Труд: ЖАЛЬ, НЕ МОЖЕМ "ПОБОЛЕТЬ" ЗА СВОИХ

Главная Жизнь 01:01 30 Июня 2001 168

ЖАЛЬ, НЕ МОЖЕМ "ПОБОЛЕТЬ" ЗА СВОИХ

Чуда не произошло. Скоропалительным надеждам, что с приходом Никиты Михалкова Московский

Напечатать

Чуда не произошло. Скоропалительным надеждам, что с приходом Никиты Михалкова Московский международный сразу же выберется из затяжного кризиса, обретет былой вес в глазах мирового киносообщества, сбыться не удалось. Во всяком случае, пока. Но три года усилий Никиты Сергеевича и его команды не прошли даром, и ХХIII по счету (и первый в новом веке!) фестиваль имеет, как мне кажется, шансы стать переломным...
Во-первых, в дни фестиваля нашу столицу посетили настоящие звезды мирового кино, к которым принадлежат Пета Уилсон, Сандрин Боннер, Шон Пенн, и в первую очередь многократный оскаровский лауреат Джек Николсон. Это настоящая мировая величина, а не те вышедшие в тираж бывшие знаменитости, которых пытались выдавать за активно действующих звезд в прошлые годы. Николсон, "кинувший" Канн, но приехавший в Москву, - это по-настоящему круто. Это поднимает престиж нашего киносмотра на новую высоту.
Во-вторых, в ходе нынешнего киносмотра не было и следов той организационной сумятицы и неразберихи, которая сопровождала Московский международный еще совсем недавно. Этим, казалось бы, смешно умиляться на фестивале класса "А", но тем не менее впервые за всю постперестроечную эпоху я без опасений шел на просмотры: знал, что попаду на тот фильм, который объявлен в программе. А ведь еще два года назад с кинопоказом на Московском международном царил полный кавардак. Идешь, к примеру, на легкомысленную эротическую комедию - обязательно попадешь на тяжелую социальную драму. Или наоборот, что, в общем, ничем не лучше. Теперь еще до открытия фестиваля любой киноман мог приобрести программу просмотров и путеводитель по фильмам, и в ней, как ни странно, все соответствовало действительности. Что ни говори, а прогресс!
В-третьих, исчезла, как мне кажется, былая нервозность во взаимоотношениях суровых фестивальных служб и вольнолюбивой прессы. Нынче многим журналистам, активно пишущим о кино (в том числе и корреспондентам "Труда"), выдали специальную "зеленую" аккредитацию, которая позволяла беспрепятственно посещать практически любые сеансы, даже "самые-самые". Такого демократизма, доложу я вам, не дождешься ни от чопорного Канна, ни от педантичного Берлина... Да и вообще порядка, организованности на Московском международном стало значительно больше, касается ли это работы транспорта, курсирующего между кинотеатрами и Манежем, или проведения пресс-конференций, которыми заправляют теперь киноведы, а не шоумены, как это было опять-таки недавно.
"Но это все ваши маленькие внутренние радости, - может сказать на это читатель. - А кино-то хорошее на фестивале было?" Могу ответить без особых колебаний: было. Устроители Московского международного показали в столице более 250 фильмов на самые разные вкусы. От новинок российского экрана - до ретроспектив Миклоша Янчо, Роджера Кормана, Никаса Панайотопулоса. От первых работ молодых деятелей кино - до знаменитых лент современного иранского классика Мохсена Махмалбафа. От европейских интеллектуальных хитов - до латиноамериканского "мыла". От картин, выполненных в традициях социалистического реализма, - до американского киноавангарда. От гуманистических посланий человечеству - до откровенно "черных" фильмов, в которых действуют бомжи, наркоманы, проститутки, вуайеристы, гомосексуалисты и всякие прочие лесбияны. На мой вкус, последних картин, проникших даже в конкурс, могло быть на фестивале поменьше. Все-таки в мире ежегодно производится, если не ошибаюсь, более 3 тысяч фильмов, выбирать есть из чего, и вряд ли надо тащить в Москву все то больное, "злачное" кино, которое сегодня существует на планете. Тем более что вряд ли оно отражает господствующую мировую тенденцию, скорее - личные пристрастия наших доблестных отборщиков.
Но главной бедой Московского международного была и остается конкурсная программа. В целом ее уровень оказался чуть выше, чем в прошлые годы, но существенного прорыва все-таки не произошло. Признанные мастера нам свои картины по-прежнему не дают (в этом году удалось заполучить на конкурс только одного мэтра - замечательного итальянского режиссера Этторе Сколу, показавшего пронзительно-горькую ленту "Нечестное состязание"). В этих условиях приходится делать ставку на молодых режиссеров, а им еще расти и расти... Порой возникало ощущение, что главным для отборщиков было не реальное качество фильмов, а желание хоть как-то сколотить программу, заткнуть "дыры", отметиться, что вот, мол, и Франция у нас присутствует со своим новым фильмом. Но та же конкурсная лента "Мадемуазель" в постановке Филиппа Лиоре кажется лишь слабым отголоском великого французского кино, которое мы знаем по его вершинам, в частности, по фильму Клода Лелюша "Мужчина и женщина". Эта картина не случайно пришла мне на ум. История короткой любви благополучной парижской дамы Клер и артиста разговорного жанра Пьера в чем-то перекликается с шедевром Клода Лелюша. Но там - острота и пряность высокого чувственного переживания, здесь - вялое течение невыразительного романа. Там - тонкая психологическая вязь человеческих взаимоотношений, здесь - общие места любовной кинолирики. Там в основе сюжета большое чувство, здесь, похоже, - только мелкая интрижка...
Таких фильмов-обманок в конкурсе было немало. Среди них - норвежский фильм "Детектор", вяло перелагающий на экране азы психоанализа. Чешская лента "Жертвы и убийцы", долго и нудно живописующая неразрешимое инцестуальное влечение брата и сестры. Китайско-гонконгская картина "Пионовая беседка", пронизанная лесбийскими мотивами... На этом фоне странным показалось решение организаторов фестиваля обойтись без российской картины. Говорят, нет подходящего фильма. Но это не совсем так. Уверен, что и "В августе 44-го" Михаила Пташука, и "Конец века" Константина Лопушанского, и "101-й километр" Леонида Марягина, и "Сестры" Сергея Бодрова-младшего вполне могли участвовать в конкурсе и претендовать на призы фестиваля. Допускаю, что отборщикам не нравится ни одна из названных работ. Но кто мешал им еще полгода назад озаботиться вышеозначенной проблемой, придержать какой-то "хит" до Московского международного или ускорить появление на свет потенциально сильного фильма, находящегося на монтажном столе? Известно ведь, что организаторы Московского международного получили от правительства денег вдвое больше, чем в прошлом году, и можно было потратить их с большим толком, чем пускать так много средств на роскошные приемы и обеды, которыми, если верить "приобщенной" прессе, изобилует скрытая от посторонних глаз программа фестиваля.
Но отрицательный результат - тоже результат, учит жизнь. Уверен, что все ошибки нынешнего киносмотра будут учтены Михалковым и его командой при "разборе полетов" и в будущем году фестиваль сделает еще шаг вперед. Надеюсь, что проблем с участием российской картины в конкурсе уж точно не возникнет. И все-таки жаль, что сегодня вечером, когда председатель жюри, немецкая актриса и режиссер Маргарете фон Тротта выйдет объявлять результаты, мы не сможем "болеть" за своих...

Жизнь 19:01 / 10 Октября 2026 13238

О чем я подумала, когда машина летела в озеро

В моем детстве простые вещи запоминали сразу - на то они и простые

Гузель Агишева

Труд

Забыла наушники, а за окном темень, ничего не видно, так что высматривать что-то и отвлекаться не получается. Двери вагона на шарнирах — каждый входящий и выходящий энергично их распахивает...