Сегодня на «Первом» — премьера оскароносной драмы Кэтрин Бигелоу «Повелитель бури» о буднях американских саперов в Ираке. Исполнитель главной роли Джереми Реннер номинировался на «Оскар», но уступил Джефу Бриджесу. Корреспондент «Труда» Галя Галкина встретилась с Джереми в Голливуде в кинотеатре Harmony Gold.
— Джереми, с чего началась ваша кинокарьера?
— Первая актерская работа, заснятая на пленку, была в «Полицейской академии». Помню, как я пришел в театральный отдел, где искали актеров, которые могли бы воспроизвести сцены преступлений или послужить «наглядным пособием» для обучения студентов при разборке отдельных эпизодов нарушения общественного порядка. Мне платили по 50 долларов в день за то, что я избивал полицейских и дебоширил. Это была первая актерская работа, за которую мне платили. Я был в восторге!
— Вам пришлось проходить спецподготовку для роли сержанта Джеймса?
— У меня была интенсивная подготовка в течение двух недель на военной базе в Калифорнии, где меня научили делать бомбы, обезвреживать их и взрывать всякую всячину. А потом, что еще важнее, мне удалось поговорить с ребятами за пределами базы. Я пригласил их к себе домой — они мне много чего рассказали. Психологический аспект в этом деле не менее важен, чем физический, так как разминирование — это особая работа. Далеко не каждый может стать сапером. То, что движет саперами, делает их особенными людьми, и это я и пытался понять.
— Возникло чувство товарищества с другими актерами?
— Когда работаешь в экстремальных условиях, то просто обязан дружить с коллегами, даже если их ненавидишь, хотя у меня, к счастью, не было поводов для ненависти. Снимали при
— Как режиссер Кэтрин Бигелоу нашла вас?
— Она посмотрела фильм «Палач Дамер». Правда, сценарист Марк Боал был не согласен с ней: «Не понимаю, как ты могла увидеть в нем Джеймса?» А она отвечала: «Не смотри на роль, а смотри на то, как он сыграл эту роль. В палаче Дамере нет ничего симпатичного, но он сделал из него душку». В сценарии сержант Джеймс тоже непривлекательный человек.
— Как работалось с Кэтрин?
— Она просто расставила камеры там, где ей это было нужно, и позволила нам сделать свою работу, а потом сделала свою. Кэтрин знала гораздо больше, чем нужно для фильма, но постаралась быть настолько честной, насколько возможно.
— Каково вам было сниматься в Иордании?
— Признаюсь честно: я был
