В первые дни после теракта в «Крокусе» число тех, кто испытывал тревогу, выросло с 34 до 42%. Что дает поводы для тревог — угроза терактов и «прилетов», экономические проблемы, невозможность планировать дальнейшую жизнь — свою и детей? И каковы прогнозы: тревоги — это надолго?
Илья Шабшин, психолог
— У большинства такие события вызывают кратковременный всплеск фобий, панических атак, расстройств. Со временем все проходит. Организм способен сам себя вылечить, иначе мы бы не доживали и до 20 лет. Фоновый стресс в целом — наша реальность. Однако у каждого есть свой предел. Нередко к фоновому стрессу добавляются личные проблемы — и тут человек ломается. Замечаю по своим пациентам и нарастающие тревоги по поводу будущего. Думаю, нам с этими ощущениями придется жить долго.
Константин Калачев, политолог
— Стресс — это сумма тревог. Он способен породить апатию: все равно от меня ничего не зависит. Кто-то уезжает, кто-то просто выключает телевизор. Главной бедой мне видится отсутствие привлекательного образа будущего. Что будет с детьми? Как их учить, чему? Да, можно построить государство бюджетников и силовиков — крепить единство таким нехитрым образом. Но будет ли оно современным и технологичным, сильно сомневаюсь. Возможности самовыражения сужаются. Все, что выходит за рамки дозволенного, государство воспринимает как угрозу. Но с таким подходом нет места для развития науки, прорывов. Вспомнилась яркая цитата от Корнея Чуковского: «Когда-то Щедрин и Кузьма Прутков смеялись над проектом о введении в России единомыслия — теперь этот проект осуществлен; у всех одинаковый казенный метод мышления, яркие индивидуальности стали величайшею редкостью».
Мария Арбатова, писательница
— Было бы странно, если б трагедия в «Крокусе» не вызвала тревожности, депрессии и пробуждения прошлых травм. Переживая это, люди говорили между собой и писали в сетях о теракте, даже находясь в тысячах километров от Красногорска. Для ныне живущих это не надолго, а навсегда. Я хорошо знаю зал «Крокуса» и считаю, что его нельзя восстанавливать для концертов. Он настолько пропитан болью и кровью, что обнулился как пространство досуга. Что касается «прилетов», то живу неподалеку от «Москва-Сити», куда прилетало четырежды, и мы подпрыгивали от взрывной волны вместе с мебелью. Сначала было страшно, а потом терпимо. Лежишь и злобно думаешь: да пусть оно все рухнет, только дайте людям поспать! Тьфу-тьфу-тьфу, конечно:
Дмитрий Аграновский, адвокат
— Вообще, капитализм — это общество постоянного стресса. Колебания зарплат, нестабильность на работе, а теперь на это все накладываются и теракты. Увы, «Крокус» меня не шокировал. Прекрасно помню времена чеченских войн, прошедшие теракты: Мы живем, когда «Земля налетела на небесную ось», у нас давно не было спокойной жизни. Однако из всех тревожащих факторов выделю главный: неуверенность в завтра. От этого не умрешь, но за детей страшно и за страну. Приходится «сделать добро из зла, потому что его больше не из чего сделать», как писал Роберт Уоррен.
Евгений Гришковец, драматург, писатель
— Мы давно и постоянно живем в фоновой тревоге. Как быть? Держаться друг друга, не находиться в одиночестве. Жить. Несмотря ни на что, ходить в театры, на концерты, в кино.
