Народный фронт и Высшая школа современных социальных наук МГУ запускают опрос, где россиянам предлагается задуматься о будущем на 30-50 лет вперед. Возможно ли в нынешнем мире, стоящем на пороховой бочке, что-то всерьез планировать на столь длительный срок?
Виктор Ерофеев, писатель
— Думать сегодня о том, что будет через 30 лет, — это проявление утопического мышления. Мы видим, что горизонт планирования очень сузился. Давайте смотреть с нашей бочки скромнее и думать, как дотянуть до лета.
Мария Арбатова, писатель, общественный деятель
— Мир находится на пороховой бочке ровно с момента создания ядерного оружия, но человечество научилось использовать его как инструмент взаимного сдерживания. Никто, кроме США в Японии, пока этого правила не нарушил. Полагаю, и не нарушит, поскольку элиты всех стран не состоят из сплошных камикадзе. Я вижу мир на десятилетия вперед как функционирующий в рамках ограничений организации, пришедшей на смену ООН. Она будет иметь реальное влияние и способность останавливать военные истерики. Вижу грядущий мир, повернувшийся лицом к экологическим проблемам планеты, предпочитающий гуманистическое экономическому и духовное материальному.
Константин Калачев, политолог
— Это наша давняя традиция — заглядывать в будущее. Помните «Стратегию 2020» в нулевых? Там тоже что-то было про образ будущего, но вряд ли мы его таким представляли. Вообще-то представлять завтра — здоровая привычка. Я буду рад, если люди в опросе ответят, что хотели бы видеть общество гуманным и открытым к миру.
Илья Шабшин, психолог
— Начиная с пандемии стало ясно, что строить долгосрочные планы сегодня непродуктивно. А планирование на короткие сроки — это правильно, это способ адаптации человека в нынешнем мире.
Илья Гращенков, политолог
— Крупные трансформации начинались с долгосрочной цели: советская модернизация 1920-1930-х, послевоенное восстановление Европы, китайские реформы конца XX века опирались на ясное представление о стране через 20-30 лет. Без такого ориентира политика сводится к управлению текущими проблемами. Парадоксально, но именно эпохи нестабильности открывают новые возможности. И преимущество получают те, кто способен формулировать стратегические цели. А без образа будущего общество замыкается на прошлом и кризисах. Завтрашний день вряд ли будет однозначно мрачным или светлым — скорее более сложным.
Юлия Милешкина, политический консультант
— Мы переживаем то, что еще 10 лет назад казалось немыслимым: пандемию, военные конфликты, где жертвой и участником может стать каждый. Но мрачное будущее только в антиутопиях, а у людей всегда остается надежда и цель, ради которой они живут.
Анатолий Вассерман, депутат Госдумы
— Мир, я полагаю, рано или поздно станет лучше. Он развивается непрерывно и магистрально, в целом на длинных отрезках — к лучшему. Но в чем именно будет лучше, гадать сегодня не берусь.
