самообслуживания русской литературы после 1917 года пресеклась.

Напечатать

Жизнь 00:01 / 20 Марта 2026 10933

Бульварный роман

История про школьных друзей, разъехавшихся из центра по разным окраинам Москвы

Андрей Гореловский

Труд

Этим карточкам почти 10 лет. Тверской бульвар, конец марта, воскресенье, дождичек с утра накрапывает — но он не раздражает. Что происходит в кадре? Ничего особенного, но история хорошая —...