Сегодня Тому Крузу исполняется 50, хотя все новости о нем затмеваются темой его развода с Кэти Холмс, тем более что бывшая суженая намерена добиться единоличного права опеки над их шестилетней дочерью Сури. Вот такой «подарочек» накануне юбилея...
Иные критики сочли это дурным предзнаменованием для всей карьеры Круза и увидели символику в том, что в своем последнем фильме «Рок на века» он сыграл роль уходящей рок-звезды
— Просто не верится, что вам 50! Говорят, что каждый человек душевно останавливается в каком-то определенном возрасте и живет в нем всю оставшуюся жизнь. Как думаете, когда это случилось с вами?
— Я бы сказал, что мой любимый возраст — 35.
— Это пора выхода вашего первого фильма «Миссия невыполнима» со слоганом «Ожидать невозможного». Стало ли это вашим девизом в жизни?
— Моя жизнь похожа на американские горки, однако, когда вышла первая «Миссия», я уже был достаточно зрелым актером и человеком, так что вряд ли ожидание невозможного стало моим главным мотивом. Скорее мне хотелось ощущать как можно большую устойчивость карьеры, меньше волноваться и больше получать удовольствие от работы и личной жизни.
— Один из главных лозунгов феминисток — «женщина вправе иметь карьеру и семью». Однако жизнь доказала, что это непросто даже мужчине. У вас, судя по контрактам, впереди 10 фильмов, половину из которых вы продюсируете. Стало быть, окончательно совершили выбор между семьей и работой в пользу последней?
— Вы, наверное, слышали притчу о собаке, бегущей за машиной: даже если догонит, укусить не сможет, а то и под колеса угодит. Вот я — подобие той собаки. Просто мне нравится марафон как процесс. Надеюсь, что он ведет к самосовершенствованию. Я вступаю во взаимоотношения со многими людьми и социальными структурами, и мой опыт дает мне возможность как минимум держаться на плаву.
— И продолжать бежать за машиной... А вам казалось иногда, что вы ее догнали?
— Ну да, казалось, но ненадолго, потому что машина снова оказывалась впереди. (Смеется.)
— Что вы думаете о своем персонаже из мюзикла «Рок на века»?
— Он раб рок-н-ролла. На сцене он полностью растворяется в музыке и отдается зрителям. Но и в жизни она его не отпускает, что порой выглядит странно и даже комично. В фильме я пою сладкую песню: «Я хочу знать, что такое любовь», — лежа со своей возлюбленной в постели. Мне кажется, нам удалось сделать этот эпизод объяснения в любви достаточно смешным.
— Та девушка (ее сыграла Малин Акерман) оказалась журналисткой из журнала Rolling Stone, у которой было задание написать разоблачительную статью о вашем персонаже. А у вас случались курьезные ситуации с журналистами?
— Однажды мы с Кэти пошли в ресторан поужинать, и один из папарацци, который пытался нас заснять, оступился и упал. Я помог ему подняться, поднял выпавшие из его кармана ключи от машины и отдал ему. И вы знаете, в тот момент я подумал: каждый в этой жизни занимается своим делом. Может быть, я для него — пресловутая машина, за которой ему надо гнаться как собаке. Догнал, но под нее же и свалился. И я горжусь, что моя «машина» вовремя затормозила и его не переехала.
