19 мая Открытый фестиваль искусств «Черешневый лес» представит в московском зале имени Чайковского премьеру спектакля «Черт, солдат и скрипка» по мотивам «Истории солдата» и других сочинений Игоря Стравинского. Автор идеи – скрипач и дирижер Дмитрий Ситковецкий. В исполнении, помимо самого Дмитрия, примут участие такие известные музыканты, как Полина Осетинская (фортепиано), Игорь Федоров (кларнет), Антон Плескач (ударные), танцовщики Александр Тронов и Анна Дельцова. Но самую большую интригу начинанию придают имена Владимира Познера, взявшего на себя роль Рассказчика, и Андрея Макаревича, не только согласившегося сыграть роль Солдата, но и придумавшего рисунки для анимационного оформления постановки.
«…Мимо речки, мимо луга/ по шоссе «Дербент – Калуга»/ шел солдат своей страны/ с необъявленной войны./ Не англо-бурской,/ не франко-прусской,/ а самой что ни на есть русской./ Кое-где автостопом, а в основном пешком топал./ На билет денег нет:/ Выплаты боевые/ распилили писаря полковые./ Всей душой домой стремился,/ но вот притомился…»
Таким «раешным», балаганным стихом, старинным по форме, но очень современным по содержанию начинается мультимедийный музыкальный спектакль «Черт, солдат и скрипка» по мотивам «Истории солдата» Игоря Стравинского, который вскоре покажут в главном зале Московской филармонии. Рассказывает режиссер постановки Михаил Кисляров:
«Главной интригой спектакля, конечно, стало участие в нём трёх "неактёров": Владимира Познера, Андрея Макаревича и Дмитрия Ситковецкого, совмещающего исполнение роли Черта с игрой на скрипке. Эта была непростая задача – придумать форму, исключающую вопрос, почему именно они и никто другой. Но пусть интрига останется интригой до премьеры 19 мая».
Идея этого проекта родилась у Дмитрия Ситковецкого много лет назад, когда, будучи студентом Джульярдской школы в Нью-Йорке, он многократно исполнял «Историю солдата».
«Мне уже тогда показалось, что и в оригинальном тексте и даже в музыкальном материале есть структурные проблемы, – рассказывает Дмитрий Юлианович. – Поэтому в нашем спектакле «Черт, солдат и скрипка» использованы пьесы не только из «Истории солдата», но и из других сочинений Игоря Стравинского, написанные примерно в то же время – оперы «Мавра», балета «Поцелуй феи» и других… Премьера сказки о беглом солдате и чёрте состоялась 28 сентября 1918 года в Лозанне. В разное время в представлении этой «читаемой, играемой и танцуемой» притчи принимали участие Жан Кокто, Жан Маре, Ванесса Редгрейв, Иан Маккеллан, Питер Устинов и даже Стинг. Текст одной из версий на английском языке сделал легендарный Курт Воннегут. У нас, конечно, текст русский, но не тот, что взял Стравинский из сборника сказок Афанасьева, а современный, написанный по моему заказу замечательным прозаиком и поэтом Михаилом Успенским».
К сожалению, Михаил безвременно скончался в 2014 году и до нынешней долгожданной премьеры не дожил. «Когда известному скрипачу Дмитрию Ситковецкому потребовался новый русский текст, написанный раёшным стихом, – рассказывал он, – стало ясно, что у меня появился шанс пролезть в этот Пантеон со своей раскладушкой. Чем я и воспользовался. Раёшный стих похож на нынешний рэп, только будет намного постарше. Его широко использовали русские скоморохи. Раёшником написана «Сказка о попе и его работнике Балде» Пушкина, и «Сказание про царя Макса-Емельяна» Семена Кирсанова».
Волей судьбы свою сказку Стравинский написал в Швейцарии, где оказался перед Первой мировой войной и из-за ее начала был отрезан от Родины. Безусловно, война повлияла на тематику произведения, полного горького юмора и сарказма. Либретто на французском написал швейцарский поэт и прозаик Шарль-Фердинанд Рамю, пользуясь переводом сказки А.Н.Афанасьева, который сделал сам Стравинский. Это сочинение уникально по жанру, в нем соединились пантомима, балет, барочная инструментальная сюита, в которой вместо старинных танцев – аллеманды, сарабанды, паваны – присутствуют фокстрот, танго, рэгтайм. «Читаемая, играемая и танцуемая» притча была написана для небольшого инструментального ансамбля. Стравинский сознательно отказался от роскоши и насыщенности оркестровых красок ранних балетов, его письмо становится здесь более строгим и аскетичным. На стиль партитуры «Истории солдата» повлияло, по собственному признанию композитора, и его знакомство с американским джазом: «Джаз означал совершенно новое звучание моей музыки, и «История солдата» отмечает окончательный разрыв с русской оркестровой школой, которой я был воспитан…»
Именно это обстоятельство – джазовые ассоциации – было важным для Андрея Макаревича, давшего согласие о вхождении в проект:
«Стравинский – вполне переходный композитор, потому что, с одной стороны, он расслышал какие-то очень современные ноты в раннем джазе, а с другой – сам оказал влияние на развитие этого музыкального направления, войдя в число его предтеч. Что касается текста Михаила Успенского – он мне безумно понравился. На вопрос одного журналиста, не староват ли получается Солдат в моем исполнении, я заметил: а сколько лет ему должно быть? Сколько лет, в конце концов Черту? Какое это имеет значение? Кстати, в старину в царской армии служба 25 лет длилась, если я не ошибаюсь. Поэтому солдат, возвращающийся домой, мог быть далеко не юношей».
.jpg)
Андрей Макаревич не считает, что роль Солдата не подходит ему по возрасту
Относительно перспектив дальнейших показов Андрей Вадимович сказал:
«Глупо, наверное, было бы тратить столько сил и времени достаточно занятых людей, чтобы показать это один раз. С другой стороны, мы пока не планируем никаких гастрольных маршрутов. Давайте решать проблемы по мере поступления. Сначала мы сыграем спектакль раз, посмотрим, как его примет зритель, как он идет у нас самих. А там видно будет».
